Страница 4 из 21

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 12:13
Papa
16.10.2006
Харин: "Учил Терри уму-разуму"

Олимпийский чемпион-88, обладатель армейского золота-91 Дмитрий Харин уже почти четырнадцать лет живет на туманном Альбионе. Приняв под рождество 1992 года предложение лондонского "Челси", он отдал этому клубу без малого восемь лет своей карьеры. Даже сейчас Харина в команде Романа Абрамовича величают не иначе как legend, что и понятно: именно он, играя бок о бок с такими выдающимися мастерами, как Гуллит, Дзола, Уайз, Десайи, стоял у истоков нынешнего "Челси", который постепенно превращался из заштатного середняка в монстра премьер-лиги.

Вы с охотой уезжали в Англию...

Да, и никогда этого не скрывал. СССР развалился, союзное первенство приказало долго жить... Мотивировать себя было тяжело, я не видел перспектив в России! У меня была осознанная цель – уехать за рубеж. Мною двигало желание прогрессировать, плюс нужно было обеспечивать семью... Повезло – попал в Англию, где всегда хотел играть.

Я получил приглашение играть за лондонский клуб как раз после выездной игры ЦСКА против "Брюгге" в групповом турнире Лиги Чемпионов. История любопытная вышла. В первом же тайме я сломал палец. Саша Гутеев меня сменил, а совсем скоро я уже оказался в "Челси". С больным пальцем. На медосмотре затейпировал его. Врачи все кости и суставы осмотрели – колени, голеностопы, позвоночник... А пальцы почему-то забыли. Само собой, я-то особо не рвался их показывать. Лечиться долго любому легионеру было противопоказано – в начале 90-х в Англии было очень трудно получить рабочую визу. Если человек не набирал за "основу" нужное количество матчей – департамент труда запрещал продлевать с ним контракт. Поэтому первые игры перематывал потуже больное место, терпел. Ничего в этом не вижу особенного, профессиональный момент.

С ЦСКА вы простились, что называется, на ножах. Вас с Дмитрием Кузнецовым обвинили в сдаче матча… Обидно было?

Неприятно. И прежде всего удивила реакция руководства клуба. Кому поверили? Кто-то где-то что-то сказал... Ни фактов, ни доказательств – одни слухи. Как сейчас помню – вместо того чтобы с первой командой ехать на сборы, меня вместе с дублем отправили в... казарму! Это уже потом приехал Садырин, мы сели, поговорили, разобрались. У каждого могут быть ошибки. Пал Федорович извинился – мы все забыли и начали играть в футбол...

Для любого, кто выступал в нашем чемпионате в конце 1980-х - начале 1990-х, заграница с ее футбольной культурой и пятизвездным сервисом была настоящим шоком.

Не то слово! "Челси" меня действительно поразил . такой организации дел в России, разумеется, не было. Сразу предоставили дом, позаботились о семье, ребенка в детсад устроили. Первое время, пока автомобиля не было, человек из клуба приезжал – встречал, провожал... Для тебя созданы все условия – ты думаешь только об игре! Чувствуешь в себе заинтересованность и платишь той же монетой...

Английский болельщик – в двух словах...

Болельщики . это вообще отдельная песня. Они-то, пожалуй, потрясли больше всего. Знаменитый британский фан отличается от всех прочих тремя вещами - пониманием футбола, неистовой поддержкой и преданностью команде. Расхожая мысль, но кто сам не видел, тот не поймет: там все держится на традициях. Отец приводит на стадион сына, потому что до этого его так же привел отец, и так далее.

Значит, твой дом - это...

Был "Челси". Как же там поставлено дело! От футболиста требуется одно: играть, а все остальные заботы клуб берет на себя. Абсолютно все. Вот это профессиональный подход.

В самом "Челси" традиции тоже всегда были в почете. В России многие знают, что в команде давно существует ритуал, согласно которому новичок клуба обязан исполнить перед командой какую-нибудь песню. А журналисты любят спрашивать у Смертина или Шевченко, как они выкручивались в этой ситуации.

Тут я вынужден буду разочаровать . Традиционную "песню новичка" не пел. В команде-то легионеров почти не было: кроме меня, только норвежец Эрланд Йонсен. Остальные, кто приходил, - все британцы. Какой смысл всем слушать каждый раз знакомые мотивы? Только потом, когда "Челси" открыл двери для иностранцев, сложилась эта традиция. Зато существовала другая: в клубе каждый юниор был приставлен к определенному игроку "основы" . Следил за его бутсами, формой. Меня опекал Фрэнк Синклэйр, а параллельно с ним трудился над чьей-то экипировкой не кто иной, как Джон Терри. Юноши мыли полы, надували мячи, а заодно и постигали азы поведения в коллективе. Тот же Терри впоследствии не раз меня благодарил за помощь, говорил, что я во многом повлиял на него как на игрока. Что ж, приятно слышать. Он тогда совсем молод был. И я старался научить его больше думать на поле, если есть возможность, не выносить мяч далеко вперед, а конструктивно начинать атаку.

Как отнеслись к тебе коллеги в Англии?

Был один неприятный инцидент с Кевином Хичкоком, тогдашним основным вратарем "Челси". Когда я только приехал, он в интервью одной из газет сказал, что Харин зря приехал в "Челси": "Я не дам ему ни единого шанса, и он просидит весь свой контракт на банке". Я к этому серьезно не отнесся. В итоге основным вратарем стал я. Потом отношения у нас с ним сложились нормальные, впрочем, так же, как со всеми вратарями зарубежных клубов, где играл.

Кто был символом вашего «Челси» середины 90-х? Дзола? Виалли?

Гуллит. Игра голландца на меня произвела сильное впечатление. Если команде нужна была его помощь в атаке, он шел вперед – забивал, отдавал... Если требовалась строгая игра в обороне, Гуллит действовал, как последний защитник... Большой мастер, он и вне поля был лидером. Меня так в одной ситуации просто выручил... Играли с "Ньюкаслом" на Кубок Англии. Я выношу мяч – и далеко. Подбор проигрываем, идет "ответка", Лес Фердинанд выходит один в один, бросаюсь в ноги, тяну пах, получаю травму – гол... В раздевалке – шум, гам, ругань... Сидишь, думаешь, выбил вроде метров на 60, нападающие не поборолись, защитники не держат, а я крайний? Ходить не можешь от боли, а тебе еще и пихают! И тут встает Гуллит (он тогда уже был играющим тренером) и затыкает всем рты: - Вы что, забыли, что футбол – игра командная? Все умолкли, собрались, поехали в Ньюкасл и выиграли...

Что такое для вратаря 11-метровый?

Игра нервов. Если пенальти назначается в игре, то вратарю легче, чем нападающему, потому что забить легче, чем поймать, и тебя никто не осудит за пропущенный гол. Другое дело - послематчевые пенальти. Тут уже начинаются некие философские рассуждения: если ты хороший вратарь, значит, два пенальти из пяти обязан брать. Вот тут уже идет игра нервов. Один стоит на линии до конца, рассчитывая на реакцию, другой гадает.

А что лучше?

Конечно, стоять, но нервы часто подводят. Иногда думаешь: буду ждать до конца. И вдруг - бац! Валишься в угол, а тебе закатывают в противоположный.

Можно ли кого-то уже сегодня назвать прообразом вратаря будущего?

Сейчас такого нет. И это не только мое мнение. Были в свое время действительно лучшие в мире - Шмейхель, Симон. До них - Яшин, Майер, Дзофф, наш Дасаев, Оливер Канн. Но сейчас я бы не рискнул назвать какую-то одну фамилию. Никополидис из сборной Греции хорошо отстоял, но я не уверен, что следующий сезон он проведет на таком же уровне. Чех? Он хорошо играет в английской лиге и, возможно, в будущем вырастет в прекрасного вратаря, но пока я не видел ни одной игры, которую он выиграл бы в одиночку, что, например, в течение трех сезонов удавалось Карло Кудичини. После того как его команда забивала, он тащил три-четыре мертвых мяча и добывал для своей команды победу. Чех же - прежде всего командный игрок.

За годы карьеры в Англии доводилось сталкиваться с ситуациями, подобными той, что произошла в матче "Интер" – "Милан"?

Это когда на поле ракеты бросают? Со мной такого не было. Ни разу! Если что-то и вспоминать в плане фанатского экстремизма, так это наш матч на Кубок "Кока-Колы" с "Миллуолом". Сразу по окончании встречи две группы болельщиков выбежали на поле и начали выяснять отношения. Нам пришлось в срочном порядке ретироваться в раздевалку, где мы просидели четыре с половиной часа! Пока приехала полиция, пока всех разогнали...

Англия сильно изменила Харина?

Да. Это такая страна... Усыпляющая. Никакой тебе суеты, все уравновешенно, размеренно... Люди на две недели вперед дела планируют! Мы тут получили приглашение от соседей на party, которое состоится... 1 июля. Представляете? Я не хочу ничего плохого сказать о Москве, но смотришь на Лондон – вроде бы бизнес-город, а какая стать! Все гордо, спокойно, солидно... Москва – это большой муравейник. Напряжение, толпа, туда-сюда... Через час этой толкотни устаешь, как собака...

Плюс пробки бесконечные...

Ну, этого добра, положим, и в Лондоне хватает. Другое дело – культура вождения. Если впереди тебя ждет пробка и две линии переходят в одну, ты знаешь – машины будут проходить строго по очереди и матом тебя никто не обложит. Все с улыбкой, все – "пожалуйста"... В Англии ты за рулем отдыхаешь!

При этом как-то сказали, что обидитесь, если вас назовут англичанином...

Несколько утрированно, но так и есть. Я родился в России, я никогда не забуду родной язык и не стану британцем. Мыслю по-другому, живу иначе... Вот мой сын – совсем другое дело. У него и мышление уже перестроилось...

Английский юмор сильно отличается от нашего?

Земля и небо. Единственное сходство – анекдоты про англичанина, ирландца и шотландца-дурака. Что-то наподобие нашего "русский, немец и поляк"...

Кстати, о Шотландии... Переход из "Челси" в "Селтик" – ошибка?

Как сказать... "Селтик" – это все-таки громаднейший клуб. Поиграть в такой команде – честь для любого футболиста. И потом, меня туда лично приглашал Джон Барнс, назначенный главным тренером команды. Кто мог знать, что через шесть месяцев его уволят?

Болельщики «Челси», говорят, были страшно недовольны вашим отъездом в "Селтик" - обиделись на то, что вы отправились в стан злейших врагов "аристократов".

У этих команд давнее противостояние, о чем я, уезжая в Шотландию просто не знал. Была бы такая информация, я бы еще подумал, а так... Интересно, что у ряда болельщиков "Селтика" тоже имелись ко мне вопросы – там ведь все католики, а я православный... Впрочем, все это мелочи. Просто "Рейнджерс" в то время был на голову сильнее всех! Убежден, побеждай тогда "Селтик" – и откуда бы ты ни приехал, какой бы веры ни был, это никого не волновало бы...

Но вас, судя по всему, донимало не это, а недопонимание с тренером Мартином О’Нилом.

Да, ирландец как-то ни с того ни с сего назвал меня лентяем. Говорит, мол, хочешь в основу – доказывай. "Где?" – спрашиваю. – "На тренировках". – "Но ведь вас же не бывает на тренировках". А в Британии главный тренер не зря называется manager – у него полномочия более широкие, чем в традиционном российском понимании. Занимается клубными делами, покупает игроков, а на тренировках работают coaches – рядовые специалисты. О’Нил же появлялся дай бог раз в неделю. Я ему шрамы на коленях показываю (а к тому времени у меня уже три операции на крестообразных связках было – две на правой ноге, одна на левой), говорю, мол, смотри, после трех таких в футбол вообще не возвращаются. А я еще в порядке, так в чем же дело?!

Вы вообще всегда славились тем, что могли человеку в глаза сказать все, что о нем думаете. Классикой 90-х стало ваше интервью после матча со шведами на ЧМ-94, в котором прозвучала сколь цветистая, столь и лаконичная фраза: "Нам надрали ж.у".

Что было, то было. Я и в "Лутоне", где сейчас работаю помощником менеджера, на первом же meeting (встреча) с руководством заявил: если что не понравится, скажу в глаза и выражения выбирать не буду. Но за спиной делать ничего не стану. И меня поняли и приняли таким, какой есть

Путь в "Лутон" пролегал через команду низшей английской лиги . "Хорнчерч", где вы также ассистировали менеджеру, а заодно и принимали участие в нескольких матчах.

Да, за этот полупрофессиональный клуб, который, к слову, на туманном Альбионе называют вторым "Челси", я провел последние восемь официальных матчей своей карьеры. Это было в 2002-2003-м, после чего стал работать над получением тренерский лицензии. Поначалу выбрал почасовой график работы . Хотелось все-таки больше времени бывать с семьей. А с нынешнего года приступил к полноценной работе в "Лутоне". Клуб выступает в Championship и сейчас меня в нем все устраивает.

Надолго ли? Может быть, со временем захотите попробовать свои силы в качестве тренера одной из российских команд?

Как говорят на туманном Альбионе, "ты никогда не знаешь, что ждет тебя за следующим углом". Но на данный момент все моя жизнь связана с этой страной. Потому как главная цель . Спокойно учиться тренерскому ремеслу, не кидаясь из стороны в сторону. В Англии для этого есть все условия. Обучение в английской тренерской школе сильно отличается от того, что практикуется в российской ВШТ. В России ведь как? Два года отучился, и у тебя уже диплом на руках. Здесь немного по-другому. Кто хочет – может пройти ускоренные курсы. А я, например, пришел в школу не столько за дипломом, сколько за знаниями. Понятно, конечно, что диплом тоже необходим. Но для меня сейчас гораздо важнее понять, есть ли у меня способности к тренерскому делу и в каком качестве я смогу лучше всего раскрыться. Не вижу ничего плохого в том, чтобы работать детским тренером, наставником юношеских команд или трудиться в клубах низших дивизионов. Все надо попробовать, все испытать. Но, кроме опыта, еще необходимы глубокие теоретические знания. Поэтому я не стремлюсь как можно быстрее получить "корочку". Благо система образования в Англии позволяет не торопиться и не гоняться за отметками. Так что не могу сказать точно, в каком году закончу тренерскую школу, да и вообще чем буду заниматься после ее окончания.

Как вам удается совмещать учебу и работу с командами?

Во-первых, каждый абитуриент школы просто обязан после каждого этапа обучения набрать 60–70 часов тренерской практики. Иначе не получишь допуск в следующий класс. Во-вторых, в Англии есть такое понятие, как "работа в свободное время". Допустим, ты заключаешь контракт с какой-то командой, но при этом заранее в нем оговариваешь, что можешь работать только тогда, когда тренировки не мешают учебе. По такому соглашению я тренирую вратарей в "Лутон".

На этом мы распрощались. Больше всего меня поразило в нынешнем Харине абсолютное чувство свободы. Он и раньше был прямым и честным человеком, но теперь в нем появилось то, что свойственно только человеку, обретшему внутреннюю свободу, ту самую, которая свойственна только настоящим личностям. В скором времени он получит тренерскую лицензию, и, возможно, мы вновь увидим нового Дмитрия Харина. На сей раз - тренера.

http://www.euro-football.ru/article/45/ ... umu-razumu

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 12:34
Papa
Алексей Иванов, архивная статья, специально для edfootball.com

Винни Джонс и все-все-все

Знаете, мы, люди, часто любим навешивать на других «человеков» ярлыки. Нам почему-то так удобнее. Этот у нас будет непризнанным гением, этот - пропойцей, этот дугой звездой, этот звездой истинной и незапятнанной, а вот это хулиган каких поискать...

Винсент Питер (Винни) Джонс

Центральный полузащитник, тренер, актёр и просто неординарная личность
Родился 5 января 1965 года в Уотфорде
Рост 182 см, вес 74 кг

Игровая карьера:
Уэлдстоун (1985-86), Хольмсунд (1986), Уимблдон (1986-89), Лидс (1989-90), Шеффилд Ю (1990-91), Челси (1991-92), Уимблдон (1992-98), КПР (1998).

В составе сборной Уэльса провёл 9 матчей, не забивал.

Трофеи и достижения:

Футбол: обладатель Кубка Англии (1988), чемпион Англии (1990, 2-й дивизион), чемпион и обладатель Кубка Англии для любителей (1985), чемпион Швеции (1986; 3-й дивизион), обладатель бессмертного рекорда - получил жёлтую карточку уже на 3-й секунде матча.



Винни Джонс в футбольной истории остался одним из самых безумных и грязных футболистов. Отбыв дисквалификацию, он выходил на поле только для того, чтобы заработать ещё одну. Кинематограф радостно подхватил этот образ и перенёс его на экраны, где Винни предстал, жестоким и беспощадным, но по-своему справедливым и мудрым мужиком из «Lock, Stock & Тwo Smoking Barrels» (то есть «Карты, деньги...»).

Но мы, «футболовцы», вешать ярлыки (тем более общепринятые) не любим, а потому вот вам исповедь самого Винни. Если у вас после прочтения и создастся о герое какое-то однобокое и законченное представление, что ж - не наша в том вина. Спрос с Джонса. Ему и слово.




На протяжении всей своей карьеры я встречал массу людей, которые относились ко мне скептически - дескать, если уж этот Джонс играет в футбол, то и любой идиот сможет! Помню, перед финалом Кубка Англии одна из газет написала: «Представьте, сколько великих футболистов никогда не выигрывали этот трофей. Если победит «Уимблдон», в котором есть такие игроки, как Вини Джонс, это будет издевательством над футболом!» Ну и пусть их! Каждый и вправду сможет, как я. Только я знаю одно: у всех этих людей нет моего сердца, моей страсти и моей решительности, которые и привели меня к успеху!

Винни Джонс

КТО НЕ ПОНЯЛ, ЧТО МИР ТЕСЕН?!

Кхм... Спасибо. Итак, я, Винсент Питер Джонс, родился... Не так официально? И досье у вас есть? Ты смотри... Ну тогда я расскажу о том, чего там не прописано.

Вы всегда любите выискивать всякие там знаки судьбы и тому подобную чушь. Так вот, если бы меня, мокрого и окровавленного, только что выползшего из чрева матери и впервые самостоятельно вздохнувшего полной грудью, не держала акушерка, я бы смог подтянуться на подоконнике и увидеть через дорогу от больницы «Шроделлз» стадион «Викарэйдж Роуд». Да, тот самый, на котором играет команда моего родного города - «Уотфорд». Мир тесен, господа, если вы ещё не поняли это!

А знаете, где я провёл первые годы своей жизни? На Куинн Роуд. Там наша семья – мама Гленда, папа Питер, я (через три года появилась сестренка Энн) и два пса, Титчи и Перки - снимала полдома. А главным домовладельцем был - кто бы вы думали?! - Джо Киннэйр. Ага, тренер «Уимблдона» 90-х. Ему же принадлежал паб, в котором работала моя мать. Так-то...


АГНЕЦ ИЛИ КОЗЛИЩЕ?

Самый важный жизненный урок я получил в семь лет. Я увидел незапертым сейф отца, в котором лежали аж пять штук фунтов. Тысяч, тысяч! Вот тогда я впервые на своей шкуре прочувствовал борьбу, которую ежесекундно ведут в человеческой душе Добро и Зло, ангел и дьявол. Один из них шептал: «Вали отсюда!», другой подталкивал: «Возьми! Ведь никто не узнает»…

В общем, я свистнул немного денежек. Накупил коробками конфет, шоколада и прочих детских радостей для себя и своих друзей. В итоге всё выяснилось.

Боже, как я перетрусил, когда родители, обнаружив пропажу, вызвали полицию! Отец так мне всыпал и так отчитал, что до меня дошло - карьеру грабителя банков пусть делает кто-то другой. С того момента я ни разу в жизни не прикоснулся к чужому без спроса!

В наказание мне запретили выходить на улицу. Из окна я с тоской наблюдал, как мои друзья разыгрывают Кубок мира нашего двора. Тогда же я в первый и в последний раз в жизни посмотрел по телеку Олимпийские Игры. Это был Мюнхен, 72-й год. С тех пор у меня стойкое отвращение к олимпийскому движению.


НА ХУТОР БАБОЧЕК ЛОВИТЬ

Семья у нас была простая, пролетарская, так сказать. Отец был настоящим трудоголиком и вкалывал от зари до зари. Единственной отдушиной для него была главная страсть Джонсов - охота. И рыбалка, конечно же. Охотились у нас все – дед, прадед, отец, я, мой сын. С годами я пристрастился еще и к скачкам (а также к картишкам, хе-хе).

В детстве отца почти и не помню: он пропадал всё время на своей стройке, а когда приходил, то брал ружьё или удочку и шёл отводить душу. Я впервые взял в руки оружие в пять лет. Помню, отдача была такая, что я летел вверх тормашками далеко и больно. Но в птичку попал!

Мяч появился в моей жизни позже и некоторое время соперничал с ловлей бабочек. Однако увлечение энтомологией оказалось недолгим, и я всецело отдался игре. Вместе с приятелями я посвящал футболу всё свободное время. И несвободное тоже. Учёба в школе меня выводила из себя. Я любил разве что биологию (знаете, эволюция и всё такое), рисование, да ещё когда учитель читал вслух мою единственно любимую книжку - «Чарли и шоколадная фабрика» Роальда Даля. (Классная сказочка, подтверждаю. Я лично впервые прочитал ее в 32 года и не без удовольствия! - Главред.) Остальное время я гонял мяч, выступая за сборную школы.

В детстве я болел за «Тоттенхэм», а мой близкий друг Расс Хенсард - за «Арсенал». По этому поводу мы нередко дрались. Но когда однажды увидели в метро настоящую разборку фанов (в то время на футбол ходили суровые ребята) - с ножами и кастетами, то завязали не только с поездками на большой футбол в Лондон, но и с болением.

Я всегда играл со старшими и до сих пор остаюсь в истории школы самым юным футболистом её сборной - мне было всего девять, но я умудрился стать игроком матча! Эта пластиковая медалька до сих пор висит рядышком с моим главным трофеем - медалью обладателя Кубка Англии.

Не стоит думать, что в играх со старшими и более сильными я брал исключительно страстью, неуступчивостью и грубостью. Это, мои дорогие, в вас нездоровая тяга к штампам и стереотипам проявляется. На самом деле я был очень хитрым игроком: техничным, с пасом, ударом и умением держать мяч. Очень многому меня научил Джон Корнелл, который по собственной воле взялся тренировать детскую команду нашего пригорода Бедмонда. Тому трюку, когда я схватил за яйца Газзу, меня научил именно он: «Запомни, парень, если соперник будет держаться слишком близко к тебе, незаметно схвати его за яйца и сдави как следует. В следующий раз он к тебе на выстрел не подойдет!»

С 12-ти лет я тренировался в «Уотфорде»; но был верен родному «Бедмонду». Там меня и заприметил Дэйв «Харри» Бассетт, тогда игрок, а позже - тренер, который даст мне путёвку в профи и пригласит в «Уимблдон».
Помню, он ткнул в меня пальцем, и сказал Корнеллу: «Дай знать, когда этот шкет подрастёт!»


КОГДА ВЕСЬ МИР ИДЕТ НА ТЕБЯ ВОЙНОЙ

Мир тесен, и порой именно для вас в нём не хватает места. Легендарный Берти Ми, который привёл «Арсенал» к дублю в 71-м, командовал всеми детскими командами «Уотфорда», помогая заодно Джорджу Грэму. Он и сообщил, что меня исключают: «Винни, ты отличный игрок, но слишком мелкий и щуплый. Извини, но мы не считаем тебя перспективным...»

Надо же - только-только жизнь стала казаться мне раем: примерная семья, футбол, в котором я, как думал, уже кое-чего добился - стал капитаном детской команды «Уотфорда», играл за сборную Хертфордшира... Неожиданно всплыла давняя случайная связь отца на стороне. Мать, науськанная так называемыми подругами, не смогла ему простить и ушла. Мы с сестрой остались с папой.

По моей жизни словно бульдозером проехались! У меня было всё и вдруг не осталось ничего: ни семьи, ни команды, ни друзей (отец вынужден был продать дом, и мы переехали в другой район)...

Я был один на один со своим горем. Поддержки ждать было не от кого. В новой школе меня приняли как обычно. Вышел здоровый детина и сунул мне под нос кулак: «Чем пахнет?» Я сломал ему шнобель, за что - ха-ха! - получил благодарность от учителя. Тогда я забросил футбол, хотя меня звали «Ковентри», «Тоттенхэм» и «Хертфорд Таун». Просто -не мог играть, и всё тут!

До выпускных экзаменов оставалось несколько месяцев, когда я ушёл из школы и стал замешивать цемент на отцовской стройке. Отцу заниматься мною было некогда - у него появилась другая женщина, Дженни. Она мне очень нравилась, так что мои отношения с родителем дали трещину по другой причине. Однажды мы с ним повздорили, и он поднял на меня руку. Я побросал в спортивную сумку кое-что из вещей, свои награды, магнитофон, какие-то кассеты и ушёл из дому. Навсегда.

Некоторое время я работал в супермаркете. Потом устроился мыть посуду в столовой одного колледжа. Вечерами ходил в паб, играл в дартс и пил пиво, получал в неделю 42 фунта плюс жильё и хавка - в общем, был весьма доволен. О футболе и не вспоминал - он для меня навсегда остался в прошлом. В том счастливом детстве, которое оборвалось так быстро, трагически и бесповоротно. По крайней мере, так мне тогда казалось...

Потом я купил себе мотоцикл «Кавасаки», на котором тут же угодил в аварию. Из больницы меня забрала мама. Я жил на пособие и помогал в лесничестве моим близким друзьям - Нилу и Андреа Робинсонам, некогда друзьям и работникам моего отца. У них не было своих детей, и я пропадал у них сутки напролёт. Они во мне видели сына, а я пытался отыскать для себя хотя бы эрзацсемью. Собственно, из-за этого у нас с отцом тогда и вспыхнула перепалка.


НА ВОЙНУ! В ПАМПАСЫ!

Я уже изготовился морально всю оставшуюся жизнь сражаться с браконьерами и кормить фазанов. Но тут провидение послало моего старинного друга, Кела Дженкинса. Он выдернул меня из этой сельской идиллии и окунул в прелести ночной жизни. Выпивка, девочки, драки...

С Келом мы основали своё дело - открыли в гараже мойку автомобилей. Весёлое было времечко! Весёлое и почти беззаботное, как в детстве. Мы с Келом даже собирались идти добровольцами на войну! Серьёзно, чего вы хихикаете! Тогда как раз вспыхнул конфликт-с Аргентиной по поводу Фолклендских островов, Близилась зима, и нам не улыбалось мыть машины на холоде. А там, в южной Атлантике, тепло и мухи не кусают! Но в военкомате нас завернули - у Кела была судимость «за нарушение общественного порядка».

Тогда же старинные друзья вернули меня в футбол. Я играл в трёх командах моего «Бедмонда» и ещё за кого-нибудь. Набегало по четыре матча в неделю! Боже, какое счастье! И как я мог так долго обходиться без этой великой игры?


ПОМОЩЬ ПОКОЙНОГО ДЕДУШКИ

Однажды я подстригал газон (я некоторое время работал садовником в одном колледже и играл за их сборную) и мысленно разговаривал с умершим дедом - я любил его безумно: «Хочу быть профессиональным футболистом, деда. Пускай это будет четвёртый дивизион, хрен с ним! Только пусть мне дадут хотя бы шанс, всего один шанс. Помоги мне, деда...»

Вскоре на нашей лужайке начал тренироваться «Уэлдстоун», команда из Gola League - аналога нынешней Конференции, то бишь высшего дивизиона для любителей. Их тренер Брайан Холл увидел меня на футбольном поле в действии и предложил тренироваться с его парнями - бывшими игроками «Челси» и «Фулхэма»! Я только прошептал про себя: «Спасибо, деда...»

Немного посидел в резерве. А потом мне предложили полу профессиональный контракт и зарплату 28 фунтов в неделю. Кроме того, выдали клубную куртку и галстук. Ими я хвастался на каждом углу.

К тому времени мы с отцом, с которым я не виделся три года, заключили временное перемирие. Я снова стал работать на его стройке, а он с новой женой ходил на мои матчи. Однако жить с ними я отказался и всё так же скитался по друзьям, пока меня не забрал к себе Джонни Мур, тренер «Бедмонда». С его сыном Шоном мы стали как братья, а сам Джонни был шафером на моей свадьбе.

Я даже немного поиграл в основном составе, где занял место в полузащите - я всегда играл там-. В том сезоне, 1984/85, «Уэлдстоун» вошёл в историю, став первой любительской командой, которая выиграла и чемпионат, и Кубок – FA Trophy.

Меня же едва не отчислили. Увы, нарисовались проблемы с полицией, и меня на полтора года лишили прав за вождение в нетрезвом виде. (А я чихал на это и продолжал гонять на тачке как ни в чём не бывало!). На выезде в Гейтсхэде я вечерком накануне матча отдубасил двух местных парней. Во время вечеринки по поводу завоевания Кубка я разбил о стену туалета часы, которые мне, как и остальным игрокам, презентовали за победу - мол, недостоин...

Однако в следующем сезоне я уже заявил о себе во весь голос. И в канун моего совершеннолетия Брайан Холл сообщил, что мной интересуются некоторые профессиональные клубы. Сама же вечеринка по поводу 21-го дня рождения Винсента Питера Джонса закончилась грандиозной дракой.

В Веймуте я поднял бучу, столкнувшись с их вратарём, и был впервые в жизни удалён. Когда шёл в раздевалку, мне в лицо плюнул местный фан. Я тут же ринулся с кулаками на трибуну. Словом, дела шли как надо

Мной и в самом деле интересовались некоторые клубы Лиги. Одним из них был «Уимблдон», который тренировал тот самый Дэйв «Харри» Бассетт. Они меня активно просматривали, а я о том и не знал.


РАЙ НА ШВЕДСКОЙ ЗЕМЛЕ

Весной я услышал от опытных игроков, что можно выгодно съездить поиграть в футбол в Скандинавии. Занимался устройством английских игроков как раз Бассет на поклон к которому я и пришёл. Он мне устроил контракт с «Хольмсундом» - клубом третьего шведского дивизиона: «Только дай слово, что будешь вести себя прилично». 2 апреля 1986 года я прибыл в Швецию, где меня встречали снег и 50 теле-, фото- и просто журналистов. Я малость обалдел от случившегося и назвал себя игроком «Уимблдона», который прибыл в их славный город поднабраться опыта.

Да-да, именно»; -в славный! В Хольмсунде я понял, что быть футболистом чертовски приятно: 150 фунтов в неделю, классный домик с видом на море, клубное авто, возможность за счёт клуба затариваться в супермаркете и спортивном магазине. Кроме того, клуб предоставил мне для рыбалки шикарнейшую моторку! Море, река, горы... Жаль, охотиться негде было! «Чего тебе ещё надобно, парень? - сказал я себе. - Футбол - твоё призвание!»

Со мной «Хольмсунд» провёл один из лучших сезонов в своей

истории. Команда стала первой в третьем дивизионе и вышла в полуфинал Кубка страны, по пути выбив ни кого-нибудь, а «Юргорден» - 4:2! Я закрыл самого Брайауа Макдермота, когда-то игравшего за «Арсенал», а наш форвард Марк Макнил из «Лейтон

Ориент» ввалил им все четыре плюхи! Я был настоящей звездой. Мой старик, приехав меня навестить, чуть в обморок не упал, когда увидел, как я раздаю автографы.

В конце сезона, в котором я, центральный защитник, получил почти все призы «Игрок недели», «Хольмсунд» предложил мне бешеный контракт - 400 фунтов в неделю! Однако тогда же я получил письмо от Дэйва Бассетта:

«Сынок, тебя ждут «Донс!» Великие дела были не за горами.


«ПЕТЬКА, ТЫ ЧЕГО ПЛАЧЕШЬ?»

Дома я первым делом купил шикарное авто – Cortina Estate за 900 фунтов. Хотя нет; вру. Первым делом я позвонил Бассетту: «Коуч, я сдержал слово. Меня ни разу не удалили, и я не выпил ни капли спиртного!» И то, и другое - истинная правда. Я вообще не пил целый год после возвращения из Швеции!

«Донс», которые только что вышли в первый дивизион, проделав удивительно короткий путь от любителей до элиты, просматривали меня целый месяц. Сначала я играл в обороне. А потом меня перевели в полузащиту, и я тут же забил два мяча, не забыв выиграть все причитающиеся по позиции единоборства. Оказывается, идею вернуть меня на знакомую с детства позицию Вассетту подбросил наш врач и мой земляк Дерек Френч. Именно он постоянно следил за мной ранее и нашептывал о моих успехах тренеру...

Но окончательно я покорил всех, когда пошёл вбрасывать аут. Я с лёгкостью швырнул мяч аж на дальний край штрафной. У всех присутствовавших - Бассетта, игроков, зрителей - вырвался вопль: «Ни ... себе! Это ж ...твою мать!» Я и сам слегка обалдел - оказывается я и ауты бросать умею, хе-хе!

«Харри» вызвал меня к себе: «Отличная работа, Джон. Я хочу подписать с тобой контракт!» - «Да! Да!! Да!!!» - «Контракт на два года. 150 фунтов в неделю плюс 50 за игру и столько же за гол. Чего смотришь?» Я наглел прямо на глазах: «А подъёмные?» - «Сынок, я дал тебе шанс. Воспользуешься им, будет у тебя всё. Вот тебе деньги, купи себе костюм. А теперь п... отсюда!»

«Спасибо, деда...» - шепнул я про себя, как когда-то.

В следующую субботу я вышел в основе в гостевом матче с «Ноттингем Форест».


«ЕСЛИ ХОЧЕШЬ БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМ, ДЕЛАЙ ТАК!»

А накануне в гостинице состоялась «официальная церемония моего посвящения в игроки «Уимблдона». Во время совместного ужина я заметил, как Глин Ходжс и Марк Моррис отлучились минут на десять. Я не придал этому особого внимания, но когда вернулся в номер (а я жил вместе с Уолли Даунсом, с которым я был знаком по старым загулам), увидел там настоящий погром. Постельное белье было связано узелками, моя одежда валялась в ванной, в которую добрые товарищи не забыли пустить воду, зеркало было испещрено добрыми пожеланиями в моей адрес вроде «...» и даже «...».

Зазвонил телефон. Я поднял трубку и услышал: «Привет, онанист чёртов! Думаешь, если подписал контракт, то стал таким же крутым, как и мы? Ссыкунишка. Пойди за угол, сдохни!» Телефон трезвонил ещё очень долго. Звонили даже из номера Бассетта! Я больше не брал трубку. И вдруг - стук-стук... Уолли открыл дверь, и в комнату ввалилась толпа с бухлом и девицей очень лёгкого поведения.

Я чуть не умер от страха: «Боже, что подумает Бассетт!» А парни под хохот Уолли стали предлагать мне немного развлечься. Тут же отыскались стаканы, а девица шустренько избавилась от одежды. Она начала петь, а все подхватили вслед за ней: «Если хочешь быть счастливым, делай так!» Я тщетно взывал к их благоразумию, пока наконец не вышел из себя. Я собрал в кучу одежду этой пташки и швырнул в лицо парням. Они поняли, что дело принимает серьезный оборот, и слиняли.

А Уолли на своей постели заливался до слез: «Не обижайся. Это - мы. Это - «Уимблдон». Деннис Уайз, Лори Санчес... Они не суперзвезды, они обычные парни с улицы, которым выпало счастье играть в первом дивизионе. И это наш дух! Добро пожаловать, Вине! И всегда следи за ключами от номера (разок мы увели ключики у самого Бассетта и перевернули его номер вверх дном! - В.Д.)...»

«Банда психов», говорите? Вот-вот. Именно! Впервые нас так назвал ,Тони Стэнсон из «Дэйли Миррор». Вся страна подхватила! А я стал частью «Банды»!

Oh, oh you"re in Wimbledon now…


НАЧАЛ ЗА УПОКОЙ, ЗАТО ПРОДОЛЖИЛ…

На следующий вечер я держал самого Нила Уэбба. На 22-й минуте вместо того, чтобы выпрыгнуть и головой выбить подачу на Уэбба, я сыграл рукой, и Найджел Клаф" реализовал пенальти. Мы продули 2:3. В раздевалке я спросил старенького администратора Сида Нила: «Как я сыграл» Все разом смолкли, «запала гнытюча тыша», которую нарушил своим криком Нил: «Как ты сыграл?! Знаешь, что, внучок, отдай-ка мне свою футболку, я сыграю лучше!»
Всё, капец карьере, завтра я опять буду в своём «Бедмонде»...
Но Дэйв Бассетт не сказал ничего, а всю следующую неделю на тренировках (а занятия у нас были не приведи Господи! Мы пахали как волы, бегали кроссы, каждый день рубились с резервом или молодёжными командами, которые больше всего на свете хотели втоптать нас в газон и занять наше место. Нигде больше я такого не видел!)... Так вот, на тренировках «Харри» заставлял меня десятки, сотни раз вбрасывать аут. Тактика «Уимблдона» была проста, как веник: атака - это когда мяч далеко-от твоей штрафной, стало быть, если ты получил мяч - лупи его вперёд, если ты получил мяч спиной к чужим воротам - бей через себя! Наш форвард и мой лучший друг Джон Фашану, он же - Фаш, орал во время матча киперу Дэйву Бизанту: «Загружай этот грёбаный мяч в миксер!» Моё умение далеко вбрасывать ауты стало для нас дополнительной возможностью забить и, по-моему, спасло мою карьеру. Я так набил руку, что на нашем стареньком «Плаф Лейн» с лёгкостью бросал мяч в штрафную от центральной линии!
В следующую субботу я вышел на домашний поединок против «МЮ». Сначала я попал в штангу, а на 42-й минуте, когда Глин Ходже подал угловой справа, я оттолкнул рукой державшего меня Кевина Морана, выпрыгнул и мощно пробил головой. Мяч от головы стоявшего на штанге Реми Мозеса влетел под перекладину! Прежде чем оказаться погребённым под телами орущих от счастья партнёров, я успел увидеть на трибуне ликующих родителей и друзей. Мы выиграли 1:0.


В ВОПРОСАХ БЕЗ ОТВЕТА

А мы всё ставим каверзный ответ
И не находим нужного вопроса.
В.С.Высоцкий, «Мой Гамлет»


Я немало забивал в дебютном сезоне, и это отвлекало публику от моей грязной игры. Но такова была вся наша «Банда». Для нас это был единственный способ выжить в первом дивизионе. Мы понимали – стоит нам только вылететь, и на команде спокойно можно ставить крест.

Помню, в игре с «Челси» мы устроили разборку стенка на стенку, заступившись всей командой за Фашану, которого боднул громадный Дуг Рагви. А в матче с «Арсеналом» я впервые удалился, когда чуть не оторвал ноги Грэму Риксу. Я делал это осознанно, потому что он перед матчем ляпнул – дескать, такое убожество, как «Уимблдон», недостойно быть даже на одной планете с «Арсеналом». Ну, я тебе покажу, сукин ты сын! И показал.
Меня отчихвостили по первое число. Мне действительно было стыдно, я спрашивал себя: «Винс, какого хера?» Этот же вопрос я задавал себе ещё много-много раз, но ни тогда, ни сейчас не могу на него ответить. Просто в какой-то момент у меня срывает крышу, и я творю бесчинства. Ну не могу я держать себя в узде! Как-то я, шокированный подлостью самого Кении Далглиша (он исподтишка врезал мне по голени), пообещал оторвать ему голову и засунуть в его же вонючую задницу. Скандалец в прессе вспыхнул еще тот! Не меньший, чем когда я ударил ногой по лицу лежащего на газоне Питера Рида из «Эвертона». Вот за этот трусливый поступок мне действительно стыдно!
Нередко меня спасала от удаления только своевременная замена. Разок я в запале чуть не угробил за это старика «Харри»...


С ПЕДИКАМИ ПО КАБАКАМ

Бассетт часто упрекал нас за грубую игру и заварушки на поле. Но сейчас я понимаю, что он был только рад игрокам вроде меня (а я в «Уимблдоне» был далеко не единственным в своём роде) и умело распалял в нас звериный инстинкт. На пятничных тренировках накануне матча мы всегда играли в «Хар-ри-бол» - некое подобие регби, когда в борьбе за мяч ежесекундно возникали кучи-малы, в которых трещали рёбра. А Дэйв стоял в сторонке и довольно похихикивал: «Вы только посмотрите на себя. Вот умора!»
Бассетт для меня всё равно что второй отец. Он мог решить любую проблему, в том числе и проблему выживания в первом дивизионе. Мы остались в нём всем чертям назло, и я уверен, с Дэйвом мы сумели бы подняться на качественно новый уровень игры. Он уже замышлял перестройку игрового почерка команды, хотел сделать его более изысканным и конструктивным. Однако как-то летом во время отпуска я проснулся, взял газету и наткнулся на заголовок: «Бассетт ушёл в «Уотфорд»!» Он хотел меня забрать с собой, но клубы не договорились по деньгам. И слава Богу, так как «Уотфорд» очень скоро развалился.
Зато Дэйв познакомил меня с Элтоном Джоном! Классный чувак, доложу я вам, хоть и *представитель нетрадиционной ориентации*. Суперзвезда, миллионер, а не чурался сходить вместе со мной в мой любимый бар в Уотфорде! Мои кореша просто обалдели, когда мы с Элтоном вошли, и я представил его публике: «А это мой новый приятель, парни!»


«ВО ХМЕЛЮ СЛЕГКА ЛЕСОМ ПРАВИЛ Я...»
(Почти из песни В.С.Высоцкого «Очи чёрные I. Погоня»)

Я подписал новый контракт на 350 фунтов в неделю и получил семь штук подъёмных. Тогда-то я впервые и встретился с Сэмом Хаммамом, нашим президентом. В складчину с еще одним моим старинным приятелем Стивом Робинсоном я купил трёхкомнатную квартирку. К весне обзавёлся и своим домом в Хемеле - районе, где жило несколько футболистов. Его так и называли - «Футбольное поместье».

А команду принял Бобби Гоулд, который притащил с собой Дона Хоуи. Мы его поначалу восприняли как чужака, но оказалось, что Дон весельчак и свой парень. Он научил нас, как веселиться и безобразничать на поле, но оставаться при этом благоразумными. Можно сказать, нас слегка облагородили. На тренировках больше не было «Хар-ри-бола», зато мы хором пели армейские песни. Знаете, вроде «Пане полковнику мий черноокий». Хоуи назначил меня запевалой!
Тот сезон, 1987/88, стал воистину волшебным и незабываемым. Мы набрали такую великолепную форму, настолько слились в единое целое и так жаждали крови, что ничего не выиграть просто не могли. Нам достался Кубок Англии...

От редакции.
Вот здесь мы вынуждены приберечь воспоминания Джонса о триумфе «Донов», на «Уэмбли» над могущественным Ливерпулем» до лучших дней. Думаем, вскорости в серии «Лучшие матчи» мы в самом лучшем виду поведаем вам о величайшей победе в истории маленького, но очень гордого клуба. Благодаря «Восточно-европейскому фан-клубу Wimbledon F.C. Eastern Europe Office (Rus&Ukraine)» и лично Максиму Герасимову мы разжились записыо этого матча, которую изучаем с должным рвением.
А пока что пойдём дальше.



СВЕРХУ НИЗ

Но жизнь - это такая сложная дорога, на которой за подъёмом всегда будет спуск.
К новому сезону мы непонятно почему готовились на острове Уайт. В матче с местными любителями меня удалили за драку. Бобби Гоулд вышел из себя и отчислил меня из команды на неопределенное время, в течение которого мы проигрывали матч за матчем. Поговаривали, что Гоулд потребовал от Хаммама продать меня - дескать, либо я, либо он.
Однако очень скоро я вернулся в основу и заиграл, как умею. Всё налаживалось, пока не случился этот долбаный матч на «Уайт Харт Лейн» с «Тоттенхэмом». Я вмешался в единоборство Фаша с Гари Стивенсом и снёс обоих. Джон поднялся, а Гари, похромав немного, ушёл с поля. И больше никогда на него не возвращался...

Это был не более чем игровой эпизод и будь у Гари всё в порядке с коленом, он бы только потёр ушибленное место и побежал бы дальше. Но он до сих пор винит в случившемся меня.
Снова вокруг моего имени разразился скандал, а фаны «Шпор» даже собирались расправиться со мной. И они. сделали бы это, чёрт их дери, если б в тот день Дон Хоуи не вызвался подвезти меня домой (Дон жил неподалеку). Мы заметили толпу сотен в пять, которая топталась возле моего дома. Дон приказал мне перелезть на заднее сиденье, лечь на пол и накрыться его плащом. Так он и провёз меня мимо разъярённых болел...

Вскоре мой спаситель ушёл из команды. И виной тому был... я. Меня удалили на «Гудисон Парк» за то, чего я не делал. В заварухе, когда я скосил здоровенного чёртового шотландца Грэма Шарпа, на меня набросился с кулаками защитник «Эвертона» Кевин Рэтклифф. Я подошёл к нему вплотную, сказал: «Пойдём, выйдем» и слегка наклонил голову к его лицу. А Кевин, которого я почитал одним из самых благородных тафгаев, с диким криком завалился на газон.

В раздевалке после матча Хоуи рвал и метал: «Как я могу работать с такими уродами? Вы варвары, а не люди! С меня довольно...»
Тогда и я решил уйти. Отношения с Гоулдом окончательно испортились.

Да и мне казалось, что только из-за меня у «Доне» сложился такой отрицательный имидж и если я уйду, люди перестанут бояться этот клуб как чёрт ладана. Сэм Хамам – он отличный мужик, точь-в-точь такой же псих, как и мы все – всегда был за меня горой и очень долго меня отговаривал. Но я настоял на своём и оказался в «Лидсе», который тогда сшивался во втором дивизионе.


ВИННИ ДЖОНС НЕ ХУЖЕ ДЖОНА ЧАРЛЬЗА!

Я встретился с президентом йоркширцев Биллом Фотерби, Аланом Робертсом из маркетинговой службы и тогда ещё просто директором Питером Ридсдэйлом. Последний меня и спросил: «Сколько хочешь?»
Я понятия не имел, чего просить. В «Уимблдоне» моя последняя зарплата составляла полштуки в неделю. Ну я и брякнул: «1400». «Хорошо, - кивнул Ридсдэйл. Я вошёл в азарт: «И 25 тысяч в год подъемных». - «ОК». - «И ВМW 325i..» -«Без проблем». - «...который по истечении трёх лет переходит в мою собственность!» - «Нема пытань!»
Тут вскочил Фотерби; «Вот моя рука, Винни!» А Ридсдэйл стал откупоривать шампанское...
Чёрт, надо было ещё 50 штук премиальных за выход в первый дивизион попросить!
У того «Лидса» был великолепный подбор игроков (Страчан, Фэйркпаф, Стерланд, Томас, Чепмэн, Шеридан, молодые Бетти и Спид, Крис Камара - нынешний комментатор Sky Sports), с которыми работал превосходный наставник Ховард Уилкинсон. Однако единства в команде не было. Пришлось даже кое-кому заехать в рыло. Меня тут же вызвал Уилкинсон (я, кстати, был очень удивлён, что он тренирует «Лидс». Я-то из всех Ховардов знал одного лишь Кендалла! (знаменитый тренер «Эвертона» 80-х)). Я подумал: «Ну вот и всё. Сейчас меня отправят обратно». И ошибся! Как оказалось, Ховард именно этого от меня и хотел, он покупал не просто игрока, а лидера, который может сплотить команду! И я сделал это, чёрт возьми!

Вообще же, в «Лидсе» я играл в самый лучший футбол в своей карьере. Команда была настолько хороша, что не затерялась бы и в первом дивизионе (что она вскоре и доказала). В «Уимблдоне» я вместе со всеми сражался за выживание, а в «Лидсе» получил возможность именно ИГРАТЬ в футбол. Я много ходил вперед, раздавал передачи, забивал и получил всего лишь две жёлтые карточки, которые, честно говоря, можно было и не давать (хотя следует признать, что судьи во втором дивизионе всё-таки более милосердные, чем в первом), и всего лишь однажды оказался замешан в скандале - подрался в ночном клубе. Мы выиграли второй дивизион. А я в честь такого события сделал татуировку На ноге, добавив ее к другой - поводу победы «Уимблдона» в Кубке.

Однако, в «Лидсе» я чувствовал себя покинутым и одиноким. Мне очень не хватало Фашану, не хватало общения с ним, как когда-то в Ливерпуле, когда мы всю ночь сидели на подоконнике в гостиничном номере и терли за жизнь. Он тогда мне сказал; «Держи друзей своих подле себя, но врагов еще ближе». Он всегда был немножко философом, мой старый добрый Фаш...
Правда, со временем я сдружился с Дэвидом Бетти, нередко гостил у него дома. Он жил с родителями, которые во мне души не чаяли. И часто поили меня чаем.

Я полюбил фанов, и эта любовь была взаимна. Когда я вернулся в Лидс с моей новой командой, меня
встретили стоячей овацией. Говорят, до меня такой чести удостоили только одного - великого валлийца Джона Чарльза. Было очень приятно.


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 12:42
Papa
Винни Джонс и все-все-все
Часть 2



Я УГРОЖАЛ ТРЕНЕРУ ПИСТОЛЕТОМ

Но начался новый сезон, и я, вернувшись из отпуска, с удивлением обнаружил на своём месте в раздевалке надпись «Гари Макаллистер». Я внезапно перестал попадать даже в запас, хотя пахал на тренировках до потери сознания. Как-то я не выдержал - перед игрой с «Лутоном» ткнул ствол в лицо Уилкинсону И положил палец на курок: «Ты и теперь не поставишь меня на этот долбаный матч?» Это была шутка, ружжо было не заряжено, и Ховард, зная меня, спустя секунду-другую уже ржал до колик.

Но он и вправду смеялся последним. Он поставил меня на тот матч, но выдал мне восьмой номер, хотя я всю жизнь играл под четвёртым. А потом на тренировке Ховард подошёл ко мне: «Звонил Бассетт. Он зовёт тебя». Бассетт?! Я чуть было не задохнулся от счастья. К тому времени «Харри» уже работал в «Шеффилд Юнайтед». Но мне было наплевать. Я даже отмахнулся, от отца, который пытался меня образумить: «Сынок, да они же в хвосте плетутся!»

Лишь подписав контракт с «Клинками» (более выгодный, кстати, чем был с «Лидсом»), я посмотрел в газете турнирную таблицу: «Вот дерьмо!»
«Шеффилд» играл препогано, настоящие «бей-беги», которые даже «Уимблдону» не снились. На поле я опять взялся за старое - нужно было сражаться, а не играть. Карточки посыпались на меня, как осенние листья после первого мороза. Я даже установил, как тогда казалось, вечный рекорд, получив предупреждение уже на 5-й секунде выездного матча с «Ман Сити» - вырубил своего старого знакомого Питера Рида. Ха, рекорду-то было жить всего годик!

Мы проигрывали матч за матчем, одержав первую победу только перед Рождеством. Игроки даже боялись появляться в городе - горячие фаны запросто могли и по лицу настучать. Мы спаслись, выиграв в январе-марте семь матчей подряд. В роли великого мотиватора выступил Дэйв Бассетт. Он пообещал каждому игроку поднять зарплату на сотку, если команда не вылетит. Как всё просто!


УЖЕЛЬ ТА САМАЯ ТАТЬЯНА?

По-моему, самое время перейти к моим сердечным делам. Тем более, именно в Шеффилде произошло одно из самых важных и счастливых событий в моей жизни - родился мой сын Аарон. Боже, думаю, в городе не осталось ни одного человека, с которым бы я не бухнул по этому поводу!
С его матерью, Миленой Эллистон, я встретился, ещё когда начинал играть в «Уимблдоне». Мы познакомились в ночном клубе, где она подрабатывала. После она стала работать в одном из лондонских банков. Мы виделись всё реже и реже, пока где-то за полгода до великого финала не расстались. Уже играя за «Шеффилд», я наведался как-то в родной Уотфорд, где и столкнулся с нею. Что-то между нами будто ожило. Ту ночь, прекрасную ночь, она провела со мной, а спустя некоторое время: «Мне нужно тебе что-то сказать, Вин...» Я уже почти понял, чтО! «Я беременна...» Господи, да это ж просто здорово! Всё, образумлюсь. К чёрту баб, кабаки и водку. Стану теперь примерным отцом семейства!

Я перевёз Милену в Шеффилд, где у неё за полтора месяца до срока начались роды. Слава Богу, всё получилось как нельзя лучше. Хуже было потом. Маленькие дети - такие существа, которые требуют постоянной заботы и внимания. А мне нужно было высыпаться. В общем, Милена с малышом уехала домой. Они навещали меня, я к ним ездил. Но эти встречи становились всё реже и реже. Она всегда была слишком самостоятельная, потому спокойно рассталась, со мной. Но, несмотря на это, Аарон всё равно остался для меня одним из самых главных человечков на земле. Я часто вижусь с ним и провожу с ним много времени, стараясь научить его вещам, которым когда-то научил меня отец...

Едва начался сезон 1991/92, как мне позвонил Бассетт и сообщил о продаже в «Челси» - моя зарплата для «Клинков» была непомерным грузом. В Лондоне я закутил на всю катушку, опять попав в круговерть холостяцких вечеринок, где рекою льётся водка, а девчонки и драки сменяют одна другую.
Но тут моя дорога вновь пересеклась с главной любовью всей моей грешной жизни, с любовью, благодаря которой я, наверное, и стал тем, кем стал. Её зовут Таня...
Впервые я увидел её ещё лет в двенадцать, когда с родителями одного из моих закадычных дружков ездил на воскресные матчи по крикету. Не буду врать, ничего в моей душе тогда не вспыхнуло. Мы играли в компании в традиционные детские игры, а вскоре на несколько лет потеряли друг друга из вида.
Как-то в баре ко мне подошла потрясающая девушка с длинными тёмными волосами: «Ты Винсент Джонс, не так ли?» Таню я сразу и не признал - такая она стала красивая! Мы вспомнили детство, посмеялись и всё… Встречались ещё пару раз, пока наконец я не набрался храбрости попросить разрешения проводить её домой. Она согласилась, мы пили чай и битый час болтали на кухне. С нами сидела её мама, так что ничего между нами не было. Но доброжелатели постарались донести до Тани - я-де нахваливался, что быстренько уломал её. В общем, она меня отшила, невзирая на все мои клятвы и старания.

В 1984 году я с Расселлом поехал на финал Кубка Англии «Уотфорд» - «Эвертон». И там, на «Уэмбли», я увидел Её, самую прекрасную девушку на земле! Она выходила из автобуса для жён и подруг игроков под ручку с женой Джона Барнса. Кореш толкнул меня:
«Смотри, вон Таня Терри!» - «Что ты мелешь? Её фамилия Лэмонт». - «Так это когда было! Она сейчас замужем за Стивом Терри, центральным защитником «Уотфорда»...»

А я тогда был Никто и играл за команду Нигде. Но прошептал:
«Хочу, чтобы однажды она приехала посмотреть на мою игру. Хочу, чтобы она была моей женой!»
Ну и скажите после этого, что не женщины подвигают мужчин к решительным действиям!

Через пару лет в уотфордской газете я прочёл, что Тане сделали операцию по пересадке сердца (у неё были осложнения после родов дочурки Кейли). А когда играл за «Лидс», то пропустил стакашку со Стивом Терри и передал через него Тане привет и наилучшие пожелания.

А потом, пялясь в окно своего дома вместе с челсийским собутыльником, нападающим Джо Аллоном, я опять увидел Её. Она жила по соседству. Она как раз порвала со Стивом. Воспользовавшись незначительным предлогом, я зашёл к ней и... мы проболтали до семи утра! Тогда Таня призналась, что очень удивилась, узнав о моей футбольной карьере: «Я думала, ты уже давно в тюряге!»
Мы встречались всё чаще и чаще. Когда Таня вновь попала в больницу, я приехал к ней и там впервые в своей жизни поцеловал. В щёчку! А потом под личную ответственность забрал её домой - прямо в пижаме, укутанную в шерстяное одеяло.
Спустя некоторое время я, как и заведено, попросил у Лу Лэмонта руки его дочери. Он меня недолюбливал, но видел, как я забочусь о Тане и что я готов быть с нею рядом до последнего вздоха.
Свадьба состоялась 25 июня 1994 года и это была самое прекрасное торжество, которое видел этот мир - потому что на ней была самая красивая невеста на земле!

(Для любителей тусни замечу: свадьбу организовал мой новый агент, партнёр по бизнесу и просто друг Стив Дэвис. На всё - шикарный шатёр, серебряный сервиз, изысканную пищу, охрану, джаз-банду и... вертолёт - ушло сто тысяч фунтов.)


ПЕЧАЛЬНЫЕ РЕКОРДЫ

А на футбольном поле я оставался всё таким же. На ТРЕТЬЕЙ СЕКУНДЕ кубкового матча «Челси» - «Шеффилд Юнайтед» я врезался в Дэйна Уайтхауза и огрёб жёлтую карточку. Что могу сказать в своё оправдание? Только то, что против своих бывших клубов всегда играешь на диком взводе. А вообще, всё произошло так быстро, что я и сообразить не успел...

Но не всех собак, которых на меня навешивали в то время, я готов терпеть. Например, никогда не смирюсь со штрафом в полторы штуки, который мне впаяла Футбольная Ассоциация. Рассказываю. На предматчевой разминке на «Хайбери» я заметил на трибуне парня своей сестры, Тони. Ну и оскалился, ткнул ему фак и проорал: «Ах ты долбаный онанист!»

Или вот рекордный двадцатитысячник и шестимесячная дисквалификация с отсрочкой приговора на три года. Именно в такую копеечку и в такой срок влетело моё участие в документальном фильме о грубости на футбольном поле. Я по своей наивности искренне рассказал о существующих грязных способах борьбы с противником, а авторы фильма сделали из этого чуть ли не учебное пособие и руководство к действию... (Посмотреть бы! Не этот ли фильм послужил основой знаменитого эпизода в «Костоломе»?! - Ред.)

Зато по моей протекции в «Челси» позвали Дона Хоуи! Того самого, который ушёл из «Уимблдона» из-за моих выходок на поле...
По Традиции в начале сезона меня продали. На сей раз в родимый «Уимблдон». Мой трансфер стал следствием подковёрных интриг - кому-то там, говорят, захотелось, чтоб в «Челси» на моей позиции был Найджел Спекмэн из «Рейнджерс». Ну, купили они своего Спекмэна, и что? А я благодарен моим тайным ненавистникам. Именно с их нечаянной помощью я получил возможность скачать с «Синих» бешеную неустойку и купить за 105 тысяч фунтов шикарный дом в Редбурне.

В «Уимблдоне» я первым делом заверил фанатов - мол, старина Винни уже не тот, кем был, и клятвенно обещает играть чисто. Ещё бы! Ведь меня ни разу не удаляли ни в «Лидсе», ни «Шеффилде», ни в «Челси»! К тому же Джо Киннэйр назначил меня капитаном. Это просто взбесило прессу: «Винни Джонс - капитан! Позор!» Накаркали, сволочи... На последней минуте первого же моего матча (против «Блэкберна» Кенни Далглиша) передо мной снова зажёгся красный свет. Потом было удаление за каратистский удар Роба Ли из «Ньюкасла»... М-да. А я ведь искренне намеревался играть иначе...


«ЗЕМЛЯ ОТЦОВ МОИХ»

В декабре 94-го в моей карьере произошел новый виток. Я стал игроком сборной Уэльса и принял участие в отборочном матче чемпионата Европы с болгарами. В Англии я, понятное дело, никого не интересовал. Одно время меня хотел переманить в Ирландию знатный мастер этих дел Джеки Чарльтон, но, увы, мы так и не смогли добыть метрику моей бабушки по матери, которая родилась в Дублине. Зато с дедовскими документами все было в порядке. Правда, я забыл свой паспорт и по правилам ФИФА не имел права играть. Но, слава Богу, свой паспорт забыл и Марк Хьюз. Чтоб «Спарки» не сыграл за сборную?! Быть такого не могло. В общем, кое-где надавили, и комиссары согласились принять факсы наших паспортов...

По дороге в Кардифф я крутил в авто «Землю отцов моих» - гимн Уэльса. Когда Майк Смит, тренер сборной, притащил чувака, который должен был нас обучить и словам «Земли...», и правильному их произношению, я мог уже сам кого хошь научить! Но перед матчем со мною пели только Гари Спид и Дин Сондерс. Причём я так орал, словно хотел, чтобы меня услышал мой покойный дед. Спасибо тебе, деда!..
Но чтоб у меня да всё в порядке - быть такого не может! Бобби Гоулд, который в скором времени принял Уэльс, как-то сказал; «Самое опасное время для Джонса – когда всё у него идёт как следует». Мне всегда удаётся в таком случае свалять дурака.
Июньский матч с Грузией для меня начался великолепно. Но на 25-й минуте вместо того, чтобы просто перепрыгнуть упавшего Кавелашвили, я наступил на него. Михаил долго катался по полю в агонии, но как только мне показали красную карточку, вскочил на ноги. Пять матчей дисквалификации...

Осенью 96-го, когда перед отборочным матчем чемпионата мира с Голландией получил травму капитан сборной Барри Хорн, игроки выбрали капитаном меня. Голосование было тайным, и я, чисто хохмы ради, написал своё имя. Каково же было моё удивление и какова гордость, когда тренер стал читать бумажку за бумажкой: «Винни Джонс... Винни Джонс... Винни Джонс...» Бобби Гоулд, который это и предложил, схватился за голову:
«О, нет!»

Но моя международная карьера оказалась короткой. Гоулд внезапно взялся строить новую команду, вызвав вместо меня каких-то любителей, о чём я узнал только из газет...
Однако я не теряю надежды, что когда-нибудь вернусь в сборную. Уже как тренер. Уэльс, как бы ни сомневались мои критики, и в самом деле значит для меня много. Это «земля отцов моих»!


У МЕНЯ БЫЛА СОБАКА, Я ЕЕ ЛЮБИЛ

В феврале 95-го, когда националисты сорвали матч сборных Ирландии и Англии в Дублине, я был на месте событий как корреспондент News of the World. Помню, напился тогда крепко. Для начала отчитал Гари Линекера, который облил помоями мой «Уимблдон», и запустил в него гренок. А потом укусил за нос Теда Оливера из Daily Mirror. В газетах меня иначе как монстром не величали.

Когда я вернулся домой, застал Таню в слезах. Господи, да сколько же я буду доставлять несчастий этой прекрасной женщине? В общем, обнял жёнушку: «Я люблю тебя. Ты - всё, что есть у меня в этой жизни...» И пошёл стреляться. Да, в тот момент это мне казалось единственным выходом. Я почти что поверил, что я и есть на самом деле тот варвар и то животное, каким меня представляла общественность. Сел в своём укромном местечке, где так часто устраивал засады на голубей, вставил ствол в рот и... И ко мне прибежала моя Тесси, моя маленькая псинка. Она ластилась ко мне, виляла хвостом, забавно подпрыгивала и вертелась. Я буквально кожей почувствовал, как меняется моё состояние. Ах ты Тесси, ах ты моя спасительница!..

Мне захотелось спрыгнуть с этой безумной карусели и стать лесником, как я и мечтал в юношеские годы. Я вдруг понял, что по-настоящему важно в моей жизни, а что - нет. Таня, Аарон и Кейли - это важно. Всё остальное - чепуха!

Чепуха вроде нового скандала, когда я сказал, что легионеры, играющие в премьер-лиге, «визжат, словно беременные свиньи». А как же иначе? Играли мы с «Челси», и я пошёл в стык с Руудом Гуллитом. Так эта звездатая звезда с такими воем и слезами завалилась на газон, что перепуганный Дермот Галлахер тут же ткнул мне под нос красную карточку!

Вообще, отношение наших судей к иностранным примадоннам просто удивляет. Если бы я так же бортанул, скажем, Стива Кларка (и сыграл притом в мяч!), никто бы и ухом не повёл. А тут...


В ШАГЕ ОТ ТЮРЯГИ

Настоящее удовольствие я получил от сезона 1996/97. Это был второй и последний великий сезон «Донов» с Винни Джонсом. Всё для нас складывалось столь удачно, что Джо Киннэйр ничтоже сумняшеся поставил нам задачу выйти в еврокубки. Однако сражение на трёх фронтах нас и погубило. На каждом из них мы остановились всего в шаге от успеха: добрались до полуфиналов Кубка Англии и Кубка Лиги, а в чемпионате финишировали восьмыми, отстав на жалкие три очка от шестого места.
Особенно обидно поражение от «Лестера» в Кубке Лиги за счёт гола, пропущенного на своём поле. Вот с «Челси» в Кубке Англии мы действительно выглядели обречёнными. Вроде всё было как надо. Киннэйр подвёл нас к поединку в отличном физическом состоянии, но... Душа оказалась не на месте! И традиционную предматчевую попойку забыли устроить...

В конце следующего сезона я уже был в «Куинз Парк Рейнджерс» и сражался за выживание в первом дивизионе»: Нет, не это меня привлекло – в своей карьере я вдоволь наборолся за место под солнцем. В «КПР» я, получил отменную возможность попробовать себя в тренерском деле. Недавно ушедший из жизни Рэй Харфорд обещал научить меня всему, что знает и умеет он сам. Мы остановились в полушаге от пропасти, в которую сорвался «Ман Сити», и я испытал неслабое чувство гордости, что был причастен к спасению не только как игрок, но и как тренер.

Эх, сколь верёвочка ни вейся... Я крепко поцапался с соседом из-за забора - ему показалось, что я залез на его землю. Пришлось врезать ему пару раз. И, конечно, получить повестку в суд. Всё было более чем серьезно. Мне светило от трёх до шести месяцев. Я уже готовился к отсидке, расспрашивал бывалых людей - мол, как заходить, чего говорить и делать в камере. Как раз накануне заключительного заседания суда мы переехали в новый дом и устроили по этому поводу грустную вечеринку. Это уже была не чепуха...
Хвала Господу, мне впаяли 1150 фунтов штрафа и сто часов общественно-полезных работ. Пьянка была грандиознейшая!

Отрабатывал я в доме для престарелых, красил стены. Потом таскал мебель для малоимущих. Никакого неудобства я не испытал, потому что всегда с уважением относился к обездоленным и помогал им, как мог. Помню, в Лидсе я помогал одному из детских домов и часто бывал там. Так детишки ко мне настолько привязались, что нередко удирали из детдома и появлялись на пороге моего дома. Приходилось их кормить и отвозить обратно...


А, ЛЕСНИК? НУ И ПОШЕЛ…

Очень скоро закончилась и моя тренерская работа. У «КПР» категорически не было денег, и Харфорду строго-настрого приказали продать к Рождеству игроков на 3 млн. фунтов. Старику это осточертело, и он ушёл. Я как второй тренер рассчитывал занять его место, однако владелец клуба Крис Райт неожиданно назначил на пост второго Иана Доуи, а меня понизили. Мотив? «У тебя много занятий на стороне!» Ох тяжка ты, ноша - людская зависть... К тому времени уже прогремели «Карты, деньги, два ствола» и по поводу моей актёрской работы посыпались лестные отзывы. Сама любезность Дастин Хоффман даже назвал меня «новым Брюсом Уиллисом»!

В общем, с футболом я завязал (но обещаю вернуться!). Меня звали в третий дивизион и в Конференцию. Ещё чего не хватало – дать повод моим недругам вякать, что Винни Джонс-де окончательно опустился! Тем более, я окунулся в новый для себя мир - мир кино. Правда, нельзя сказать, что он был по-настоящему для меня новым. Я мелькал в некоторых телевизионных проектах, вёл передачу «Мужики и моторы». Так меня и приметил Гай Ричи. Роль Большого Криса дали мне почти без разговоров. Ну разве что показали тётке, которая открыла Шварценеггера. И она пришла от меня в восторг!
На американской премьере «Карт, денег...» я познакомился с несколькими видными в Голливуде людьми и вскоре получил приглашение сняться в блокбастере «Умри за 60 секунд» с бюджетом в 150 млн. фунтов и Робертом Дювалем, Николасом Кейджем и Анджелиной Джоли. Я играл сурового и немногословного мужика по прозвищу «Сфинкс». В общем, образ был где-то в духе Большого Криса.
Потом была ещё одна работа с Гаем Ричи - фильм «Большой куш», работа над которым доставила мне огромное удовольствие. Там ещё Брэд Питт мелькал...

В фильме «Пароль «Рыба-меч» я играл вместе с Джоном Траволтой. А в «Костоломе» сыграл свою первую главную роль.

Мой герой - бывший капитан сборной Англии Дэнни Михэн - был выброшен из футбола за участие в букмекерских игрищах и сдачу матча Англия - Германия. За пьяную драку с офицером полиции он получил три года. Начальник тюряги был истым футбольным фаном, содержал команду, состоящую из надсмотрщиков, и мечтал разгромить всех в округе. Для этого Михэну был предложен пост тренера плюс досрочное освобождение. В противном случае ему обещали устроить новый срок. Дэнни, конечно же, отказался и вместо этого сколотил команду из заключённых. А дальше... А дальше был классный матч, съёмки которого поражают, завораживают и заставляют переживать, будто это прямая трансляция реального и очень важного поединка (подтверждаем!!! - Ред.).

Кино может всё, за исключением одного. Снять футбольный матч, чтобы он смотрелся естественно, ещё никому не удавалось. Тут хоть Пеле приглашай, хоть кого... А вот мы почти что смогли! Как? Очень просто. Правило первое: не умеешь играть в футбол, вали из фильма! Правило второе: ты должен быть в отличной форме, а не потрясать животиком и вызывать жалость одышкой. Правило третье: в кадре постоянно должен быть мяч, как во время обычной футбольной трансляции. И самое главное: никакого сценария матча! Самые лучшие сцены как раз спонтанно и получились!

А вообще, посмотрите киношку, не пожалеете! Это я вам говорю!
Несколько проектов появятся на экранах в наступающем новом году. Среди них и фильм «Пали!», на съёмках которого со мной и приключился грандиозный скандал. Помните, сразу три женщины обвиняли меня в попытке изнасилования, хулиганстве и сквернословии?
Но что поделаешь... Вот такой я есть. Зато могу с гордостью вам сказать: я - настоящий! У меня нет никаких звёздных закидонов, я запросто общаюсь и с мегазвёздами, и с простыми парнями. Больше, чем кино и футбол, люблю охоту, рыбалку и домашнее хозяйство, коего у меня видимо-невидимо: коровы, куры, свиньи, куропатки да фазаны бегают для экзотики. А соседние фермеры часто приглашают меня на отстрел всяких пакостников вроде лис. Я никогда не отказываю! А иногда думаю: «А может, бросить всё это к такой-то матери и заделаться лесником?»



Некоторые фильмы Винни:

«КАРТЫ, ДЕНЬГИ, ДВА СТВОЛА»
«Lock, Stock & Two Smoking Barrels» (1998)


Ну, этот фильм все знают. Как говорится, культовый.
Фишка: после съемок в этой картине Вини начал серьезно выступать по гончим псам и завёл их сразу несколько штук. Прикол в том, что клички джонсовых бегунков начинаются со слова Smoking (Дымящийся) - Barrel, Bullet, Jacket, Snatch, Jonesey, Machine, Tom и даже Baby! Похоже, по пёсикам можно проследить, в каких фильмах снимался Вини Джонс. Чуть ниже вы обнаружите, что и по лошадям - тоже!

«УГНАТЬ 3А 60 СЕКУНД»
«GONE IN 60 SECONDS» (2000)


Джонс: «Голливуд... Лос-Анджелес... Не то чтобы там, словно в сказке, исполняются все мечты, но по крайнем Мере, это место, где вы становитесь тем, кем хотите быть. Невероятно... Беспрерывная круговерть дедовых встреч, агентов, премьер фильмов, света, вешалок и 5 автомагистралей между штатами.
Они решили сделать крутой боевик и вбухали в это дело 150 лимонов фунтов. Что ж, стильная штучка получилась. Соль в том, что главный герой, которого играет Николас Кейдж и его команда, должны угнать 50 тачёк за три дня - чтобы спасти младшего брата...
Я играю «Сфинкса». Таинственный тип, мало слов и много дела, почти постоянное присутствие за спиной героя».

Фишка 1: а как лихо этот «Сфинкс» мерзавцев мочит! Любо-дорого поглядеть. Но главное в другом: весь фильм Винни Джонс молчит и только за минуту до завершения раскрывает рот. Причем выдаёт такую заумную тираду, что все обалдевают!

Фишка 2: у Винни, который, как и всякий настоящий британец, обожает скачки, есть своя породистая коняга. Зовут его... «60 секунд»! 5 лет пацану стукнуло.

«БОЛЬШОЙ КУШ»
«Snatch» (2000)


Прикольный фильмец с Брэдом Питгом в главной роли - ирландского цыгана по имени Мики. Бандюки, алмаз, хитрая псинка, много мата, крови и черного юмора, привычно злобный Винни. Гай Ричи пытался повторить успех «Карт, Денег..,», но не особо преуспел. Хотя всё равно посмотреть стоит.
Джонс: «Как все фильмы Ричи, этот начинается где-то посередине и там же заканчивается... После успеха этого фильма я наконец-то купил себе роскошный «Феррари»!»
Фишка: героя Джонса зовут Bullet Tooth Tony, что можно перевести как Тони Пулезуб!

"ПАРОЛЬ «РЫБА-МЕЧ»
«Swordfish» (2001)


Редкая чушь с Траволтой, Холли Берри и Хью Джекмэном. Тайная организация борцов за счастье американцев во всем мире, девять с половиной миллиардов долларов, которые может добыть только гениальный хакер... Джонс в своем репертуаре - один из помощников Траволты, мрачный молчаливый убийца. Гибнет, выпадая из автобуса с большой высоты (!).
Фишка: Джонс обещал кому-то засунуть в задницу ракету от ПЗРК (переносного зенитно-ракетного комплекса). Совсем не страшно.

«КОСТОЛОМ»
«Mean Machine») (2001)


Винни стало тесно в эпизодических ролях моральных уродов, и он сыграл главную роль в лучшем футбольном фильме всех времен и народов. Джонс в роли бывшего футболиста Дэвида Михэна (Мееhаn), который некогда сдал какую-то игру в Германии (придет же такое в голову!). В целом, интрига этого римейка штатовской комедии «Самый длинный ярд» с Бартом Рейнольдсом (только там в американский футбол играли) довольно тривиальна, Но футбол! Футбол! С большой буквы! Пусть и приходится ждать его час с лишним.
Герой попадает в тюрягу, а там приходится снова играть (см. в главном тексте). И как: сборная заключенных против сборной охранников! Классно снято. Это вам не говно вроде «Побега к победе», где Сталлоне в роли вратаря даже мяч толком поймать не мог.
Есть подозрение, что больше всего Винни похож на себя в первые минуты фильма - когда рассекает на крутой тачке, превышая скорость, а потом выпивает и заряжает в табло полицейскому.
Фишка: сцена, где Джонс красиво чеканит мяч под аплодисменты других заключенных, а потом говорит, что всё это полная фигня.

И демонстрирует на добровольце грязные приемчики большого футбола.



Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 12:57
Papa
ДИНАСТИЯ КУДИЧИНИ

Италия — страна, где уважают традиции, в том числе и семейные. Фамилия там — не только способ идентификации личности, но призвание и судьба. В случае с Карло и Фабио марка «Кудичини» означает одинаковый класс и уровень мастерства. Сын не только играет на позиции отца, но защищает ее с тем мастерством, которое словно отрицает вечное течение времени. Подобная участь -достойное вознаграждение для отличного футболиста и человека, который, хотя и никогда не расставался с Фортуной, вынужден был цепляться за нее ногтями и зубами, вступив в борьбу с неудачами и победив их только благодаря той силе духа, которой обладают лишь великие.


Дедушкo тоже виноват

Когда парень дебютировал в составе «Милана» в матче Лиги чемпионов, казалось, что его будущее уже предопределено. Такую уверенность подкрепляла игра Карло в молодежной сборной Италии. И что же, дальше все пошло как по маслу? Никоим образом, хотя молодой голкипер был хорош, очень хорош — истинный наследник футбольной семьи. Еще его дедушка Гульельмо, защитник «Триестины», поиграл в серии «А» в конце 20-х — начале 30-х годов, перед тем, как получил диплом по специальности «экономика и коммерция». Отец, Фабио Кудичини , тоже не остался в футбольном хозяйстве после завершения карьеры , сделав карьеру промышленника. Но страсть к игре миллионов и по сей день сидит глубоко в его сердце, в чем может убедиться любой, видевший посетителей VIP-ложи во время матчей «Милана» в Лиге чемпионов. Фабио, скромный и уравновешенный человек, был только рад появлению в семье нового «миланского паучка».

Но всё сложилось не совсем так. Не из-за того, что за сыном не закрепилось старое прозвище отца, а потому что карьера игрока пошла вовсе не по миланскому пути, внезапно завернув в далекую Англию. Здесь, правда, судьба Карло каким-то образом, спустя долгие годы, пересеклась с судьбой его отца...


Итальянский наследник Яшина

Значит, всё-таки стоит рассказать, что за игрок был Фабио Кудичини . Высокий, особенно по тем временам, вратарь (191 см) провел долгую и пеструю карьеру , которую он, коренной обитатель Триеста, начал в составе «Удинезе». Уже в юном возрасте он начал играть на высшем уровне, заставив говорить о себе как о восходящей звезде. «Рома» привлекла его в свои ряды, когда Фабио было 23 года, но проявить себя в составе «джалло-росси» — задача не из легких. Поэтому спустя семь сезонов выступлений в столице Италии вратарь, которому уже исполнился 31 год, перекочевал в «Брешиа». Наверняка вы уже подумали, что немолодому голкиперу пришлось заканчивать футбольную деятельность в провинциальном городке, так и не снискав особых лавров. Но самое интересное оказалось впереди!

Когда великий Нерео Рокко летом 1967-го осуществил свое второе пришествие в «Милан», он захотел видеть в своей команде именно папу нашего героя. Причем не только из-за общих триестских корней, но и потому, что великан Кудичини гарантировал опыт и стабильность — идеальный двенадцатый номер! Но «двенадцатый» явно не соглашался с уготованной ему участью и быстро занял подобающее ему место в основе, при этом играя просто блестяще.

15 мая 1969 года, «Олд Трэффорд», нервный матч с «Манчестер Юнайтед» Бобби Чарльтона. Именно блестящие сэйвы Фабио Кудичини ограничили количество пропущенных голов одним-единственным, который не помешал команде из Милана добраться до финала Кубка чемпионов. А там был положен на обе лопатки только начинавший свое восхождение «Аякс» Йохана Круиффа — 4:1.

В то время многие вратари носили черную форму, которую Фабио дополнял еще и трико. Англичане же, уже насмотревшись на прыть голкипера в предыдущем раунде в Глазго, не имели никаких сомнений: Кудичини явно достоин именоваться наследником Льва Яшина, также носившего кличку «Черный паук»!


Возвращение в Манчестер

Теперь на сцену выходит сын Карло , который спустя много лет сыграл на том же стадионе, правда, в футболке «Челси». Однажды он признался: «Я солгал, если бы сказал, что не подумал, выходя на стадион «Олд Трэффорд»: «Тридцать лет тому назад здесь стоял в воротах мой отец!» Я был очень взволнован. Наш кладовщик Аарон, который просто помешан на футболе и знает про него всё, всегда рассказывает мне про моего отца. По телевизору часто показывают отрывки старых матчей. Даже в детстве я не наблюдал так часто за игрой папы... Мне нравится думать, что я освоил его профессию. Когда я играл за «Милан», Даниэле Массаро называл меня «Пауком», нет, более того — «Паучком»! Теперь Десайи вспомнил мое старое прозвище и перевел его (с «Ragno» на «Spider»). Теперь меня зовут так и в «Челси».

Для папы же, понятное дело, не было большей радости, чем видеть сына, идущего по стопам предков: «Первое мое воспоминание о Карло , играющем в футбол, приходится на период его игры за некое подобие молодежного клуба. Это было во время одного школьного турнира, причем он не стоял в воротах — он имел большие амбиции, был маленьким лидером. Потом же, как это часто случается, в команде обнаружилась недостача вратаря, а так как Карло был еще и самым высоким, именно его поставили в рамку».

Этот случай, вероятно, стал краеугольным камнем в карьере юного вратаря, который впоследствии превратился в лакомый кусочек для обоих миланских грандов. Об этом Фабио Кудичини поведал один из тренеров юношеских команд «Милана», Дзагатти: «Я знаю, что один из скаутов «Интера» хотел бы понаблюдать за твоим сыном». За этой фразой последовали длительные нравоучения, касающиеся «верности красно-черным» и полной невозможности забыть об оной. Понятно, что «миланиста» Фабио не остался глух к подобным доводам и согласился дать сыну шанс проявить себя в стане отцовской команды. К сожалению, Кудичини -старший так и не сумел увидеть «экзамен» сына, но о результатах ему поведал всё тот же Дзагатти: «Что ж, он положительно неплох. Следующий чемпионат он проведет с нами».


Аренда и кошмар


К сожалению, в Милане Карло не заиграл. Сложно назвать какую-то конкретную причину подобного сбоя в генетике голкипера, но наследником «папы-паука» он так и не стал. Травма? Да, но не только, к тому же она отнюдь не сразу скосила Карлито. Все козыри были в руках у младшенького Кудичини — семейные традиции, старательность, поддержка отца и клуба (молодому вратарю доверили защищать ворота «Милана» в играх Лиги чемпионов против ПСВ и «Порту»). Однако в сезоне-1992/93 Карло Кудичини так и не дебютировал в серии «А», не сумев выйти победителем в конкуренции с Себастьяно Росси и Франческо Антониоли.

Аренда в более слабый клуб — идеальная возможность для молодого футболиста раскрыть свои способности и получить максимум игровой практики. «Комо», игравший к тому времени в серии «С1», охотно доверил 20-летнему Карло футболку с первым номером. Но тот, сыграв всего шесть поединков и получив серьезнейшую травму, надолго — почти на два года — вылетел из обоймы.

Ощутив горький вкус самостоятельной жизни, блудный сын вновь вернулся к своим отцам — Фабио и «Милану». Карло начал всё сначала — в следующем сезоне он вновь не сыграл в чемпионате, восстанавливаясь как физически, так и морально.



Прощание с «Миланом»


Настал 1995 год. Расставание с «Миланом», самое тяжелое решение в карьере футболиста... Здесь должное следует отдать именно папе, который проявил себя заботливым родителем, но предоставил решать дилемму именно первому заинтересованному лицу. После этого Фабио окончательно ушел из футбольной жизни Карло , предоставив тому самостоятельно делать карьеру в сложном мире футбола. Кудичини -младший: «Думаю, этот момент был тяжёл и для него. Я тоже с рождения болел за «Милан», но, несмотря на это, расставание с командой помогло мне возмужать. У меня за спиной уже не оставалось великого «Милана», который решал за меня все проблемы, как, например, когда я травмировался в «Комо» и пропустил два года, залечивая травму».

И когда Карло Кудичини вновь отправился покорять серию «С1», но теперь в составе «Прато», он уже нашел лекарство против жизненных неурядиц. Впервые он ощутил на себе груз ответственности игрока стартового состава, но без проблем нёс его на протяжении всего чемпионата, сыграв тридцать матчей и вызвав к себе внимание римского «Лацио».

Но тут в дом Кудичини постучался уже привычный гость — травма. В первом же матче за новую команду вратарь повредил колено, но таки доиграл поединок до конца и помог одноклубникам удержать победный счет. Тот поединок против «Кальяри», сыгранный 20 октября 1996 года, был первым и последним для Карло в серии «А». Впрочем, как и пропущенный гол (матч закончился со счетом 2: 1 в пользу «лациали»). Недюжинное мужество кипера в расчёт боссами «Лацио», вернее, тренером Свеном-Гораном Эрикссоном, который предпочитал «более опытного игрока», не принималось. «Он пришел, а я ушел», — эти слова Карло Кудичини как нельзя лучше характеризуют прощание с серией «А» и начало новой эпопеи.


Снять леса с Замка на крови!

В 1999 году карьера Карло Кудичини внезапно обрела продолжение в Англии. Тем более неожиданным делает подобное развитие событий клуб, в котором «Паук» ухитрился привлечь внимание покупателей из «дальнего зарубежья». Кастель ди Сангро («Замок крови». А если использовать питерско-розенбаумскую аналогию «Мечтаю снять леса со Спаса-на-крови», то см. название главки) — маленький городок, чуть ли не село, с населением в 5000 человек. «Здесь мало на что можно посмотреть и еще меньше сделать. Горы, горы кругом, да еще и снег валом валит», — таково нелицеприятное мнение вратаря о самом городе. Но ни в коем случае не о команде, которая предоставила ему идеальный плацдарм для футбольного роста. И не о болельщиках: «Люди в Кастель ди Сангро очень отзывчивые и доброжелательные. Они старательно заполняли стадион, как бы мы ни играли... »

А играли они хреново. В дебютном для Карло сезоне «Замок» с треском вылетел из серии «В», а потом не сумел зацепиться за плей-офф и застрял в серии «С1». Тем не менее Карло обратил на себя внимание клуба английской премьер-лиги — «Челси».

Как ему это удалось? Понятия не имеем. Тогдашний главный тренер «Синих» Джанлука Виалли тянул в Лондон своих земляков с дикой силой. Причём иногда то были та-акие земляки! Вы знаете что-нибудь о Луке Перкасси?..

Но Кудичини — другое дело. Тут Виалли попал в яблочко.



Прощание с родиной

Четверть миллиона евро — естественно, не цена для вратаря экстра-класса, который, оставив горы Абруццо, переехал жить на берег Темзы. В самом деле, в Лондоне на Карло рассчитывали лишь в случае травмы голландца Эда де Гуя. Да и сам футболист ни на минуту не заблуждался по поводу своей роли в команде, но, тем не менее, моментально согласился на приглашение Виалли: «ОК, Лука, я еду!»

Конечно, в знаменитом лондонском клубе сложно адаптироваться после двух лет, проведенных в затерянном в горах провинциальном городке, но Карло держался молодцом. Как признавался сам «паучок», ему изрядно помогло полное неведение англичан о том, что существовал такой великий голкипер Фабио Кудичини : «Это сделало мою работу гораздо более легкой, ведь в Италии меня все сравнивали с моим отцом. Они смотрели на меня и думали: «Да, твой папа играл лучше... »

Нельзя не отметить и второй фактор — наличие в команде соотечественников Карло , сделавших «Челси» самой «итальянской» командой премьер-лиги. Помимо тренера Джанлуки Виалли это были Джанфранко Дзола, Самуэле Далла Бона, Роберто Ди Маттео, Габриэле Амброзетти и вышеупомянутый Перкасси ( Кудичини всех их в «Челси» пережил!). Но даже несмотря на это, Карло признавался, что скучает по родине. Точнее, не по самой стране, а по многочисленным друзьям, которых оставил на Апеннинах.

Что же касается исключительно профессионального подхода, то в этом отношении Паук-младший не очень страдал: «На самом деле я не испытываю ностальгии по чемпионату Италии. В Англии меня всё устраивает — мне нравится премьер-лига и моя команда. Конечно, я с интересом слежу за серией «А», но сейчас я живу и работаю в Лондоне и именно здесь хочу оставаться в дальнейшем».



Почаще приглашай Каролу

Можно легко представить себе эмоции отца, когда его наследник, получив в «Челси» скромную роль третьего голкипера, вдруг заставил говорить о своих подвигах всю Англию, особенно когда отразил пенальти в игре с «Ливерпулем», оказавшись на следующий день на первых полосах всех местных газет: «В тот день на трибунах сидела Карола, моя девушка. (Замечательная пара — Карл и Карола! — Ред. ) Посылая sms-сообщения в Милан, она держала в курсе событий моих сестру и отца, который смотрел матч, правда, не в прямой трансляции, по каналу «Tele+». По окончании игры сестра произнесла: «Спокойно, папа, матч закончен. Он выиграл 4:0». Но папа упорно продолжал сидеть перед телевизором: «А когда же будет пенальти? Ты уверена, что Карло его взял?» Потом я позвонил домой, и мы проговорили целый час!»

На протяжении четырех лет, который Карло провел в составе «Челси», Кудичини -младший постоянно вынужден был доказывать, что именно он, а не какой-либо другой вратарь достоин выступать в старте. «Каким-либо другим» вначале был Эд де Гуй, но, уже вытеснив из состава постаревшего голландца, Карло вынужден был вступить в новый спор — с купленным у «Манчестер Юнайтед» австралийцем Марком Босничем. (Можно упомянуть еще и шотландского голкипера Нила Салливана, но, в отличие от де Гуя и Боснича, он изначально имел мало шансов поспорить с итальянцем.) В обоих случаях многие в Лондоне предполагали, что Карло в итоге надоест доказывать свою состоятельность тренерам английского гранда. Но среди них уж точно не было самого Кудичини , который своей уверенной игрой способствовал преждевременному уходу в «Сток Сити» Эда де Гуя и нервному срыву Боснича, подсевшего на кокс (правда, уже просочилась информация, что австралиец баловался наркотиками задолго до «официального» грехопадения). Справедливости ради следует сказать, что австралиец проиграл борьбу своему коллеге по амплуа исключительно по спортивным показателям: после глупой травмы, полученной во время ввода мяча в игру в матче с «Эвертоном», Марк никак не мог доказать свое превосходство над безукоризненно игравшим «Пауком».

Наверное, секрет Карло Кудичини в том, что вратарь никогда не задавался лишними вопросами о своей роли в команде, с головой уходя в игры и тренировки: «До сих пор я ни разу не сказал себе, что я первый номер! После каждой удачной игры я просто произносил: «ОК, это маленький шаг вперед... »



Эти руки! О, эти руки!..


В стремительном прогрессе Карло Кудичини во многом «виноват» не только сам вратарь, но и Фортуна. Для начала она, правда, в который раз показала Карло длинный язык. Кудичини ухитрился получить одну из нелепейших травм в истории футбола — на прогулке что-то взволновало его псинку, она потянула за собой кипера «Челси», а тот возьми и навернись душевно о бордюр! Представляете, какие лица были у руководителей клуба?!

И эту неприятность мы перенесём... Карло , как ни в чём ни бывало, восстановился и продолжил работать. Следует «похвалить» и конкурентов — вечно травмированного Де Гуя, подлинная фамилия которого на славянских языках звучит крайне похабно, и бесхарактерного Марка Боснича, предпочитавшего валяться на пляже, а не тренироваться. Разумеется, заслуг Карло это никак не умаляет, тем более, следует учитывать, что впоследствии Карло стал лучшим голкипером не только в «Челси», но и во всей премьер-лиге.

В сезоне-2001/02 лишь польский вратарь «Ливерпуля» Ежи Дудек смог составить итальянцу конкуренцию (читай, опередить). Для нашего героя — голкипера, сумевшего по ходу сезона отразить пенальти Макаллистера, Филлипса и Бента, конец сезона преподнес лишь одно разочарование. Финал Кубка Англии, на котором присутствовали карловы родители Фабио и Серена, а также компания итальянских друзей Карло , «Челси» с треском проиграл «Арсеналу» 0: 2! Но этот же финал позволил клубу из западного Лондона, несмотря на шестое место в чемпионате, попасть в Кубок УЕФА. А сам Карло таки признал, что неплохо потрудился за год: «После длинного сезона мои руки находятся в ужасном состоянии, — заметил он, изучая их, — они такие деликатные! Скорее как у пианиста, чем у футбольного эквивалента боксерской груши... »


Римский переполох

Тут талант «паучка» наконец-то оценили и в серии «А». Видимо, вспомнив о выступлениях, правда, неудачных, в ее составе «Паука-старшего», засуетилась «Рома», которая весной 2002 предложила обмен Франческо Антониоли на Карло Кудичини . «Челси» же, недолго думая, отказал спохватившимся спустя пару десятков лет римлянам. Вот вам и кумир — Кудичини теперь оценивается намного выше, чем когда-то перекрывавший ему воздух в «Милане» Антониоли! Да и сам Карло не горел желанием попытаться дважды войти в ту же реку: «Я не знаю ничего конкретного, я лишь читал про подобные слухи. Но про нас, футболистов, всякое могут написать. Я лишь надеюсь своими удачными выступлениями продлить контракт с «Челси». Думаю, если меня продадут, это будет большая сделка. Но если все зависело бы только от меня, я бы остался».

После того, как Кудичини признали лучшим футболистом «Челси» сезона-2001/02, у лондонцев и вовсе пропало желание искать какие-либо другие варианты. Тренер Клаудио Раньери принялся вовсю расхваливать таланты соотечественника, а президент Кен Бейтс, приняв близко к сердцу заинтересованность итальянского гранда (и не только итальянского, ведь, если верить словам агента Кудичини Федерико Пасторелло, его подопечным интересовались и «Манчестер Юнайтед» с «Арсеналом»), засуетился с продлением контракта. Кудичини же не прекращал скромничать: «Один неплохо проведенный сезон еще не делает из меня звезду. Только после трех-четырех сезонов я могу сказать, что я хороший голкипер». Позволим себе легкий перефраз: «Подождите, то ли еще будет!» Было...

Следующий сезон вышел еще краше. Кудичини стал едва ли не лучшим игроком «Челси» в премьер-лиге, успешные выступления в которой позволили лондонцам настраиваться на Лигу чемпионов. В другой столичной команде это не хотели осознавать — спустя год, весной 2003 года, римляне вновь попытались закинуть удочку в сторону Лондона, правда, теперь уже использовав в качестве приманки Ивана Пелиццоли. На этот раз их интерес был и вовсе не в тему — Карло Кудичини провел лучший сезон в своей профессиональной карьере : 36 матчей в чемпионате Англии! К началу следующего сезона, точнее, в июне 2003-го, лондонский клуб продлил контракт с «Пауком» до 2007 года. В новом сезоне лишь позиция голкипера, по мнению Раньери, не требовала усиления...



Все под Абрамовичем ходим!


Эра Романа Абрамовича началась для Карло Кудичини с вотума доверия как со стороны самого Романа Аркадьевича, так и коуча-алленаторе Клаудио Раньери. «Челси», укрепившись новыми игроками почти на каждой позиции, переманил еще и 33-летнего шотландского голкипера Нила Салливана. Серьезная конкуренция здесь, в принципе, не подразумевалась -Салливан, будучи запасным в «Тоттенхэме», где первое место застолбил за собой Кейси Келлер, в другом лондонском клубе вряд ли мог рассчитывать на большее. Купить кого-то более стоящего «Челси» то ли из-за беспечности Раньери, то ли, что очень маловероятно, из-за скупости Абрамовича не захотел.

Результат, в принципе, можно назвать неплохим, если бы не отдельные промахи Паука, которые порой стоили клубу осечек в принципиальнейших матчах. Наверное, свежо в памяти у многочисленных фанатов лондонцев «маленькое чудо» в исполнении Карло , которое тот сотворил в игре с «Арсеналом». Напомним, что в том поединке ничейный счет 1: 1 сохранялся до 75-й минуты, когда Кудичини ошибся, пропустив мяч между ног прямо на французского форварда Тьерри Анри. Мяч попал в колено опешившему «Канониру» и влетел в пустые ворота. Благодаря той ошибке конкурент «Челси» оторвался в турнирной гонке как от соседей по Лондону, так и от манкунианцев и вышел на чистое первое место. Совершенно ясно, на кого следует повесить всех собак после подобного ляпа. Но, как ни странно, практически никто, включая и самого наставника Раньери, не упрекал опытного голкипера в досадном промахе: « Карло столько раз спасал нас последние несколько лет, а теперь его будут винить в этом важном поражении?! Я сказал ему, чтобы он не беспокоился, однако уверен, что он не послушается. Он был очень грустным — словно с креста сняли. Но многие голкиперы совершают ошибки, а Карло ведь человек... » — так оправдывал своего соплеменника Клау-дио Раньери, утверждая, что даже «паукам» свойственно все человеческое.

(Если б та «мыша» с «Канонирами» была единственной! Кудичини и в игре с «Блэкберном», это еще раньше приключилось, такое ляпнул — еле отыгрались... Нервничает Карлито! Чертовски нервничает!)



Кто хочет обидеть «Паучка»

Наверное, теперь ни Карло Кудичини , ни «синяя» часть Лондона по поводу той досадной ошибки уже не переживает. Или почти никто — ведь для Романа Абрамовича понятие «ошибка» вряд ли является оправданием для поражения в принципиальном матче. Как следствие, почти сразу после провальной игры Карло Кудичини босс «Челси» сделал предложение «Парме», предложив как компенсацию за француза Фрея восемь миллионов евро и самого Карло . Себастьян Фрей особо не противился переезду на Туманный Альбион, да и, вероятно, выгодному контракту. Но тут сказался авторитет Кудичини . Фанаты вряд ли равнодушно приняли бы уход идола «Стэмфорд Бридж» — до Кудичини единственным вратарем, который пользовался таким вниманием со стороны болельщиков, был только Питер Бонетти (да, такой же любитель мышей ловить. Достаточно вспомнить его выступления за сборную Англии в четвертьфинале ЧМ-70... — Ред. ). Правда, энтузиазм Абрамовича на том не исчерпался — впоследствии он попытался переманить в свою команду бельгийца Жийе, чеха Чеха и конкурента Карло в сборной Италии Буффона (разговоры о приобретении Джанлуиджи начались после неуверенной игры нынешнего вратаря «Челси» в домашнем лигочемпионском поединке против «Бешикташа»).



Не стоит думать, что руководство лондонцев разуверилось в способностях своего первого номера. Многие узрели причину кризиса игры в чрезмерном психологическом и психическом грузе, который Карло вынужден был тащить на своих могучих плечах во всех матчах на внутренней и евроарене. Так что новый голкипер был бы скорее не конкурентом Паука, а помощником, призванным утвердить ротацию состава и на последнем рубеже. Недолго стажировался на этой важной роли Салливан, который довольствуется игрой в Кубке Лиги да Кубке Англии, и лишь разок вышел в чемпионате (с «Портсмутом», когда Кудичини вроде как лечил колено).



Впоследствии ситуация стабилизировалась как для самого Карло , так и для «Челси», который занял соответствующее финансам клуба первое место как в чемпионате Англии, так и в лигочемпионской группе. Что касается европейского клубного турнира, то здесь у «Паука» появилась неплохая возможность отомстить римскому клубу, когда-то списавшему молодого вратаря за ненадобностью. У Карло это получилось в обоих матчах — как в Лондоне, так и в Риме, И если в одном из них, завершившемся со счетом 4: 0 не в пользу «бьянко-челести», Карло особенно не напрягался для достижения победного результата (как сказать — был там эпизодец, когда Кудичини взял и дальний удар, и тут же добивание в упор! — Ред.), то в лондонской игре победа 2: 1 досталась Кудичини и компании в тяжелой борьбе. Кульминацией той встречи, помимо победного гола Муту, был великолепный сэйв Карло на последних минутах матча, когда он замечательным образом потянул удар Корради.



Чтоб Дэвид Джеймс не спал спокойно.

В Англии Карло уже стал легендой. Его даже хотели «натурализовать», чтобы тот защищал ворота национальной команды Англии, поскольку пристальный взгляд Трапаттони редко когда останавливается на Туманном Альбионе. Тем самым синьор Джованни делает еще более похожими карьеру отца и сына: да, Карло примерял футболки юношеских сборных (Under-16, Under-18), в составе «адзуррини» был одно время даже капитаном, но, как и отцу, который однажды сыграл за вторую команду страны, ему вряд ли суждено сыграть за «настоящую» сборную.



Правда, с 2002 года Карло уже можно назвать третьим голкипером команды Трапаттони, который впервые заявил того на октябрьский поединок со сборной Турции. Как раз вовремя — ведь скандал, стартовый толчок которому дал тщетно пытавшийся обратить на себя внимание тогда еще Дзоффа Паоло Ди Канио, уже вышел за пределы исключительно футбольного мира, захлестнув итальянскую прессу и телевидение. Участь бывшего игрока «Вест Хэма» постигла и одноклубника «Паука» Джанфранко Дзолу. Оба игрока, осознав всю бесполезность своих попыток, остепенились, ну а Джанфранко, который все-таки поиграл за главную команду страны (35 игр и 8 голов) теперь пытается продвинуть туда и своего более молодого товарища: «Что я нахожу почти скандальным, так это то, что не обращают внимание на Кудичини ! Вот уже несколько лет он лучший голкипер премьер-лиги. Мне кажется абсурдным, что человека не рассматривают кандидатом в сборную страны только из-за того, что он играет за рубежом. Я восхищаюсь Трапом — он великий тренер, но должен заметить, что в ситуации с Кудичини кое-что выглядит очень странно».



Трап таки вынужден был прислушаться к общественному мнению, но Карло это помогло лишь частично. Теперь он полноправный третий вратарь сборной, но о дальнейшей перспективе на данный момент говорить сложно — вряд ли у «Паука» имеются какие-то иллюзии по поводу успешного соперничества с Буффоном и Тольдо. Да и сам Кудичини не очень верит в свое розовое будущее в голубой футболке (вернее, пепельном свитере вратарь все-таки!), хотя, как всегда не перестает надеяться и бороться: «Вратарю, играющему за рубежом, сложно попасть в сборную. Единственный способ — суметь засветиться на интернациональном уровне. Если «Челси», на что я и надеюсь, пойдет далеко в Лиге чем пионов, то мои шансы точно возрастут. Иначе же будет очень сложно, ведь в Италии достаточный выбор людей, играющих на моей позиции».



Примечательно, что отнюдь не великих Тольдо и Буффона, долго боровшихся за честь надеть свитер первого номера «Скуадры Адзурры», «Паучок» называет лучшими вратарями Италии. По его мнению, безусловно лучший в Италии — бывший вратарь «Ромы», а нынче «Кьево» Франческо Антониоли, часто несправедливо подвергающийся критике. Что же касается кумира на второй родине Карло , то это датчанин Петер Шмайхель.



Рокко-2

Своего Нерео Рокко сын Фабио нашел в Клаудио Раньери. Кудичини -старший сказал однажды: «Я всегда сильно страдал, когда наблюдал за игрой Карло с трибуны. Это случается со всеми родителями. Я, наверное, больше разбираюсь в таких ситуациях, поскольку и у меня самого есть такой жизненный опыт. Я, конечно, всегда давал ему советы, иногда технического плана. Но ему повезло в том, что кроме любящего отца, у него всегда были первоклассные наставники, среди которых и бывший вратарь Карминьяни. Теперь же Карло в одиночку предстоит идти по своему пути. Надеюсь, что он таки встретит своего Нерео Рокко, который будет его ценить и верить в него. Правда, он нужен ему уже сейчас, а не в тридцать два года, как в моем случае».

Раньери таки доставил радость отцу.

——

…Знаете ли вы, что...?

… Кудичини -старший — один из немногих футболистов, кому удалось выиграть все три еврокубка — Кубок ярмарок (КУЕФА) с «Ромой» в 1961-м, КОК и КЕЧ с «Миланом» соответственно в 1968-м и 69-м годах. Весьма густая папашина тень, не находите? Кудичини -младший в свои 30 с хвостиком о подобном и мечтать не может! Впрочем, папа Фабио пик карьеры тоже пережил после тридцати. Надеемся, что «тоже».


… Карло до сих пор не потерял возможности сыграть за Англию — ведь в скуадрадзурристой форме он на поле так и не вышел. А выступления за молодежку были так давно, что современные правила позволяют легко забыть о них. Или, по крайней мере, попытаться. Один из самых активных агитаторов за принятие британского гражданства… — итальянец, наставник «Челси» Клаудио Раньери: «Если б я был Карло , я б не колебался! Гражданство и номер один в сборной!»


…Всего из-за травм Кудичини -младший пропустил более двух с половиной лет!


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 13:26
Papa
ТЕРРИ: ЕСТЬ ВЕЩИ, КОТОРЫМ НЕЛЬЗЯ НАУЧИТЬСЯ


Сегодня мы представляем вам июньское 2008 года интервью капитана "синих" Джона Терри, которое он дал для майского номера журнала "Челси". Джей Ти рассказал о начале своей карьеры, о своих учителях и о том, каково это - быть капитаном.



Всего час дня, а Джон Терри сидит в неубранной раздевалке основной команды "Челси" в Кобхэме. Вместе с товарищами по команде он только что провёл утреннюю тренировку, и пока остальные, переодевшись, отдают должное приготовленному для них в столовой завтраку, капитан "синих" сидит один посреди разбросанных эластичных бинтов, бутылок с водой, кусочков газона и грязной формы.



Забудьте о престиже и гламуре, с которым ныне ассоциируется высококлассный футбол. Раздевалка всегда остаётся раздевалкой, с какой стороны ни посмотри. И десять лет назад молодой Джей Ти уже орудовал бы здесь шваброй.



Терри: "Перемены просто невероятны, особенно в таком клубе как "Челси". Всё очень изменилось. Молодых игроков не заставляют делать ту работу, которую в своё время делали мы. Они ездят на матчи, останавливаются в хороших отелях - у них есть практически всё то же самое, что и у игроков основной команды.



Я не хочу выглядеть одним из тех игроков, который всё время говорит "Вот в моё время...", потому что я помню, каково было это слышать, когда я сам был начинающим игроком. Но будет справедливым отметить, что сейчас с молодыми игроками обращаются очень, очень хорошо.



Когда я был на их месте, я поднимался каждое утро в полседьмого, чтобы разложить форму для игроков. Это была одна из моих обязанностей. В те дни был только один человек, отвечавший за форму, и я с ещё двумя молодыми игроками помогали ему раскладывать все элементы формы - как для взрослой команды, так и для молодёжной.



После тренировки мы должны были чистить бутсы - каждому доставалось по паре от трёх игроков, а потом убирать коридоры и раздевалки. Это было частью нашей работы, и мы не освобождались раньше пяти часов вечера. А сейчас молодые игроки уходят в час или два дня!".



Несмотря на долгие рабочие дни и на то, что молодых игроков отнюдь не баловали, эта своеобразная стажировка пошла на пользу капитану "Челси" - он с невероятной скоростью поднялся к самым вершинам как в своей команде, так и в сборной. Так что же Джей Ти думает о тех роскошных условиях, в которых теперь проходит обучение молодых игроков?



Джон ответил без промедления: "Я думаю, некоторые обязанности стоило бы вернуть. Оглядываясь назад я понимаю, что обязанности вроде чистки бутс взрослых игроков на самом деле были очень полезными.



Сейчас мы все тренируемся в одном месте, взрослые игроки вместе с молодыми, и это хорошо, потому что все могут узнать друг друга, и я надеюсь, что они могут чему-то хорошему у нас научиться.



Но когда в твои обязанности входит чистка бутс определённого игрока, это даёт возможность узнать его лучше. Вы называете друг друга по имени, и было просто приятно иметь такие отношения. Без этого разделённость больше ощущается".



Кто же были эти три везунчика, чьи бутсы чистил будущий капитан сборной Англии?



Терри: "Моими тремя игроками были Деннис Уайз, Эдди Ньютон и Дэвид Ли. Тогда я получал 46 фунтов в неделю. Ты не имел ничего, и эти деньги едва покрывали расходы на транспорт и прочие необходимые вещи. Прожить на это было невозможно, и в 9 случаях из 10 ты неизбежно занимал деньги у матери или отца.



Но затем наступало Рождество, и ты получал бонус в виде 100-150 фунтов от игроков, чьи бутсы ты чистил, и твои неприятности заканчивались! А если с этими игроками складывались хорошие отношения, они могли дать тебе спортивный костюм от "Адидас" или "Умбро", или любой фирмы, которая их спонсировала. Такие вещи имели огромное значение".



Подобные рутинные работы оказали своё влияние на футбольное образование Терри, но "Челси" второй половины девяностых также мог предложить немало взрослых игроков на роль учителей.



Одного игрока чаще других называют учителем Джей Ти - это Марсель Десайи. С его безукоризненным чувством времени и умением инстинктивно занять правильную позицию, нетрудно провести параллели между выигравшим Чемпионат Мира французским игроком и его английским преемником. Как сильно Десайи повлиял на развитие Джона?



Джей Ти: "Я не уверен, что подобным вещам вообще можно научиться. Я думаю, это либо дано тебе от рождения, либо нет. Суть в том, как ты читаешь игру. Возьмём например Рикки [Карвалью]. По моему мнению, никто из остальных не читает игру так же хорошо, как это делает он, и этому нельзя просто взять и научить.



Можно показывать, как сделать что-то - перехватить мяч, например, или что-то в этом роде. Но нельзя научить человека тому, что дано Рикки, или что было дано Марселю. Это как инстинкт.



Но у нас также были другие замечательные игроки, у которых стоило поучиться - Франк Лебёф, Майкл Дюберри, Кларки. И именно поэтому я сейчас отдаю много времени на работу с молодыми игроками - потому что мы сами получали это, будучи на их месте. После окончания тренировки молодёжной команды мы все шли смотреть тренировку взрослых, а потом Франко Дзола (правильно, именно он) оставался и работал с каждым индивидуально. Можно ли желать лучшего обучения?".



Конечно, для юного неопытного Джей Ти обучение состояло не только в изучении искусства обороны. После ухода Марселя Десайи Терри досталась его капитанская повязка, но до этого он уже успел побыть капитаном молодёжной и резервной команд, и неудивительно, что многие его одноклубники говорят, что Терри - лучший капитан, под чьим руководством им доводилось играть. Как считает сам Джей Ти, его лидерский стиль - ни что иное, как гибрид стилей тех, за кем ему посчастливилось наблюдать в юном возрасте:



"Когда я был помоложе, я не так уж часто принимал участие в матчах основной команды. Так что я просто сидел, смотрел и слушал. До Марселя капитаном был Уайзи, и он был очень прямолинейным, много говорил и был энтузиастом, и он был типичным англичанином.



Он точно знал, как заставить парней идти вперёд, и как добиться лучшей игры от каждого. Он понимал, что кому-то из игроков нужна поддержка в перерыве, а на кого-то нужно наорать. Я думал, почему он это делает? Но потом начинаешь понимать. Некоторым игрокам не нравится, когда им говорят, что они плохо играют. Они и так это знают. Но другим это нужно - их необходимо расшевелить.



Марсель был более тихим капитаном, но он всегда говорил твёрдо. Когда он говорил, все его слушали. Быть капитаном - искусство, и я очень многому научился у них обоих. Должность капитана - это не только все те весёлые вещи, о которых все только и слышат, вроде организации пэйнтбола или картинга. Нужно внимательно присматривать за игроками, которые не играют каждую неделю, делать так, чтобы они были довольны своей работой в клубе и оставались сконцентрированными во время тренировок. В таких ситуациях нервы у игрока могут не выдержать.



Нам в "Челси" повезло, потому что у нас много отличных парней, которые выкладываются по полной на тренировках каждый день. Но эти игроки не знают, когда они понадобятся тренеру, и они должны быть всегда готовы выйти на поле в своей лучшей форме. Так что я просто стараюсь сделать так, что мы все сохраняли этот настрой. Иногда кто-то не хочет говорить с тренером о сложившейся ситуации, и тогда я должен выступить своего рода связующим звеном между ними".



Джей Ти всего 27, и трудно поверить, что 28 октября этого года он отметит 10-летие своего дебюта в основной команде "Челси". К тому моменту капитан "синих" скорее всего уже перейдёт отметку в 350 матчей за основную команду, и если ему позволит здоровье, то нет ни одной причины, по которым он не мог бы достичь высших эшелонов в списке игроков, отыгравших больше всех матчей за "Челси". Сейчас этот список возглавляет Рон Харрис, который провёл 795 матчей за основную команду с 1961 по 1980. Побьёт ли Джон этот рекорд - это уже другой вопрос, но каким бы ни был его итоговый показатель, нет никаких сомнений в том, что он намерен делать со всем накопленным опытом после того, как окончательно повесит свои бутсы на стенку:



"Я бы хотел остаться в футболе. В своё время я многому научился, и если я смогу делать то же самое ещё в течение десяти лет, то это даст мне огромный опыт, и в итоге я хотел бы передать этот опыт молодым игрокам и, возможно, стать когда-нибудь тренером. Сейчас ещё рано говорить что-то определённое, но в ближайшие два-три года я твёрдо намерен исполнять свои обязанности, а потом, в конце карьеры, я решу, куда мне двигаться дальше.



Просто сидеть дома и ничего не делать после того, как я ежедневно работал в "Челси" столько лет - это совсем не по мне. Я должен дать что-то взамен - должен сам себе, болельщикам и своему клубу - "Челси".



Журнал "Челси"


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 13:29
Papa
1 апреля 2008 | автор: Олег Тявловский

Прошлое и Настоящее

Хуан Себастьян Верон (33 года, ныне игрок «Эстудиантес»)


Прошлое:

В 2004 году Хуан Себастьян Верон был внесен ФИФА в список 125 лучших живущих на планете футболистов. Однако легионерскую карьеру Себы можно разделить на два неравных по времени и противоположных по результату этапа. На первом – яркий итальянский дебют в «Сампдории», куда Верон переехал из «Эстудиантеса» (транзитом через «Боку») в 1996 году. Уже через два года блестящий распасовщик и исполнитель стандартов обживался в «Парме», аккурат после французского мундиаля. В 1999-м пармезанский клуб, еще ходивший в грандах итальянского футбола, вместе с Вероном, Креспо, Буффоном, Каннаваро и Тюрамом выиграл в Москве свой последний европейский трофей – Кубок УЕФА. Верон будто почувствовал надвигавшийся на пармскую обитель кризис и уже летом перешел в «Лацио» к своему первому итальянскому тренеру Свену-Йорану Эрикссону. Другим известным новичком римлян в то межсезонье стал никто иной, как Диего Симеоне. Перечислять все регалии Себы в «Лацио» – значит дублировать послужной список Симеоне. А вот отъезд из Рима достоин отдельного упоминания: Верон наряду со многими южноамериканцами оказался замешан в скандале с поддельными итальянскими паспортами. И хотя вина его не была доказана, аргентинец счел за лучшее отправиться в Англию. Навстречу судьбе и второму этапу своей карьеры.

На Туманном Альбионе к 2001 году уже почти изжила себя футбольная ксенофобия, потому Верон не только стал самым дорогим игроком премьер-лиги («МЮ» заплатил за него 28,1 млн. фунтов), но и рассматривался Алексом Фергюсоном как краеугольный камень в фундаменте будущих успехов. Шотландский мэтр даже решился на небольшую тактическую революцию, сменив привычные 4-4-2 на 4-5-1 – все ради звездного новобранца. Но в «МЮ» у Верона не сложилось: перманентная травма ахилла, глупые ошибки в матчах премьер-лиги и лишь отрезки блестящей игры. От аргентинца ждали куда большего. После второго сезона в Манчестере он стал чемпионом и порывался остаться в команде, но Фергюсону уже было уже все равно – тренер дал добро на переговоры Верона с «Челси». И этот переезд не принес Себе ничего кроме разочарования – опять травмы, а для новой команды, по сути, переходный сезон: в Лондоне только учились считать деньги Абрамовича. В поисках душевного равновесия и игровой практики Верон сначала вернулся в гостеприимную Италию, в «Интер», где сыграл всего 47 матчей за два чемпионата, летом 2006 года отправился в родные пенаты «Эстудиантеса». Казалось, просто доигрывать.

Настоящее:

Из болота европейских травм и передряг Верона тогда вытянул старый товарищ по «Лацио» и сборной, новоиспеченный тренер «студентов» Диего Симеоне. Встретившись через много лет, бывшие одноклубники настолько воодушевились, что с ходу выиграли апертуру-2006. А Верон был назван газетой «Оle» одним из 3-х лучших игроков чемпионата. В прошлом году «Эстудиантес» выкупил права на арендованного Верона у миланского «Интера», судя по всему, с прицелом на перспективу: аргентинец не скрывает своих амбиций баллотироваться на пост президента клуба. В межсезонье La Brujita («Маленькая ведьма»), как называют Хуана Себастьяна болельщики (уменьшительно-ласкательное от La Bruja («Ведьма») – прозвища Верона-отца), отказался от переезда в клуб MLS «Ди Си Юнайтед». А нынешний чемпионат, по иронии судьбы, начал под руководством еще одного старого приятеля – на сей раз из «Пармы» – Нестора Сенсини.

В новом «Эстудиантесе», который по-прежнему верен атакующим заветам Симеоне, Верону создан режим наибольшего благоприятствования. В чемпионате Себа играет через тур, а то и через два, зато в Кубке Либертадорес провел все четыре встречи, принес своей команде две важные победы и поучаствовал в трех голах команды из четырех (2+1 по системе «гол+пас»). В руках Верона по-прежнему сосредоточены все нити ведения атак и приоритетное право исполнения стандартов. Команда из Ла-Платы, между прочим, лидирует в чемпионате по потерянным очкам – 16 после 7 игр. У «Ривер Плейт» на счету 18 баллов, но и на один сыгранный матч больше.

Вхождение в возраст Христа Верон отметил как нельзя лучше: на поле в компании друзей. 9 марта в гости к «Эстудиантесу» пожаловал «Ривер». Верон и Ортега вывели команды на поле с капитанскими повязками, Симеоне непривычно смотрелся на гостевой скамейке запасных… И Ариэль Ортега опасным ударом со штрафного, и Хуан Себастьян Верон кинжальными пасами могли решить исход поединка. Чтобы никого не огорчать, остановились на счете 0:0, но на протяжении 90 минут не покидало ощущение: у аргентинских «стариков» все еще впереди.


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 13:38
Papa
Забракованный «Аяксом»
2006 . Денис Романцов, Chelsea.org.ua


Сложно поверить в то, что нынешний (2006) правый защитник «Челси» Халид Булахруз всего-то 2 с половиной года назад выступал за скромнейший голландский «Ваалвейк», а еще раньше был забракован амстердамским «Аяксом». Об удивительно динамично развивающейся карьере голландца марокканского происхождения и пойдёт речь в этом материале.

То, что от Халида 5 лет назад отказался «Аякс», на самом деле, лишь забавный эпизод в его досье. Если хотите, это можно назвать тем самым единственным исключением, подтверждающем правило о феноменальном чутье на молодых талантов у руководства амстердамского гранда. Рискну даже предположить, что останься Булахруз в «Аяксе», ни о каком «Челси» (во всяком случае, к двадцати четырём годам), он мог бы даже и не мечтать. Уж очень неумело в последнее время амстердамцы расстаются со своими лидерами (чего стоят хотя бы «копеечные» трансферы де Йонга и ван дер Ваарта в «Гамбург»).

Но случилось то, что случилось. Не дождавшись вожделенного ангажемента в «Аяксе», наш герой обосновался в АЗ из Алкмаара, где, вообще-то, традиционно находят пристанище отверженные или списанные со счетов в силу возраста «аяксиды». Ну а 2001-м годом датируется первая счастливая случайность в карьере Халида. В качестве свободного агента его подписывает тот самый «Ваалвейк», клуб, как уже было сказано, не самых серьёзных амбиций, при этом, однако, регулярно портивший кровь всем трём грандам Eredivise. Наверняка, многим читателям известно, что возглавлял тогда этих дерзких середнячков не кто иной, как Мартин Йол, нынешний (возможно, пока?) главный тренер «Тоттенхэма». Именно благодаря тому удивительному умению на равных сражаться с «Фейеноордом», «Аяксом» и ПСВ и привлекли пристальное внимание к себе Йол и ведущие игроки его команды, среди которых, конечно же, выделялся Булахруз. За три сезона в Ваалвейке Халид приобрёл репутацию «непроходимой скалы», о которую то и дело разбивались атакующие устремления Ибрагимовича, Кежмана и многих других. Халид от природы не обладает какой-то сумасшедшей скоростью, что вообще довольно редко бывает свойственно 189-сантиметровым парням, более того, порой он бывает немного прямолинеен, но остается только удивляться, как же здорово ему удается компенсировать свои объективные недостатки удачным выбором позиции и, конечно, феноменальной цепкостью. Кстати, Йол частенько ставил Халида на правый фланг, с целью наглухо закрыть крайнего нападающего соперника и тот со своей миссией справлялся преимущественно на «отлично». Не верите? Спросите, у Робина ван Перси или Мидо, легко ли им дышалось во встречах с «Ваалвейком». А Арьен Роббен, наверняка, счастлив, что противостоять Булахрузу он в ближайшие годы будет разве что в двусторонках «Челси» или сборной Голландии.

Безусловно, такая «глыба» не могла не обратить на себя внимание, и летом 2004 года в очередь за Булахрузом, собравшимся, вслед за Йолом, уходить из «Ваалвейка», выстроились все футбольные хедлайнеры Страны тюльпанов (да-да, включая, естественно, и «Аякс»). Однако, взвесив все «за» и «против», Халид предпочёл отправиться в немецкую бундеслигу, чей не самый яркий на тот момент представитель — «Гамбург» — предложил за 22-летнего гиганта 1,5 миллиона евро.

Но самое фантастическое событие произошло чуть позже, в августе, когда новый главный тренер сборной Голландии Марко ван Бастен не только включил Булахруза в список игроков, вызванных на «товар» с Чехией, но и поставил его в стартовый состав. Кто только в дальнейшем не надевал оранжевую майку! Марко ван Бастен казалось перепробовал в отборочном турнире всех сколько-нибудь мастеровитых футболистов-подданых Королевы Беатрикс. Но Халид Булахруз, наряду с ван дер Саром и Коку, по сей день остается просто незаменимым игроком для национальной команды.

Клубная карьера Булахруза тем временем продолжала набирать обороты. Первый год в Германии, ушёл у него на адаптацию и притирку к новым партнерам, а вот сезон 05/06 Халид провёл просто потрясающе. «Гамбург» набрал совершенно фантастический ход, обыгрывая всех подряд, в том числе и «Баварию». Ну а фундаментом необычайной игры команды Томаса Долля являлся, безусловно, дуэт центральных защитников ван Бюйтен — Булахруз, надежнее которого просто не было на тот момент во всей Европе.

Чемпионат мира-2006 завершился для Булахруза удалением в эпической битве с португальцами. Это вновь всего лишь эпизод, который едва ли испортил общее весьма и весьма приятное впечатление от игры Халида на немецком мундиале. Потому и немудрено, что из множества кандидатур Жозе Моуринью выбрал именно марокканского голландца в качестве идеального усиления оборонительной линии, которой, пожалуй, немного не хватало мощи после ухода Хута, а позднее — Галласа. За ценой лондонцы, как водится, не постояли. 13,2 миллиона евро были переведены на гамбургский счет — согласитесь, неплохие отступные за парня, которого два года назад приобрели всего за полтора миллиона. Впрочем, пока Халид, кажется, оправдывает вложенные в него средства. Моуринью видит его на правом краю обороны (как и Йол когда-то!), где Булахруз пока выглядит никак не слабее Паулу Феррейры. Ну а матч с «Барсой» наглядно продемонстрировал, что Халид сохранил навыки игры на фланге — даже Роналдиньо предпочитал смещаться на противоположный фланг, только бы не встречаться на поле с парнем, еще 2 с половиной года назад выступавшим за скромнейший «Ваалвейк».


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 13:51
Papa
АВСТРАЛИЕЦ НА ВЫСОТЕ


После своего дебюта в английском футболе против "Синих" в 1983 году Тони Дориго был тепло принят в лиге. И тогда уже оставалось совсем немного до момента, когда начинающий футболист сам станет звездой "Челси".

Тони Дориго потребовалось пять лет, чтобы официально играть за Англию по местным законам, а еще больше ему потребуется - судя по беседе, в котором его австралийский английский все ещё звучит, как у обитателя Рэмси Стрит из австралийского сериала "Соседи" - чтобы приобрести истинный кокни акцент.

Так уж сложилось, что бывший левый защитник "Челси" родился и вырос практически в этом самом выдуманном сериальном квартале Эринсборо. Уроженец Мельбурна, Дориго играет в английской сборной в качестве англичанина, а вот чопорные приверженцы крикета обязательно назвали бы его лишь "английским австралийцем".

Дориго начал футбольную карьеру в июле 1983 года в клубе "Астон Вилла". И судьба распорядилась так, что дебютировал игрок в матче на "Вилла Парк" против "Челси".

"Мое главное воспоминание о том дне - это фол Майки Томаса и мой угловой, - улыбнулся Дориго. - Вот уж что точно походило на радушный прием в Большую Лигу".

Через три года футболист уже сменит B6 на SW6. Когда президент "Виллы" Дуг Эллис сообщил Дориго о заинтересованности "Челси" в нем, они двоём отправились в Лондон, чтобы побеседовать с Кеном Бэйтсом. Это было в марте.

"Возможно, многие не знают, что на тот момент "Вилла" жаждала заполучить в свои ряды Дэвида Спиди. Так что в отеле нас было четверо - мы поселились в смежных комнатах и вели переговоры. Дэвид и я общались с управляющими клубов, но в итоге сделка не состоялась: Дэвид не смог согласиться с условиями "Виллы".

Меж тем, Бэйтс был настолько упорен в своем желании пригласить Дориго в "Челси", что вернулся к переговорам летом, когда "Вилла" вылетела из высшей лиги.

Сумма в 475,000 фунтов стерлингов стала рекордом для трансфера игрока "Челси". Но не сказать, что Дориго чувствовал себя по этому поводу неуютно.

"Наоборот, это было чудесное чувство присоединения к новому клубу, - вспоминает он. - Я чувствовал, что "Челси" был тогда на подъёме. Они покупали много высококлассных игроков. Так что я счел этот шаг весьма полезным в моей интернациональной карьере".

И ощущения оправдались. Дориго оказался наиболее адекватной заменой выбывшего из сборной по причине травмы Стюарта Пирса. Так что игрок дополнил состав команды, отправившейся на чемпионат Европы 1988-го года в Голландии.

Занимательно, что о своей востребованности Дориго узнал как раз после завершения весьма неоднозначного первого сезона в "Челси". Он хоть и был признан лучшим игроком года в клубе, но сами "синие" тогда выступили неудачно.

Тони дебютировал в первой же игре сезона, домашней поротив "Шеффилда", и сразу стало очевидно, что "Синие" наконец нашли игрока истинного класса на позицию левого защитника, которая ранее считалась ахилессовой пятой в оборонительных порядках команды.

И все же команда умудрялась совершать чудесные взлеты - в октябре, например, она была на второй позиции. Откуда же тогда этот финальный провал и вылет из лиги? Дориго долго размышлял, прежде чем дать свой взвешенный ответ.

"Очень хороший вопрос, - подытожил Тони. - Если я все верно помню, то у нас была не очень слаженная команда с не устоявшимся стилем. Мы могли выигрывать пять-шесть матчей подряд, но потом с той же легкостью еще полдюжины проигрывать. К тому же было еще и масса событий вне поля, которые влияли на игру".

Звезда "Челси" восьмидесятых Нигел Спэкмен как-то делился своими мыслями о том, почему Джон Холлинс стремился из игрока перерасти в руководителя на "Стэмфорд Бридж". Дориго же не согласен с его позицией - и, возможно, даже не из-за лояльности к тренеру, под начало которого футболист и пришел.

"Я понимаю, откуда у Нигела берутся такие мысли, но Джон был одной из причин, по которой я решил прийти в "Челси", - объяснил Дориго.

"К тому же происходящее вокруг клуба тоже далеко не помогало тренеру в его работе. Из-за мистера Бэйтса Джон не мог делать всего, что хотел бы".

И будучи поклонником Холлинса, Дориго почувствовал себя не в своей тарелке под началом у нового тренера Бобби Кэмпбелла.

"Обычно, когда приходит новый человек, все меняется к лучшему. Но в тот раз этого не случилось. Все игроки чувствовали, какой потенциал у клуба, но с новым назначением стало ясно: этот потенциал не раскроется".

Нельзя сказать, что положение во втором дивизионе угнетало "синих" - они блестяще набрали рекордные 99 очков и забили 96 голов на пути своего продвижения обратно наверх.

"В первой Лиге мы показали свои реальные возможности, - вспоминает Дориго. - Хотя, не достигли уровня лучших звезд на тот момент".

Дориго тогда пропустил пять матчей из-за травмы в паху. И вышел на поле в первой игре против "Манчестер Сити" на "Стэмфорд Бридж", которая завершилась поражением 3:1. В итоге "Челси" остался на 20 строке таблицы.

После плачевного начала сезона Дориго узнал, что им заинтересовался "Рейнджерс" под руководством Грэма Сунесса. А также речь шла о сотрудничестве с полузащитником Дереком Фергюсоном.

За первый проигрыш "Челси" вскоре отплатил "Сити". В конце сезона наш клуб на 17 пунктов опережал команду "горожан" Манчестера. И этот разрыв стал буквально пропастью, когда "синие" на "Мэин Роуд" в марте 1989 года побили "Сити" со счетом 3:2. Апофеозом наших голов стал удар Дориго.

Прорвавшись вперед от центральной линии, он обошел вратаря "Сити" и уверенно отправил мяч прямо в ворота.

"Могло показаться, что я полностью контролировал ситуацию, - рассмеялся футболист, - но я так надолго вперед не загадывал, а просто бежал что есть сил и бил. Это была большая победа для нас".

"В тот сезон я смог забить шесть мячей, но дома, на "Стэмфорд Бридж" провёл лишь один, в ворота "КПР". Гол получился то, что надо - со штрафного, в обвод стенки. Мне не забыть ликование трибун, уж поверьте".

Еще один запоминающийся удар случился на "Уэмбли" в следующем сезоне в финале Кубка "Зенит Дата Системс" против "Мидлсбро". Это соревнование в поддержку разоружения было призвано оправдать отсутствие английских клубов в крупных европейских турнирах.

Хоть трофей этого соревнования и не самый престижный среди всех матчей, штрафной удар Дориго с 25 метров был одним из лучших, когда-либо забитых на "Уэмбли".

Турнир, отменённый в 1992-ом в связи реструктуризацией английского футбола, может быть сегодня уже и вовсе позабыт, но для Дориго этот трофей определенно был вожделенной мечтой.

"Даже сейчас ко мне подходят болельщики, которые рассказывают, что помнят ту игру - и особенно мой гол".

"Это мечта каждого - сыграть на "Уэмбли". В тот день на меня смотрела вся моя семья - среди толпы в 74000 человек. Вся австралийская пресса с ума сходила по этому матчу".

С той же легкостью, с какой Дориго вспоминает взлеты, он готов говорить и о падениях. Когда ему напомнили, что он назвал последние свои дни в "Челси" "сумбурными", он тут же реагирует - и далеко не сладчайшим образом.

"Форест" на выезде 7:0. Это была кульминация всего пережитого ранее. В команде больше не осталось и толики состязательности".

Сыграв за "Челси" 180 игр и забив 11 мячей, Дориго ушел в "Лидс Юнайтед", где блистал тогда Эрик Кантона, за 1,3 млн. фунтов летом 1991 года и в первый же сезон на "Элланд Роуд" выиграл чемпионскую гонку в старом-добром первом дивизионе. При этом футболист не был вполне готов к приему на "Стэмфорд Бридж" после смены клуба.



"Я недооценил накал страстей между двумя клубами. Болельщики, которые раньше ценили меня, теперь освистывали буквально с разминки. На тот момент мы делали много передач - фактически каждый девятый мяч оказывался у тебя. И что приятно: даже когда игроки "Лидс" поняли, под каким я прессингом, они все равно продолжали отдавать мне мяч!" Разумеется, Дориго отплатил им той же монетой.

P.S. Что дальше?
После ухода из "Челси" в 1991 в "Лидс" Дориго почти было вернулся на "Стэмфорд Бридж" в 1993 году, когда тренером был Гленн Ходдл. Но сделка не состоялась, и он остался на севере с "Лидс" до момента, когда Грэм Сунесс не призвал его за собой в команду Серии Б "Торино". Но промах Дориго с точки пенальти в плей-офф поставил крест на его карьере в "Торино", который потерпел фиаско в борьбе за выход в Серию А. Так Тони возвратился в премьер-лигу, в "Дерби Каунти", а позже и завершил карьеру сезоном в "Стоук Сити".

После этого он продавал машины класса люкс футболистам (в их числе и бывшему центральному защитнику "Челси" Фрэнку Лебефу. Сейчас он занимается недвижимостью - в частности, работает с португальскими землями Серебряного берега около Лиссабона. Поистине странно, что футболист до сих пор не стремится пустить в дело свои тренерские навыки, и, кажется, пока он не намерен так поступать.


Интервью: Мэтью Хиртс 20.06.2008. Журнал "Челси"

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:02
Papa
Поддельный ирландец



Каскарино родился в Англии, но ему было предоставлено ирландское гражданство, так как его дедушка был ирландцем. Однако, его мать в 1996 году сказала ему, что его дедушка не родной. Каскарино в своей автобиографии написал: «Я не должен был выступать за Ирландию. Я был мошенником. Я был поддельным ирландцем». Но всё же Каскарино стал неотъемлемой частью сборной Ирландии, он принял участие на европейском первенстве 1988 года, и на Чемпионатах мира 1990 и 1994 годов. За сборную Тони провёл 88 матчей, в которых 19 раз забивал в ворота соперников.

Тони Каскарино начал карьеру футболиста в детской команде «Крокенхилл» в графстве Кент. Первоначально Каскарино хотел быть парикмахером или инструктором йоги, но всё же решил стать футболистом. В 1982 году Каскарино перешёл в английский «Гиллингем», его новый клуб заплатил за него несколькими спортивными костюмами и небольшим количеством рифлёного железа.

В 1987 году «Миллуолл» заплатил за Каскарино £ 225,000. За три года Тони забил 42 мяча в 105 матчах за «Миллуолл». Он так же выступал за «Астон Вилоу», шотландский «Селтик» и английский «Челси», тренер которых, Иен Портерфилд, выменял его у кельтов на защитника Томи Бойда.

Оставивший большой футбол в 2000-ом году Каскарино, вспоминает разухабистое прошлое, потчует футбольными байками, рассуждает о значении продуктивной предсезонки, объясняет преимущества зарубежных сборов и, сравнивая эпохи, приходит к выводу: за четверть века тренировочный процесс изменился разительно.


- Еще не так давно предсезонка для некоторых футболистов начиналась с похода в супермаркет и покупки черных мешков для мусора, в которых проделывались дырки для головы и рук. Облачаясь в такой наряд, «в меру упитанные мужчины в самом расцвете сил» надеялись сбросить накопившиеся за лето лишние килограммы. Помню, как бывший игрок «Миллуолла» Терри Херлок подвозил нас на своей машине с тренировочной базы на стадион «Ден». Надев мешок для мусора, он включал печку на полную мощность, превращая автомобиль в сауну. Мы проезжали по улицам южного Лондона, слушали T-Rex и Showaddywaddy – и пот с нас сыпался градом.

В 80-90-е, в мою бытность футболистом, игроки приступали к предсезонной подготовке в совершенно разобранном состоянии и с большим лишним весом. За время летних каникул многие обрастали буйной шевелюрой, а их главными развлечениями были еда да выпивка. Наказание настигало в июле – глумление над самым толстым игроком носило в клубах характер ритуала, и порой именно я становился его жертвой.

Поэтому раньше футболисты, считаю, тренировались куда усерднее – деваться было некуда. Мы не просто играли кучу контрольных матчей – многие из них проводились на грязных полях, так как начинали мы с соперников попроще. Сейчас футболисты заботятся о себе лучше, и произошло это отчасти благодаря легионерам, принесшим с собой такие понятия, как «профессионализм» и «диета». Ведь после того как я съедал клубный гамбургер (с картофелем фри и кетчупом), тяжелая работа на тренировках зачастую шла насмарку.

Отпуск у футболистов стал короче – иногда он длится чуть более трех недель, в то время как я отдыхал все шесть. Теперь, чтобы не запустить себя, многие раз-два в неделю наведываются в спортзал. Подробные фитнес-инструкции – задания на лето – получают даже игроки из низших лиг, и даже один килограмм лишнего веса не приветствуется. Мониторинг уровня жира в частности и физической готовности в целом осуществляется настолько скрупулезно, что от правды не убежишь.

С помощью научного подхода тренировочный процесс можно распланировать до мельчайших деталей и, если нужно, индивидуализировать – для отстающих. Результаты спаррингов не играют для тренеров большой роли – на неожиданное поражение от «карлика» можно закрыть глаза, если, согласно данным, с каждым днем подготовки футболисты становятся «быстрее, выше, сильнее».

В мое время первые две недели предсезонки уходили на то, чтобы набрать сперва физическую форму, вернуть утерянную за бездельное лето выносливость. А упражнения с мячом, словно сладкие блюда, подавались на десерт – мы могли не видеть его днями. Я часто нервничал по поводу этого втягивающего этапа, который называл «тошнотворным». Двухразовые тренировки, бег на выносливость – тут уж не до шуток. Того и гляди – заработаешь волдыри или, хуже того, травму; когда ты растренирован, главное – не переусердствовать с нагрузками.

Как-то раз я согласился пробежать «вокруг парка» вместе с несколькими ретивыми одноклубниками. «Подумаешь, один круг», – рассуждал я. Но парк, как назло, оказался Ричмондским – крупнейшим в Лондоне, а длина дистанции – восемь миль. Еще более забавная парковая история приключилась с Брайаном Клафом и его «Ноттингем Форест». «Отлично, парни, – хвалит команду тренер. – А теперь до ближайшего дерева – и назад!» В ответ смущенное молчание. Наконец кто-то подает голос: «Но здесь нет никаких деревьев» – «Ну так найдите, черт возьми!» Игроки рассыпаются в разные направления.

Недаром футбольные люди говорят, один июль год кормит, а предсезонка – это вложенные под процент деньги в банк. До седьмого пота сейчас, чтобы легче было потом. Заложишь прочный функциональный фундамент – минимизируешь продолжительность спадов, неизбежных по ходу длинного сезона. Не случайно, у пропустивших предсезонку игроков весь год уходит коту под хвост.

Существует и психологический аспект. Межсезонье – возможность начать жизнь с чистого листа. В эту оптимистическую пору клубы меняют тренеров, пополняются новыми футболистами. А у резервистов появляется шанс завоевать место в основе.

Сейчас клубы то и дело отправляются в экзотические путешествия, превращая предсезонку в гастрольный чес. «Миллуолл» же разбивали тренировочные лагеря в непритязательных британских поселениях, а с «Челси» я бывал в отдаленных уголках Скандинавии. Но проку от таких вояжей не было ничуть. Бесконечные автобусные поездки в скучные серые города – и матчи против команд, состоящих сплошь из похожих на викингов людей, у которых явно чесались руки.

У заграничных сборов немало плюсов. Тут и лучшие погодные условия, и прекрасная возможность для сплочения команды, и футболисты под присмотром тренера, и от побед в международных турнирах морального удовлетворения куда больше. Но и от скуки, впрочем, никто не застрахован. Звезды еще мирятся с тем, что проведение выставочных матчей за тридевять земель – это часть их работы. Но перспектива многочасовых переездов и гостиничных сидений взаперти им совсем не по нутру – всего этого им хватает с избытком во время сезона; посещаемые страны игроки практически не видят.


После завершения карьеры, Тони стал полупрофессиональным игроком в покер, а позже стал комментатором в главном покер-шоу «Party Poker». Каскарино так же снялся в нескольких сериалах.

Он написал свою автобиографию, которая получила массу критики.

Спортивная автобиография основана по его футбольной карьере и любови к азартной игре покер, он так же написал что загубил свою карьеру игрока в покера, так как был неуверен в себе.

В книге также написано о его неверности к жене Саре, которая уехала от него вместе с детьми Майклом и Тедди (которого назвали в честь бывшего товарища по команде «Миллуолл» Тедди Шерингема). Тони Каскарино: «… возможно, только возможно, я был настолько окутан в своей новооткрытой знаменитости, что я стал неуязвимым к страданию, которое я вызывал».

Он также написал, что во время выступления за Марсельский «Олимпик», куда он попал играть после того, как Гленн Ходдл изгнал его из «Челси», многим игрокам из клуба были введены препараты личным врачом президента «Олимпика» Бернарда Тапи. Физиотерапевт в то время настоял, что вещество было не запрещённым, а просто напросто повышало адреналин. Каскарино утверждал, что большинство игроков приняло инъекции и что это определенно повлияло на них: я чувствовал себя более острым, более энергичным.

- Меня удивляет лишь то, что за все время я ни разу не попался, - сказал Каскарино. Впрочем, ирландец оговорился - перед европейскими матчами от инъекций он отказывался, дабы не попасться перед комиссией УЕФА, внимательно относившейся к допинг-пробам.

При этом Каскарино утверждает, что президент «Олимпика» Бернар Тапи был в курсе махинаций с инъекциями. Более того, именно он руководил этим процессом.



При всей своей великолепной игре и большом таланте, Тони разочаровал поклонников, так и не завоевав ни одной награды за свою карьеру.


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:10
Papa
10.01.2003 / Арег ОГАНЕСЯН

БОЗ - КОКАИНОВЫЙ ВРАТАРЬ


В конце октября 2002-го вся английская премьер-лига дрожала от страха. Из недр FA просочилась информация, что в анализах некоего футболиста обнаружены следы употребления кокаина. В конце ноября стало известно имя провинившегося, и вся Англия с ужасом ахнула. От любимца болельщиков Марка Боснича этого ждали меньше всего. Результаты пробы "В" стали известны в середине декабря, и руководство "Челси" попросило у FA предоставить доказательства вины вратаря. Убедившись, что анализы были проведены с соблюдением всех законов и норм, лондонский клуб в начале января официально объявил об отчислении Боснича из команды. Такова хронология скандала. Теперь попробуем понять, почему это произошло и почему именно с Босничем - одним из лучших голкиперов премьер-лиги за последнее десятилетие.

В Англию Марк впервые приехал в далеком 89-м, но, сыграв лишь три матча за "Манчестер Юнайтед", отправился обратно в Австралию по странной причине - ему не дали разрешения на работу в Великобритании. Через три года проблем с властями не возникло, и Боснич с ходу завоевал пост номер один в "Астон Вилле". Через год он установил феноменальный рекорд, взяв почти все пенальти, назначенные в его ворота в сезоне-93/94, - восемь из девяти! После истечения контракта в 99-м вернулся в "МЮ". "Вилла" не стала его удерживать - всем надоели его неоднократные выходки во время матчей.

Будучи парнем горячим, Боснич в нестандартных ситуациях, требующих выдержки и самообладания, оскорблял зрителей, соперников, судей... Частично, кстати, по делу. Но это не спасало от штрафов и дисквалификации. Вратарские качества он не терял, а после ухода Петера Шмейхеля "МЮ" как раз нуждался в харизматическом и классном голкипере. И манчестерцы подписали с австралийцем пятилетний контракт.

Но тут Боснича ждало жуткое невезение. Блестяще отыграв большую часть сезона, он получил страшную травму - перелом коленной чашечки. В мае 2000-го "МЮ" купил Фабьена Бартеза, и когда Боснич восстановился, на него уже особо и не рассчитывали.

А политические дебаты между Босничем и наставником манкунианцев Алексом Фергюсоном в отношении достоинств и недостатков Тэтчер и Блэра в итоге привели к тому, что Боснич был вынужден уйти из "Манчестера".

"Думаю, именно поэтому Фергюсон невзлюбил меня. Я придерживался правых убеждений в политике, а он - левых. Несколько раз мы говорили об этом. Я помню, как мы спорили о Маргарет Тэтчер. Я ее большой поклонник, а тренеру она не нравилась. По его словам, она разрушила страну. А я утверждал, что она является лучшим британским лидером со времен Черчилля. Как-то мы прилично поругались после матча с "Сандерлендом". Фергюсон опоздал в автобус, потому что встречался с Тони Блэром. Я не мог сдержаться, чтобы не сказать что-нибудь саркастическое по этому поводу, а он так вспылил, что Рою Кину пришлось выступить в роли миротворца в нашем противостоянии ."



Буквально в тот же день Боснича на сказочных условиях взял "Челси" - по стечению обстоятельств и Карло Кудичини, и Эд де Гуй в тот момент были травмированы. С тех пор прошло ровно два года, а Боз, как его называют болельщики, сыграл за синих лишь девять матчей. Потеряв место в воротах из-за очередной травмы, Марк больше не имел шансов вытеснить оттуда Карло Кудичини - любимчика тренера Клаудио Раньери.

И тут Боз совершил свою главную ошибку, решив спокойно дождаться окончания срока контракта, по которому еженедельно получал 40 тысяч фунтов - даже для богатой премьер-лиги цифра более чем внушительная. Но не получилось - Боснич внутренне не смирился с ролью третьего вратаря и впал в депрессию. Два месяца назад, когда он один подозревал о том, кого поймали на кокаине, Боснич несколько дней провел в лондонской психиатрической клинике Priory, куда обращался с жалобами на нервное истощение и депрессию. Вскоре после того, как стало известно, что именно Боснич пойман на кокаине, его бросила подруга - известная модель Софи Андертон. А вдобавок ко всему "Челси" уволил вратаря. В финансовых вопросах нет места сантиментам, и клуб с радостью ухватился за возможность перестать платить 2 миллиона фунтов в год.

Талантливый человек должен быть востребован. В футболе - тем более. В противном случае одаренная личность, лишившись внимания публики, часто не находит себе места и ищет утешение в мирских соблазнах. Так произошло в свое время с Полом Гаскойном, который, будучи отвергнутым после ряда неудачных матчей и травм, попался в сети алкогольной зависимости. Теперь то же самое случилось и с Марком Босничем. Только он стал жертвой более опасного бича современности - кокаина, с которым в свое время и на свою голову "дружил" и сам Марадона. Кто-то может сказать, что трудно устоять перед соблазнами, когда получаешь 40 тысяч фунтов в неделю и при этом фактически болтаешься без дела.

Но есть и другие примеры. Роналдо, например, полтора года не играл, но ни разу не позволил себе ничего лишнего, кроме невинных шалостей на бразильских карнавалах, хотя денег у него было больше, чем у Боснича. Вряд ли бразилец больше любит футбол. Наверное, дело в силе духа. Тем, у кого этой силы недостаточно, нужно помогать. Но мир современного футбола жесток, и все, что получили Гаскойн, Марадона, а теперь и Боснич, - первые полосы скандальной хроники.

Сегодня истекает срок подачи апелляции по поводу решения FA оштрафовать и дисквалифицировать Боснича. Австралиец твердит, что не виноват и обязательно подаст протест. Вряд ли Боснич будет оправдан, ведь проблема употребления кокаина в Великобритании, да и во всей Европе, считается одной из главных социальных бед. А знаменитых людей за подобные прегрешения карают особенно строго.


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:17
Papa
2006

Сержанта на работу берёте ?



Луис Филипе Сколари родился в семье итальянских эмигрантов-животноводов, обосновавшихся неподалеку от города Пассо-ду-Фундо. На ферме в 70 гектаров было 26 коров, которые давали 150 литров молока в день. На дорогу до ближайшего города, где родители Сколари продавали на рынке муку, молоко, сметану, масло и творог, уходило более часа.

Двойное имя главный тренер сборной Португалии получил в честь двух своих дедушек, первый из которых был итальянцем, а второй - испанцем. Впоследствии, собирая документы на получение итальянского гражданства, дабы не иметь проблем с трудоустройством в Европе, он выяснил, что фамилия Сколари распространена в 285 городах Италии. Отец Луиса Филипе умер от рака в 1979 году, 81-летняя мать проживает в Пассо-ду-Фундо.



Мать Леда привила своему сыну глубокую религиозность. Ревностная католичка, она требовала, чтобы дети каждое воскресенье посещали мессу. В противном случае лишала их развлечений - походов в кино. Кстати, перед ЧМ-2002 Сколари пообещал совершить паломничество в местечко Ферропилья, в штате Рио-Гранде-ду-Сул, где находится одна из главных христианских святынь Бразилии.

После поражения в матче открытия ЧЕ-2004 наставник португальцев вновь решил обратиться за помощью к высшим силам. Перед каждой следующей игрой Филипао звонил в Бразилию другу Бен-Гуру Маркьони, прося того помолиться и поставить свечку Святому Антонию за успех сборной Португалии. И во всех случаях, за исключением финала, португальская команда одерживала победы.



Луис Филипе никогда не был прилежным учеником, со школы сделал выбор в пользу футбола. Не раз и не два он сказывался больным, дабы не зубрить португальский и французский, входившие в школьную программу.
- Его футбольная техника была почти на нуле, но среди остальных Сколари выделялся заряженностью на борьбу и усердием, никогда не любил проигрывать. - вспоминает учитель физкультуры Арибал Коррало. - Когда его кто-то упрекал в недостаточной ловкости, то получал следующий ответ: 'Вы доживете до того дня, когда я буду побеждать везде и во всем'.

В школьные годы Сколари успел поиграть на трех позициях: вратарем в мини-футбольной команде, правым крайним защитником и центральным защитником. В центре обороны он провел всю свою профессиональную карьеру игрока.

В том, что 'самый грамотный и успешный специалист Бразилии' получил высшее образование, заслуга его тестя. Карлос Пасинато отправил его учиться на факультет физической культуры и спортивной техники Института Порту-Алегри. Труднее всего будущему триумфатору ЧМ-2002 давались занятия по ритмической гимнастике и плаванию - грузный Сколари почти сразу же шел камнем ко дну.



Отзывы об игре защитника Сколари, на протяжении 13 лет защищавшего цвета шести клубов. Были неоднозначными. Все отмечали его неуступчивость в единоборствах, отменную игру головой, хорошую физическую готовность, но пробелы в технике никуда не исчезли. Когда Сколари называли 'защитником без изысков', он целиком и полностью соглашался с данным определением.

Свою карьеру в профессиональном футболе Лис Филипе мог начать на два года раньше. Причем в составе Интернасьонала. Он уже прошел просмотр в юношеской команде клуба и получил предложение подписать свой первый контракт. Но тут выяснилось, что платить ему будут гораздо меньше, чем на бензоколонке, где он подрабатывал в свободное время.



Лучший период в карьере Сколари пришелся на выступление за клуб кашиас с 1973 по 1979 год. Высшим достижением кашиас стало восьмое место в первенстве Бразилии, что для представителя глубинки было выдающимся достижением. Достижением же самого футболиста стали два гола. Которые он забил за все это время в 333 матча. Правда, когда Сколари напоминают об этом, он начинает жаловаться на статистиков, которые, по его мнению, забыли несколько мячей.

В памяти болельщиков и соперников Сколари остался очень жестким, порой даже грубым защитником. Но все, с кем ему приходилось сталкиваться на футбольном поле, отмечают, что Филипао мог пойти встык, но никогда не позволял себе подлости.
- 'Он бежал сзади, дыша тебе в затылок, но ты мог быть уверен, что не получишь нож в спину'.







РАБОТА УЧИТЕЛЕМ.

Еще играя в футбол, Сколари пробовал себя в роли наставника, подрабатывая учителем физкультуры сразу в нескольких школах. По воспоминаниям учеников, преподаватель он был очень требовательный, никому не давал поблажек, и после занятий дети буквально валились с ног от усталости. Но он всегда умел найти с учениками общий язык, служил для них примером.

В 1980 году Сколари получил приглашение из США дать несколько показательных уроков футбола в Туксоне, штат Аризона. За 25 дней он сумел привить любовь к этому виду спорта сотням маленьких американцев, а сам научился объясняться на английском языке, который его жена Ольга насмешливо называет 'индейским английским'. Вернувшись из Северной Америки, Сколари подписал контракт со своим последним клубом - КСА, выступавшим в чемпионате штата Алагоас. Он же стал первым в его тренерской карьере.



КРАТКОСРОЧНЫЕ 'КОМАНДИРОВКИ'

Руководил КСА Сколари всего лишь 42 дня. При нем команда провела 4 матча, в которых одержала одну победу, дважды сыграла вничью и потерпела одно поражение. Такие результаты не устроили клубное руководство, и оно отправило тренера-дебютанта в отставку.

Он еще трижды оставлял пост после очень непродолжительного отрезка времени. В 1990 году в 'Коритибе' проработал всего 17 дней и, осознав, что пребывание в этом клубе было ошибкой, не стал просить об оплате своих услуг. Год спустя, приняв 'Атлетико Гойяненсе', провел там чуть менее месяца и ушел - не устроили условия работы. В 1986 году Сколари продержался всего месяц в 'Эспорте Клуб Пилоткас'.



РАБОТА НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ

В 1984 году Филипао в первый раз отправился на Ближний Восток за нефтедолларами. На протяжении восьми следующих лет он периодически наведывался то в Саудовскую Аравию, то в Кувейт. В 1990 году, незадолго до начала войны в Персидском заливе, готовил сборную Кувейта к Азиатским играм во французском местечке Виши. Узнав о подготовке к боевым действиям, бразилец не стал возвращаться в страну, где бросил все свое имущество, включая деньги на счетах в кувейтском банке. Каково же было его удивление, когда, вернувшись через год в Кувейт тренировать клуб 'Аль-Кадсия', он обнаружил, что все осталось в целости и сохранности и спокойно дожидалось законного владельца. С тех пор Филипао уважительно отзывается об арабских шейхах, а некоторых из них считает своими друзьями.





ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ.

Семейный стаж Луиса Филипе Сколари насчитывает 31 год, хотя его роман с Ольгой Патинато длится уже 40 лет. При этом они очень разные люди - как по интересам, так и по мировоззрению. Сколари был страшным домоседом, любил итальянские песни и хотел провести всю свою жизнь в Бразилии. Его супруга, наоборот, мечтала перебраться в Европу, отдавала предпочтение греческой музыке и не жалела времени на развлечения в шумных компаниях.

При этом она часто вмешивалась в профессиональную деятельность мужа, осуждая те или иные решения, критикуя игру его подопечных.





РУКОПРИКЛАДСТВО.

Документально зафиксированы три случая, когда Сколари-тренер давал волю своим кулакам. Тренируя клуб 'Бразил де Пилоткас', он набросился на своего лучшего игрока Андрезиньо, который имел неосторожность выразить недовольство заменой, жестом 'послав' тренера. Сколари набросился на него на пути в раздевалку и на глазах всего стадиона наградил тумаком. Впоследствии Андрезиньо признал, что был не прав, и принес извинения.

В 1991 году 'Гремио' отправился в турне по Европе, где первый матч проводил с итальянской 'Ромой'. Сколари возглавил команду за сутки до этой игры, которая стараниями бокового арбитра превратилась в фарс. Лайнсмен дважды фиксировал положение 'вне игры' у бразильцев в тот момент, когда они забивали мячи, но не заметил офсайд у хозяев, позволив тем беспрепятственно открыть счет. Когда судья начал смещаться по бровке в его сторону, Филипао встал со скамейки запасных и выдвинулся вперед, словно собираясь дать указания футболистам. Как только рефери приблизился, Сколари одним движением послал обидчика 'Гремио' в нокдаун.

Отношения Филипао с прессой всегда складывались очень непросто. За время работы в 'Палмейрасе' он успел наслушаться такого в свой адрес, что в один прекрасный день - 17 апреля 1998 года - нервы не выдержали. Репортер бразильской газеты Diario Popular Жилван Рибейро ( обвинял Сколари в том, что тот закрыл тренировки от болельщиков) получил от тренера в зубы, после чего имя Филипао на 4 года исчезло со страниц этого издания.


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:20
Papa
СЕРЕБРЯННАЯ БУТСА


Финальный свисток Роберто Розетти зафиксировал историческую победу испанцев. Он же официально оформил пополнение уникальной коллекции одного немца очередным ценнейшим экспонатом. Вечно второй «Байер», лишь местами позолоченная Германия, сбившийся с победного курса «Челси» – основные тематические разделы этой коллекции. А зовут немца Михаэль Баллак и собирает он, вопреки своей воле, проигранные финалы. Не пугаясь ажиотажа, пора посетить этот музей серебра и внимательно рассмотреть его содержимое.

1. 20 мая 2000. Чемпионат Германии. «Унтерхахинг» – «Байер» – 2:0
Не бывает в чемпионатах финалов, но для леверкузенского клуба этот матч трудно расценить по-другому. Перед последним туром бундеслиги «Байер» опережал «Баварию» на три очка и для завоевания титула команде нужно было всего-навсего не проиграть скромному «Унтерхахингу». Михаэль Баллак к 24-м годам жизни имел отличный шанс уже во второй раз стать чемпионом Германии – первый успех случился двумя сезонами ранее с сенсационным «Кайзерслаутерном» Отто Рехагеля. Однако все у подопечных Кристофа Даума в этот день пошло наперекосяк. Леверкузенцы перенервничали, «Унтерхахинг» вспомнил о баварском братстве, Баллак забил гол в собственные ворота – и желанный титул отличной команды Эмерсона, Байнлиха, Кирстена, Паулу Ринка, Новотны остался в кокаиновых мечтах их тренера. Баллак в тот момент не мог и представить, что проигрывать решающие матчи скоро войдет у него в дурную привычку.

2. 11 мая 2002. Кубок Германии. «Шальке-04» – «Байер» – 4:2
Европейский сезон-2001/02 должен был стать сезоном «Байера». Команда Клауса Топпмеллера, первый год работавшего с леверкузенцами, показывала яркую содержательную комбинационную игру и мощно двигалась к победе на всех трех фронтах. Вратарь-бомбардир Ханс-Йорг Бутт уверенно защищал ворота, восходящая звезда мирового футбола бразилец Лусио в центре обороны составлял надежную пару с капитаном Йенсом Новотны, но чисто защитными задачами не ограничивался. В средней линии блистали Зе Роберто и Бернд Шнайдер по флангам, роль опорного полузащитника с блеском исполнял Карстен Рамелов, а Михаэль Баллак вел «Байер» вперед, связывая воедино усилия партнеров и уже отлично зная, что по доброй немецкой традиции следующий сезон он начнет в «Баварии». Многогранная группа атаки включала креативного турецкого универсала Йылдырая Баштюрка, форварда-ветерана Ульфа Кирстена, находившегося в расцвете сил Оливера Нойвилля и только начинавшего путь к славе Димитара Бербатова. «Аспириновой команде» всерьез грозил исторический требл в стиле «МЮ"-99.

Однако конец сезона стал катастрофой. Для начала «Байер» в апреле упустил победу в чемпионате, не сумев удержать пятиочковый отрыв от преследователей за три тура до финиша. Поражения от «Вердера» (Бутт в этом матче при счете 1:1 не реализовал пенальти) и «Нюрнберга», накопившаяся усталость, травма Новотны, так и не приобретенный дух победителя – и концовка оказалась напрочь смазанной. Чемпионский титул достался дортмундской «Боруссии» («Байер» в четвертый раз за шесть сезонов финишировал вторым), а Кубок Германии – другому рурскому клубу, «Шальке».

Финал получился захватывающим. «Байер» лучше провел первую половину, открыл счет и контролировал ход встречи, однако пропустил на последней минуте тайма и от этого удара так и не оправился. Баллак остался в тени, оборона без Новотны лишилась былой надежности – и у болельщиков клуба во главе с одиозным менеджером Райнером Кальмундом появился очередной повод впасть в отчаяние.

3. 15 мая 2002. Лига чемпионов. «Байер» – «Реал» – 1:2
Через три дня «Байер» ждало новое разочарование. Тут немцам, впрочем, не в чем себя упрекнуть. Леверкузенцы начинали эту Лигу с квалификационного раунда, сумели выбраться из двух непростых групп, оставив за бортом турнира «Лион», «Ювентус» и «Арсенал», в плей-офф прошли «Ливерпуль» и «Ман Юнайтед» и лишь в решающем матче уступили «галактическому» «Реалу». Баллак забил в той Лиге чемпионов семь мячей, четыре из которых пришлись на четвертьфиналы и полуфиналы. Немцы показали не только яркую игру, но и характер. Однако на финал команды не хватило. К концу сезона сказалась короткая скамейка – лидеры клуба явно устали. К тому же, финальный матч, состоявшийся в Глазго, пропускали Новотны и Зе Роберто. Даже в этих условиях немцы оказали испанцам достойное сопротивление, но обыграть «Реал» дель Боске, Йерро, Зидана, Фигу, Рауля, Роберто Карлоса было выше их сил. Все голы были забиты в первом тайме – на мяч Рауля сумел адекватно отреагировать Лусио, но ответа на чудо-удар Зинедина Зидана у «Байера» уже не нашлось. «Не думал, что футбол может быть таким жестоким», – сказал после матча Клаус Топпмеллер. Впрочем, с тех пор леверкузенцы ничего подобного не добивались, а лидеров той блистательной команды очень быстро растащили гранды (точнее, один гранд – «Бавария»).

4. 30 июня 2002. Чемпионат мира. Германия – Бразилия – 0:2
Для Бутта, Рамелова, Шнайдера, Нойвилля и Баллака поражением от «Реала» «серебряный» сезон не закончился. Летом вместе со сборной Германии они снова добрались до финала – чемпионата мира в Японии и Корее – и снова проиграли. Это был весьма своеобразный мундиаль, немцы особенно высоко не котировались, но сумели воспользоваться выпавшим шансом. Переиграв в плей-офф последовательно Парагвай, США и Корею Гуса Хиддинка, не показывавшая выдающейся игры Германия оказалась в финале. Победы в четвертьфинале и полуфинале ей принес Баллак, вошедший вместе с Оливером Каном в число лучших игроков турнира. Решающий матч Михаэлю пришлось пропустить из-за дисквалификации, однако немцам это не помогло. Видимо, и без Баллака влияние «Байера» оказалось слишком серьезным – ко всему прочему, сборную возглавлял Руди Феллер, бывший спортивный директор леверкузенцев. А в принципе Бразилия, в составе которой блистали Роналдо (его дубль и решил исход финала), Ривалдо, Роналдиньо, Лусио (хоть у кого-то оказался иммунитет), Жилберту Силва, была просто сильнее. Тренировал тогда пентакампеонов Луис Фелипе Сколари, которого в сезоне-2008/09 футбольная судьба сведет с Баллаком в лондонском «Челси».

5. 24 февраля 2008. Кубок английской лиги. «Челси» – «Тоттенхэм» – 1:2
Прошли годы. Время и «Бавария», казалось, навсегда избавили Баллака от вредной привычки уступать в решающих матчах. В составе мюнхенского клуба Михаэль трижды выигрывал чемпионат Германии и впервые познал радость кубковой победы – в 2003-м в финале при его активном участии (на счету Баллака дубль) был разбит некогда родной «Кайзерслаутерн». В ближайшие три сезона хавбек завоевал еще два аналогичных титула – и вновь финальные поединки ничем не напоминали о былых кошмарах. В 2006-м ведомая Баллаком Германия завоевала третье место на домашнем чемпионате Европы, а сам Михаэль отправился покорять Британию. Первый сезон в «Челси» получился сложным, однако немцу сходу удалось пополнить коллекцию трофеев сразу двумя кубками – лиги и Англии. В премьер-лиге, правда, «синих» опередил «МЮ», но на то были весомые причины.

А вот следующий (и по совместительству – нынешний) сезон Баллака мистическим образом практически в точности повторил сезон-01/02 – финальные ужасы снова настигли Михаэля. Началось все с финала Кубка лиги имени Авраама Гранта. Сменивший Жозе Моуринью израильский специалист перемудрил (недомудрил) с составом – и оказался бит в овертайме «Тоттенхэмом» Хуанде Рамоса. Находившийся в отличной форме Баллак вышел на замену лишь за пару минут до конца основного времени и проявить себя толком не успел.

6. 21 мая 2008. Лига чемпионов. «Манчестер Юнайтед» – «Челси» – 1:1 (6:5 по пенальти)
В московском финале Грант такую возможность Баллаку предоставил – не растерявший форму немец провел на поле все 120 минут и был одним из лучших. «Челси» к тому времени снова уступил «МЮ» титул английского чемпиона и жаждал реванша. Не получилось – равная игра с обоюдными шансами прикатилась к серии пенальти. Так Баллак в финалах еще не проигрывал.

7. 29 июня 2008. Чемпионат Европы. Германия – Испания – 0:1Этот финал вспоминать рано – он еще пока никем не забыт. Не до конца здоровый Баллак, получивший по ходу матча еще и устрашающее рассечение, бился как лев, но сборная Лева была по делу бита великолепными испанцами. Михаэлю снова не в чем себя упрекнуть – против настигшего его шесть лет спустя злого рока он оказался бессилен.

Вице-чемпион мира, вице-чемпион Европы, трижды вице-чемпион Германии, дважды вице-чемпион Англии, дважды второй призер Лиги чемпионов, второй призер кубков Германии и английской лиги. Убрать хотя бы половину этих «вице-» и заменить «второй призер» на «победитель», сложить с титулами четырехкратного чемпиона Германии, трехкратного обладателя Кубка Германии, обладателя Кубка Англии и Кубка лиги – и Михаэль Баллак стал бы самым титулованным футболистом современности, а в его статусе суперзвезды ни у кого не возникло бы ни малейших сомнений. А так он остается фигурой в чем-то трагической, вокруг которой вертятся всякого рода «почти», «полу», «едва ли не». Рок в том, что во всех этих финальных поражениях трудно найти что-то общее, выявить четкую систему. Разные времена, разные команды, разные сюжеты – един в депрессивном большинстве случаев только результат. Рок в том, что самого Баллака трудно обвинить во всех этих неудачах – нельзя ведь сказать, что он не умеет играть решающие матчи, что в них он не похож сам на себя или что-то еще в этом роде. В слышащихся в последнее время мотивах европейского футбольного декаданса Михаэлю вполне подойдет роль символа, лирического героя. Возможно, именно такой его образ и останется в истории. А возможно и нет. Баллаку всего 31, он уже многое выиграл и у него еще достаточно времени сломать стереотипы и уйти победителем. Может, просто стоит сменить 13-й номер?


Дмитрий Долгих
http://www.sports.ru/blog/dolgih/5111535.html

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:27
Papa
РАЗВОД ПО-ИТАЛЬЯНСКИ ИЛИ ЛЮБОВЬ ДО ГРОБА?

Игорь Рабинер. «Спорт-Экспресс» 14.03.2007



Что такое «Милан» без Андрея Шевченко? И Шевченко – без «Милана»? Эта тема стала предметом исследования специального корреспондента «СЭ».

ВЕЧЕРИНКА НА ПИКАДИЛЛИ

«Знаете, какая у меня самая заветная мечта? Чтобы в финале Лиги чемпионов «Милан» выиграл у «Челси» – 1:0, а Шевченко получил право на пенальти и пробил мимо ворот!»

За несколько дней, проведенных на Апеннинах, я уже привык ничему, связанному с футболом, не удивляться. Как и этой типично итальянской огненной реплике, которую произнес ярый болельщик «Милана» Роберто Джавасси, спокойный на первый взгляд человек в очках, работающий портье в миланской гостинице Auriga. Едва услышав фамилию Шевченко, он разразился десятиминутным монологом, суть которого заключалась в том, что недавний кумир, уйдя по собственному желанию в «Челси», стал для него одним из главных разочарований в жизни.

– Я так надеялся, что Шева отыграет в «Милане» 20 лет и станет для нас таким же богом, как Ривера или Мальдини! – восклицал Джавасси. – Он уже стал вице-капитаном и должен был понимать, как нужен клубу, который сделал для него все. Тех высот, которых он достиг: «Золотого мяча», победы в Лиге чемпионов, скудетто, – Шева добился благодаря «Милану», а не сборной Украины. Без него «Милан» плох в этом сезоне – ведь вся игра годами была заточена под него. И не убеждают меня все эти «отмазки»! Вот Берлускони говорит, что Шева уехал из-за жены, которая хотела, чтобы он и дети выучили английский. Но разве нельзя было это сделать здесь, в Милане?! Нет, после того, что произошло, я не считаю Шевченко сильной личностью!

Выслушав такую тираду, впору задуматься о том, что от любви до ненависти и впрямь рукой подать. Все может перевернуться в один день – и никто уже не будет говорить о том, что не только «Милан» для Шевченко, но и Шевченко для «Милана» стал подарком судьбы и гарантией многолетнего счастья.


Но вот вам обратная сторона медали. Вечером 29 сентября прошлого года, в день, когда Шевченко исполнилось 30 лет, у «Милана» была игра. А сразу после нее, около 10 вечера, группа известных людей рванула в аэропорт, откуда на частном самолете вылетела в Лондон. К Андрею в гости.

Один из пассажиров того рейса, менеджер «Милана» по странам Восточной Европы Резо Чохонелидзе, рассказывает:

– На борту были вице-президент Адриано Галлиани, генеральный директор Ариедо Брайда, исполнительный директор Леонардо, Кларенс Зеедорф – всего 14 человек. Полететь хотели многие, но после той игры почти все разъезжались по сборным. Из-за этого до Лондона не добрались Кака и Каладзе. Мальдини лечился после травмы, у Костакурты возникли какие-то проблемы с ребенком... Шевченко вначале хотел заказать большой самолет на сто мест, но пришлось вносить коррективы.

– Так это он сам самолет заказывал?
– Конечно. В годы игры в «Милане» он всегда отмечал день рождения. Два раза это происходило у него дома, на озере Комо, где он жил, собиралось всегда человек 50 – 60. Вся команда с женами, его друзья, друзья жены... Берлускони всегда приезжал. После вручения «Золотого мяча» Андрей дома стол для всего «Милана» накрыл. И, отмечая 30-летие, решил не изменять традиции. Мы в 11 вечера прилетели, в Лондон на два с половиной часа заехали, поздравили, посидели немного – и к четырем ночи вернулись в Милан...

По словам Чохонелидзе, в ресторане на Пикадилли в тот вечер собралась удивительная компания. Группа важных господ из «Милана» с примкнувшим к ним Зеедорфом и нефутбольными друзьями Шевы из Италии. Роман Абрамович с детьми. Исполнительный директор «Челси» Питер Кеньон. А также Джон Терри, Фрэнк Лэмпард, Михаэль Баллак... Жозе Моуринью, правда, не было.

«Красно-черные» и «синие» объединились, чтобы отметить юбилей выдающегося мастера. Если бы «Милан» действительно был на него в обиде, если бы в «Челси» его не приняли – не было бы этого ночного перелета и вечеринки в Лондоне. Насколько же шире в футбольном мире набор красок, нежели болельщицкие черные и белые. Но ведь и мнений тифози замалчивать нельзя – потому что ради них, тифози, собственно, футбол и существует. Да и важности такого события, как уход Шевченко, без этого было бы до конца не понять. «Обида некоторых болельщиков – оттого, что его все равно очень любят!», – говорит Каладзе. Правильно говорит.

Интересно, если через пару месяцев «Милан» и «Челси» в Афинах встретятся в финале Лиги чемпионов, вспомнят ли на мгновение боссы и игроки двух команд о той дружеской посиделке на Пикадилли? И что скажут перед матчем? И как будут играть «россонери» против Шевченко? И материализуется ли мечта Роберто Джавасси? Только ради этого хочется, чтобы такой поединок состоялся!

ЗОРКИЙ АЛБАНЕЦ

Почему он ушел оттуда, где был счастлив? Это ключевой вопрос для всех, кто неравнодушен к «Милану» и к Шевченко. Однако, обсудив эту тему со многими людьми, версий я услышал не так уж много. И практически ни одна не имела прямого отношения к футболу.

Каладзе:

– Шева провел в «Милане» семь лет, это достаточно много. У него семья, дети. Он просто хотел как-то поменять свою жизнь, попробовать что-то новое, узнать иную культуру. Поехал в Лондон, учит язык – жена-то у него из Америки. Будет говорить с ней и с детьми по-английски. Но не думаю, что переезд в Англию был только желанием Кристен – он и сам пожелал перемен. Я почувствовал это в конце прошлого сезона.

Чохонелидзе:

– Идея перехода Андрея в «Челси» возникла на семейной почве. Жена из Вашингтона, двое детей... Решили поменять образ жизни. Как мне видится, она хотела, чтобы дети выросли на английском языке. Полагала, если ребята будут жить в Италии, а потом поменяют страну, будут отставать от сверстников. Когда дети совсем маленькие, языковой барьер преодолевается быстрее. Так что это был исключительно семейный выбор. Наверняка Шевченко было тяжело уходить из «Милана», но он принял решение ради семьи.

Этим двум людям можно верить: с форвардом они близко общаются и по сей день, а Чохонелидзе вообще был первым человеком, который когда-то в офисе «Милана» произнес фамилию Шевченко.

В 96-м, когда бывший защитник тбилисского и ленинградского «Динамо» стал полноправным сотрудником знаменитого итальянского клуба, у него состоялся разговор со старым знакомым – Валерием Газзаевым. Тогдашний главный тренер «Алании», видимо, находился под впечатлением игры Шевченко против его команды в финале Кубка Содружества (19-летний киевлянин забил победный мяч). Он и посоветовал работнику «Милана» присмотреться к талантливому игроку. Судя по всему, самим владикавказцам тягаться с Киевом за Шевченко было не под силу. Чохонелидзе, лично поглядев на дарование, впечатлился и рассказал о нем своим начальникам – Галлиани и Брайде.

– Вы хорошо знаете, что многие советские футболисты, поехавшие за границу, не оправдали надежд, – говорит он. – Поэтому определенные опасения у руководителей клуба были. Для них лучше бразильцы или аргентинцы, потому что те проверены годами. Я со своей стороны дал Шевченко положительную характеристику, но потом за ним наблюдали еще долго. Впрочем, в «Милане» по-другому и не бывает.

А спустя несколько месяцев в Киев из ближневосточных странствий вернулся Валерий Лобановский, с которым Чохонелидзе тоже был давно знаком. Он убежден: «Лобановский во многом и «слепил» Шевченко. Еще давным-давно великий тренер говорил мне, что лет через 15 – 20 каждый игрок вне зависимости от своего номинального амплуа, оказавшись на любой позиции, обязан будет уметь действовать на ней профессионально. Тогда ведь об этом не было и речи! И потом Лобановский воплотил эту теорию универсализма в Шевченко. Он ведь не только нападающий. Андрей способен и играть в отборе, и развивать атаку и завершать ее. Да, у нас в «Милане» сейчас есть Роналдо, но ему до Шевченко далеко: он может только атаковать. Я не забуду, как за сезон до перехода в «Милан» спрашивал у Лобановского, готов ли парень к отъезду в клуб такого уровня, и тот отвечал: «Пока нет». А год спустя на такой же вопрос услышал: «Теперь готов». То есть Лобановский говорил объективно, исходя не из собственных интересов как тренера «Динамо», а из реального уровня футболиста. И через три месяца Шевченко стал игроком «Милана».

Шевченко, вспоминает Чохонелидзе, привезли в Милан в июне 1999 года, за месяц до начала подготовки к сезону, чтобы он хотя бы начал учить итальянский и познавать основы жизни на Апеннинах. Языком он стал заниматься в обществе развития итальянско-российских культурных связей на главной площади города – Пьяцца Дуомо. Каждый день приходил туда к 11 утра и, поскольку болельщикам еще был не знаком, оставался незамеченным. Опознал футболиста какой-то... албанец. У него на родине стояли спутниковые тарелки, ловившие сигнал с Украины. «Шевченко!» – завопил болельщик, и с того момента прохода игроку уже не стало. Все знали, что в 11 он должен переходить площадь у великого собора...

Отлично помнит менеджер по Восточной Европе и день, когда у Шевченко родился сын. Было это накануне гостевой игры с «Сампдорией». Клубный автобус с Андреем на борту только выехал с базы в Миланелло, как ему позвонили: «Срочно приезжай. Начались схватки». В «Милане» принято в таких случаях футболистов отпускать безоговорочно – это святое. Роды, при которых Шевченко присутствовал, затянулись, всю ночь форвард провел рядом с женой, и под утро, наконец, ребенок появился на свет. После бессонной ночи никто, конечно, не ожидал увидеть его в Генуе. Но он приехал, вышел на замену и забил в ворота «Сампдории» победный мяч...


КИЕВ ИЛИ ШТАТЫ?

«Шевченко воспринимает меня как члена семьи», – говорит Чохонелидзе. Неудивительно: менеджер был рядом с ним и в самые непростые минуты, когда при содействии Берлускони отцу игрока делали сложнейшую операцию на сердце. И все, что рассказывает Чохонелидзе о нападающем, преисполнено уважения и восхищения. Критики по поводу перехода в «Челси» от него не услышишь.

Как и от другого человека из мира футбольного бизнеса, прекрасно знакомого с Шевой с тех пор, когда тому было 18, – агента Шандора Варги, тоже, кстати, побывавшего в Лондоне на 30-летии нападающего. Во время тяжелого для Андрея сезона-2002/03, когда он получал травмы и не попадал в стартовый состав «Милана», игрок, по словам Варги, предлагал ему стать своим личным агентом. Но поставил условие: переехать в Милан и заниматься только делами Шевченко. На Варге же тогда были Ребров из «Тоттенхэма», Лужный из «Арсенала» и еще десяток игроков – и он отказался. «У нас отношения после этого стали даже лучше, – смеется Варга. – Я долго жил на юге Франции, ехать до Андрея мне было часа два, и встречались мы часто. Его агентом я не стал, зато стал другом. Надеюсь, так будет всегда».

– Действительно ли Кристен Пазик так сдружилась с женой Романа Абрамовича Ириной, как рассказывают? И действительно ли это стало одной из причин переезда Шевченко?
– Не думаю. Единственное связующее звено между их семьями – русский язык. Ясно, что Роману Андрей как игрок всегда нравился, и он уже давно хотел его приобрести. Абрамович ведь три года купить Шевченко пытался – причем первое его предложение «Милану» вдвое превышало то, на котором в итоге сошлись. Но в то время сам Андрей, думаю, присматривался к владельцу «Челси»: когда на кону такие огромные деньги, всегда нужно быть осторожным. Судьба Михаила Ходорковского всем еще была памятна. Но человеку, который два года подряд выигрывает чемпионат Англии и чью компанию покупает государство за 15 миллиардов, не грозят уже ни тюрьма, ни банкротство. Решение перейти в «Челси» было для Андрея непростым, но, исходя из интересов семьи, логичным. И заканчивать карьеру он, думаю, будет не в киевском «Динамо», а, допустим, в США. Там их с Кристен дом, и он поедет туда, как Бекхэм.

– Стало ли для вас неожиданностью решение Шевченко перейти в «Челси»?
– Абсолютно не стало. Этот шаг мы с ним обсуждали очень давно. Родился второй ребенок, а социальные условия, образование, образ жизни – все это в Англии самое подходящее. Андрей знает моих дочек Каролину и Викторию, которые учатся в Англии. И в последний год игры в «Милане» часто спрашивал меня, как они там себя чувствуют. Видно было, что идея переезда в Британию у него созревает.

«Семейную» версию переезда поддерживают и российские игроки, выступавшие в Италии и по-прежнему контактирующие со многими людьми кальчо. Правда, один из них все же несколько «офутболивает» мотивацию Шевченко.

Руслан Нигматуллин:
«Видимо, слишком сильно Абрамович хотел его приобрести. Андрей был одним из его любимых игроков. Немаловажную роль сыграло желание супруги Шевченко, чтобы дети говорили на английском языке и жили в англоязычной стране. Словом, все сошлось именно на «Челси».

Андрей Талалаев:
«У нас с вами тоже есть близкие, и мы знаем, что пожелание семьи – вещь немаловажная. Понятно, что в случае с Шевченко оно сыграло важнейшую роль».

Так вышло, что ни от одного футболиста корреспондент «СЭ» не слышал осуждения перехода Шевченко. Все они ставят себя на его место и, что называется, не зарекаются, что не поступили бы так же. А вот тифози настроены бескомпромиссно, и аргумент о роли семьи на них не действует – иные еще и подкаблучником называют. Налицо непреодолимые противоречия разных мировосприятий – болельщицкого и внутрифутбольного. Фаны «россонери» знают только одно: Шевченко ушел, и их команда стала слабее. А все, что происходит за пределами стадиона, их не волнует.

– Болельщики все одинаковые, – говорит Чохонелидзе. – Когда уходит любимый футболист, который забил за твою команду 180 мячей, это непросто принять. Посмотрите, что неслось на протяжении всего миланского дерби с трибун тифози «Интера» в адрес Роналдо. Чему удивляться?

Интересно, волновали ли самого Шевченко высказывания и чувства поклонников «Милана». И разрывалась ли его душа надвое, когда он решал – ехать или не ехать. И что именно перевесило. Впрочем, уверен, что для таких признаний, если они вообще когда-нибудь последуют, должно пройти еще очень много времени. Раны еще не зарубцевались. Ни у кого.

Талалаев рассказывает:

– Недавно моя юношеская сборная России тренировалась на базе в Коверчано, и я видел фотографии Шевченко, которые тифози разукрасили и перечеркнули. Для болельщиков ничего промежуточного нет. Есть люди, которые его по-прежнему горячо любят, и есть те, кто посчитал переход Андрея предательством и возненавидел его. Но Шева – великий нападающий, и он стал в «Милане» идолом. А к идолу и отношение особое.

Уверен: схлынет боль, минуют годы, и Шевченко в глазах болельщиков «россонери» вновь вознесется на пьедестал. «То, что он сделал для «Милана» за последние семь лет – фантастика, – говорит Каладзе. – После ван Бастена он главный кумир болельщиков клуба. Да, никто из тифози не ожидал, что он уйдет. Но их любовь вернется, никуда не денется».


СЫГРАЛИ ЛИ РОЛЬ ДЕНЬГИ АБРАМОВИЧА?

– Шевченко ни на секунду за этот непростой для себя сезон не пожалел, что решился перейти в «Челси»? – спрашиваю Варгу.
– Даже если такое и было, он бы никому в этом не признался. Так же, как никогда никому не скажет, что перешел в «Челси» из-за денег. Но понятно же – и нормально! – что уже недалек конец карьеры, и ты можешь заработать гарантированные 40 – 50 миллионов, от этого трудно отказаться.

– Зарплата в «Челси» у него намного выше, чем в «Милане»?
– Думаю, вдвое.

Тема огромной зарплаты, которую предложил Шевченко российский владелец «Челси», надо заметить, нигде и никем не рассматривается как основной мотив переезда. Но в качестве причины второго плана о ней говорят многие. Правда, придерживаясь при этом диаметрально противоположных позиций – что уже говорит о неочевидности финансового фактора.

Нигматуллин солидарен с Варгой: «При переходе в «Челси» Шевченко финансово выиграл. Для профессионального футболиста получить в 30 лет многолетний контракт на очень хорошие деньги чрезвычайно заманчиво».

А вот Чохонелидзе этот мотив отвергает напрочь: «Деньги Шевченко не интересуют, он и без этого миллионер. Это не причина перехода. Двумя миллионами больше, двумя меньше – в случае с Андреем разницы нет. Шевченко уехал не из-за денег, не из-за президента, тренера или команды. Он уехал только из-за семьи. Он ставит ее на первое место. Вот и все».

11 лет назад автору этих строк посчастливилось беседовать в московской гостинице «Космос» с совсем юным Шевченко, которому на следующий день предстояло в финале Кубка Содружества забить победный гол в ворота «Алании». Андрей в ту пору еще не нараздавал сотен интервью, и его высказывания поразили меня своей зрелостью и здравомыслием. 19-летние так почти никогда не говорят. Может, потому он и стал тем Шевченко, которого мы знаем?

«Для футболиста-профессионала деньги, конечно, очень важны, но второстепенны, – размышлял тогда форвард киевского «Динамо». – В той же Германии люди играют не ради денег, а ради любви к футболу – поэтому и выигрывают чемпионаты мира. Ау нас многие выходят на поле именно ради денег. С моей точки зрения, если у человека появляется такая психология, он закончился как футболист... Я увлекающийся человек и всегда живу той идеей, которой в этот момент заразился. Вообще мой принцип в жизни – жить, а не существовать. Жить – значит сливаться с тем делом, которым занимаешься. Футбол и я – одно целое, я им живу».

Не находите, что эти слова стоит повесить на стенку и каждый день читать любому молодому футболисту? Недавно в редакцию «СЭ» приезжал легендарный Лотар Маттеус и сказал почти то же самое. Но что же получается? Приняв решение, диктовавшееся в основном интересами семьи, Шевченко показал, что футболом живет уже не в первую очередь. Осуждать его за это ни одному объективному человеку и в голову не придет: во-первых, каждый сам в ответе за свою жизнь, а во-вторых, он уже сделал столько, что давно имеет полное право решать вопрос о приоритетах.

Вопрос в другом. Найдет ли Андрей достаточно мотивации, чтобы выйти в «Челси» на тот же уровень, что в «Милане»? Пока, если исходить из его игры за «аристократов», точного ответа нет. А может, и не в мотивации вовсе дело, а в неких объективных факторах?

«ОН НЕ КУРИТ И НЕ ПЬЕТ»

– Вы не боитесь, что, перейдя через порог 30-летия, Шевченко постепенно теряет свой главный козырь в футболе – скорость? И отсюда его проблемы в «Челси»?

Этот вопрос я задал многим своим собеседникам. Не знаю, насколько в своих ответах они были искренни, но аргументы по крайней мере находили.

Каладзе:

– Не думаю, что это так. Шева физически очень силен. Он не пьет и не курит, поэтому проблем подобного рода у него быть не должно. Он по-прежнему остается одним из лучших нападающих в мире. Такой игрок не может за год растерять талант. Мы часто созваниваемся, и я вижу, что дела у Андрея пошли лучше. Если судить по тому, как он начал сезон, наверное, можно говорить, что переход был ошибкой. Потому что по стилю игры «Челси» – не его команда. Моуринью ставит не атакующий футбол, его тактика построена на обороне и контратаках. Но Шева привыкает. И привыкнет, я уверен.

Нигматуллин:

– В Европе футболисты играют дольше, чем у нас. Но в любом случае в 30 лет, к сожалению, бегать сложнее, чем в 25. Это физиология. А английский футбол требует большого движения. Шевченко всегда отличался скоростными качествами, и не думаю, что он их растерял. В последних играх Андрей начал забивать и сам говорит, что счастлив. Но, думаю, ему трудно будет стать той первой скрипкой, какой он был в «Милане» и какой сейчас в «Челси» считается Дрогба.

Чохонелидзе:

– Не надо забывать, что перед тем, как перейти в «Челси», Андрей прошлой весной получил здесь серьезную травму колена. Как он смог сыграть за сборную Украины на чемпионате мира, вообще не представляю. Да и к игре Моуринью, у которого совсем другой, куда более закрытый футбол, нужно привыкнуть. Ставка делается на Дрогба, нападающего силового стиля. Шевченко – совсем другой игрок, звезда мирового уровня, под которого тренер, считаю, должен подстраивать игру. Тем не менее, думаю, уже в конце этого сезона он будет в порядке, а в следующем и подавно. Он очень настойчив.

Варга:

– Я с ним разговаривал и знаю, что Шевченко очень много работает индивидуально. Конечно, ему будет нелегко вернуть былую форму, но очень надеюсь, что это произойдет. Между прочим, тот же Дрогба два года не мог найти себя в «Челси», зато как заблистал в этом сезоне! У Бергкампа поначалу не шло ни в «Интере», ни в «Арсенале». Но в Лондоне проявили терпение и получили одного из лидеров на десять лет. Мне кажется, Моуринью довольно терпелив с Андреем и рано или поздно дождется от него оптимальной игры.

Роберто Джавасси настроен менее оптимистично:

– В «Челси» нужно было доказывать, что он по-прежнему большой игрок, но Шевченко пока ничего не доказал. Дрогба наголову выше. Шеве еще везет, что за карьеру у него не было ни одной серьезной травмы, и по этой причине ему не пришлось радикально менять манеру игры, как, например, Роналдо или Дель Пьеро. Чтобы вернуть былое состояние, ему надо очень много тренироваться, а образ жизни в Лондоне этому не способствует. В общем, хуже стало и Шевченко, и «Милану». У нас теперь Кака приходится выполнять ту беговую работу, которая раньше была на Шеве. Атакующих вариантов при этом стало гораздо меньше.

Есть и еще один нюанс, который в «Челси» вряд ли будет таким же, как в «Милане».

– Когда Шевченко пришел в «Милан», – говорит Чохонелидзе, – все вокруг делалось для него. И президент, и генеральный директор, и врачи, и физиотерапевты – каждый старался, чтобы он думал только о футболе и ни о чем другом.

Россыпь звезд в «Челси» так обширна, что позволить жизни всего лондонского клуба крутиться вокруг одного футболиста там не смогут. Так же, как и игре. В свое время «Милан» подстраивался под Шевченко, теперь же Шевченко приходится подстраиваться под «Челси». Получится ли?



В «МИЛАН» ОН НЕ ВЕРНЕТСЯ

С тем, что переезд Шевченко на туманный Альбион больно ударил по «Милану», полностью согласен Чохонелидзе:

– Для «Милана» его уход – трагедия. Все тактические наработки, которые создавались в течение многих лет тренером Анчелотти, теперь разрушились. Во многом все синхронные передвижения игроков – и атакующие, и оборонительные – строились от Шевченко, и теперь надо все делать заново. Да, пришел Роналдо, но ему потребуется время, чтобы вписаться в команду, а команде – чтобы понять, чего от него можно ожидать.

В ситуации, когда отъезд игрока всерьез повлиял на игру команды, можно было думать, что некоторые футболисты и руководители «Милана» на Шевченко обидятся. Может, в глубине души у кого-то это и так, но на публике никто ни разу упреков в его адрес себе не позволил.

Варга:

– Все слухи о чьих-то обидах на Андрея в «Милане» – не более чем происки прессы. Надо же про что-то писать! На самом деле с тем же Берлускони у Шевы по-прежнему очень близкие отношения, и коллективный полет в Лондон на 30-летие это доказывает. Не забывайте: Сильвио – крестный папа его сына Джордана. Отношение к нему в «Милане» осталось самое светлое и доброе, и это взаимно. Этот город для него – вторая родина. Здесь он выиграл скудетто, Лигу чемпионов, «Золотой мяч», нашел свою любовь, здесь родились дети... Такое не забывается.

Каладзе:

– Никаких обид в команде на него нет. Все понимают: каждый сам вправе решать, как ему поступить. У него со всеми были и остались хорошие отношения, но больше всех Шева во времена игры за «Милан» дружил со мной, Мальдини, Костакуртой и Амброзини.

Чохонелидзе:

– Если бы Андрей сказал, что у его ухода были какие-то причины, связанные с тренером, ребятами или руководством «Милана», к его уходу могли бы отнестись иначе. Но это был выбор семьи! Берлускони любил его, как родного сына, они могли в любой день и час созваниваться – и это осталось. Когда Берлускони прооперировали, Шевченко тут же позвонил ему из Лондона, чтобы узнать, как все прошло. И все игроки его поняли. В Италии, католической стране, вообще культ семьи. Зидан тоже уехал из «Ювентуса», потому что его жена не хотела жить в Турине. Что тут сделаешь и о каких обидах может идти речь?

В месяцы, когда у Шевченко особенно не ладилось в «Челси», пошли слухи о его возвращении в «Милан» – правда, в аренду. Но все до единого мои собеседники убеждены, что под ними нет ровным счетом никаких оснований.

Варга:

– У него в центре Милана осталась квартира, и продавать ее он не собирается. Приезжает, когда есть возможность. Но его возвращение в «Милан» исключено – как и любой переход из «Челси». У него первый год четырехлетнего контракта с лондонским клубом, а когда он уже не сможет играть на уровне лучших клубов Европы, повторюсь, велик шанс увидеть его в США.

Чохонелидзе:

– Нет, в «Милан» Андрей наверняка не вернется. И никакого конфликта с Моуринью у него не будет. Шевченко – не тот футболист, чтобы провоцировать размолвку с тренером и использовать это как повод для возвращения в свой бывший клуб. Историю в «Милане» он уже сделал и теперь будет делать историю в «Челси».

– Правда ли, что еще одним мотивом перехода Шевченко якобы стало обещание Абрамовича предоставить ему пост спортивного директора после окончания карьеры?
– Вряд ли речь идет о спортивном директоре, да и вообще не знаю, был ли такой разговор. Но он был бы логичен, тем более что оба говорят на одном языке. Если бы я был Абрамовичем, то сделал бы его своим советником. Шевченко может служить лицом «Челси», послом команды, как в свое время в других местах Платини или Беккенбауэр. Кроме того, он может подсказывать Абрамовичу те футбольные тонкости, которые самому бизнесмену понять тяжело. Кроме того, по натуре Шевченко – верный человек, и того, кто сделал ему добро, никогда не предаст. Если их содружество с Романом будет продолжаться много лет, ничуть не удивлюсь.

Это нам предстоит узнать в отдаленном будущем. Пока же на тему Андрея Шевченко жарко дискутируют в Милане и Лондоне. Кто он – прежний обладатель «Золотого мяча»-2004 или игрок на закате?

С нетерпением ждем ответов, Андрей. И очень надеемся, что в футболе вы еще далеко не сказали последнего слова. В глубине души этого, уверен, хотят даже обиженные тифози «Милана»...




Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:46
Papa
22.09.2008/Сергей Бабарика/Premiership.Ru

Рей Уилкинс по прозвищу "Бутч"


На минувшей неделе "Челси" покинул помощник главного тренера Стив Кларк, а вместо него ассистентом Луиса Фелипе Сколари был назначен Рей Уилкинс. Прекрасный повод рассказать об этой личности. А знаете ли вы, кто такой Рей Уилкинс?

"Бутч", "Краб", капитан "Челси" и сборной Англии, легенда "Манчестер Юнайтед", "Милана", "Рейнджерс" и "Куинз Парк Рейнджерс", человек, игравший в футбол на профессиональном уровне до 41 (!) года. Кроме того, Рей награжден Орденом Британской Империи, входит в десятку гвардейцев сборной Англии, принял участие в трех Чемпионатах Мира.

Рей Уилкинс, уроженец Хиллингтона (городок около Лондона), появился на свет 14 сентября 1956 года. В большой семье все были помешаны на футболе – начиная с отца, который играл на любительском уровне, и заканчивая Реем и его братьями. млаший Дин стал легендарным игроком и менеджером "Брайтона" (только недавно его сменил Микки Адамс), а Грэм и Стивен начинали свою карьеру вместе с Реем, но больших успехов не добились.

Челси

Начиналась карьера Рея в "Челси", тогда еще очень далеком от сегодняшнего звездного статуса. Клуб во второй половине 70-х переживал "темные времена", и возможно, поэтому молодому полузащитнику так быстро удалось пробиться в число основных игроков и даже в 18 лет стать капитаном команды. Повязку он получил от великого капитана "синих" Рона Харриса.

В то время в "Челси", как раз вылетевшем в Д2, сменился менеджер – пришел Эдди Маккриди, и в клубе в связи с пошатнувшимся финансовым положением пришлось сделать ставку на молодежь. Рей был одним из лучших воспитанников Академии и потихоньку становился ключевым игроком команды. В сезоне 1976/77 "Челси" возвращается в элиту. "Бутч" (это прозвище он получил еще в детстве) кроме того, что был лучшим на поле, стал известен на всю Англию - его миловидное лицо стало мелькать на обложках глянцевых журналов. Но дела у "Челси" не заладились.

После удачного сезона неожиданно ушел Маккриди. При весьма странных обстоятельствах, кстати. Человеку, который без денег смог слепить добротную команду и вывести ее в высший дивизион, вырастил несколько потенциальных звезд, руководство в лице Брайана Мирса зажало обещанный автомобиль. В результате Эдди ушел, и после этого с командой пробовали работать Кен Шеллито и Дэнни Бленчфлауэр, но толку было немного. Синие снова спикировали в Д2, а чтобы решить финансовые проблемы продали свою звезду в "Манчестер Юнайтед".

Манчестер Юнайтед

В августе 1979 года Дейв Секстон (бывший менеджер "Челси" и "КПР") заплатил за Рея 825 тысяч фунтов (очень серьезные по тем временам деньги) и Уилкинс присоединился к тренировочному лагерю "МЮ". Покупка эта должна была стать главным козырем манкунианцев в борьбе за чемпионство. Уже в первом сезоне с Уилкинсом в составе команда была близка к этому, но все же осталась второй, на расстоянии двух очков от победившего "Ливерпуля".
Заполучить Уилкинса хотели и "Арсенал" с "Ливерпулем", но предложение "МЮ" оказалось убедительнее. Неизвестно, жалел ли Рей о своем выборе, так и не став чемпионом Англии. Наиболее близко он подошел к титулу, как раз в первый свой сезон в "красной" команде.

Болельщики "красных дьяволов" запомнили Рея исключительно тонко читающим игру плеймейкером. Фирменной "фишкой" Уилкинса был "крабовый пас" - когда мяч пасовался с филигранной точностью по дуге влево или вправо почти параллельно линии ворот. Делал это Рей с нарочито ленивым видом, как бы усыпляя противников. Прозвищем "Краб" Рея наградил уже другой менеджер "МЮ" - Рон Аткинсон.

Но все же без трофеев в "МЮ" Рей не остался. Более того - он забил гол в финале Кубка Англии с "Брайтоном". Этот трофей так и останется единственным в английской карьере Рея.

Может быть, так бы и играл Рей в "МЮ" и дальше, если бы не один талантливый полузащитник, который понемногу начал вытеснять Уилкинса из основного состава. Речь идет о знаменитом капитане манкунианцев – Брайане Робсоне. Имея такого игрока в центре поля, Рон Аткинсон решил принять предложение итальянского "Милана" и отпустить Рея за 1,5 млн. фунтов.

Позднее, уже при Алексе Фергюсоне встанет вопрос о возвращении блестяще играющего за "КПР" Рея в "МЮ", но Уилкинс не захочет покидать ставший родным Лондон.

Милан и ПСЖ

Итальянский гранд, только выкарабкавшись из Серии В после скандала "тотонеро" решил усилиться парой английских легионеров – кроме Рея в команду пришел Марк Хейтли. Тренировать "Милан" стал знаменитый Нильс Лидхольм. Но Рею опять не повезло – он снова попал в команду, которая была на спаде – "Милан" оказался на грани банкротства после махинаций Джузеппе Фарины, который перекачал все деньги со счетов клуба и умотал в Южную Америку.

Как раз после этого команда попала в руки Сильвио Берлускони, который тут же затеял кадровую перестройку. По составу "Милан" стал действительно одной из самых сильных команд Италии, но вот у Лидхольма никак не получалось наладить игру в обороне.

В общем, Рей за три сезона в Италии провел 73 поединка и забил 2 мяча. Довольно неплохо, но вот титулов он снова не дождался. Новый менеджер – Арриго Сакки продал англичанина в "Пари Сен-Жермен".

Парижане, как раз, впервые стали чемпионами Франции под руководством Жерара Улье и решили усилиться для завоевания Европы. Но в Париже Рей не задержался. Когда он получил предложение от Грэма Сунесса о переходе в шотландский "Рейнджерс", тут же согласился.

Рейнджерс

Сунесс заплатил за ветерана 250 тыс. фунтов и "Бутч" наконец-то утолил трофейную жажду. Команда Грэма Сунесса в то время имела тотальное превосходство над главным соперником – "Селтиком" и очень неплохо играла в Европе.

Два сезона в Шотландии принесли Рею два чемпионства, Кубок Лиги и что самое главное – уважение и любовь болельщиков. На "Айброксе" немолодого уже Уилкинса боготворили – его пасы, штрафные, угловые приводили в восторг публику.

Но понемногу Рей начал тосковать о Англии и ставшем родном Лондоне. В конце концов,по семейным причинам Уилкинс решил вернуться домой. Последней его игрой за "Рейнджерс" стал домашний матч с "Данфермлайном". 40 тысяч супортеров устроили овацию англичанину, который покидал клуб. Но оставался "Рейнджером". Ибо путь его лежал в клуб Западного Лондона – "Куинз Парк Рейнджерс".

Сборная Англии

Но перед тем как описывать подвиги Уилкинса на "Лофтус Роуд" нужно рассказать о его карьере в сборной Англии. О, тут есть о чем рассказать! 84 матча, 3 гола, 3 Чемпионата Мира, капитанская повязка – Рей был одним из лидеров команды 80-х. Он пока седьмой в списке гвардейцев сборной, но столько же матчей имеет Гари Невилл, который может опередить "Бутча".

Дебютировал в сборной Англии Рей еще игроком "Челси". Дон Риви вызвал 20-летнего игрока второго дивизиона на товарищеский матч с Италией. Первым серьезным турниром для нашего героя стал европейский чемпионат 1980 года.

На это турнире англичане сыграли вничью с бельгийцами, проиграли Италии и, несмотря на то, что победили испанцев, не смогли выйти из группы. Зато Рей забил просто шедевральный гол в ворота бельгийцев - пройдя четырех защитников, забросил мяч за уши вратарю в стиле Бобби Чарльтона.

На ЧМ-1982 Рей поехал капитаном сборной. Англичане легко прошли первый групповой турнир, победив Францию, Чехословакию и Кувейт. Но во втором раунде, скатав две нулевки с испанцами и немцами, остались за чертой полуфинала. Рей провел все матчи в основе.

После ЧМ ему пришлось отдать капитанскую повязку, как в сборной, так и в клубе набиравшему обороты "капитану Марвелу" Брайану Робсону.

К сожалению, последний большой турнир для Рея был омрачен единственным удалением за всю карьеру и невзрачной игрой сборной. После поражения от португальцев англичане должны были обыгрывать марокканцев, но во тут-то Рей и получил единственное удаление. Матч закончился вничью и болельщики всю вину возложили на Уилкинса. Англичане в последнем матче группы благодаря хет-трику Гари Линекера обыграли поляков, и вышли из группы, но Рей в Мексике больше не играл. Пройдя парагвайцев, сборная Англии уступила команде Марадоны (не в последнюю очередь благодаря его голу рукой) и поехала домой.

Рей сыграл еще в паре матчей осенью 1986 года и больше не вызывался в сборную Англии.

Куинз Парк Рейнджерс

Казалось, карьера Уилкинса идет к закату. Когда он пришел в "КПР" болельщики не были рады этому трансферу. "Хватит нам и Рида с Сэмми Ли" - говорили они, намекая на то что ветераны приезжают доигрывать в их команду не особо выкладываясь.

Но только не Рей! Он оказался тем игроком, который к зрелым годам стал играть только лучше. "Бегать я не любил и в молодые годы, за что достаточно часто получал от тренеров, поэтому проблемы в том, что я стал стареть, не видел – мои пасы были все так же точны, а черновую работу рядом со мной выполняли трудяги, типа Иана Холловея, за что ему отдельное спасибо".

И какие же он пасы раздал! Безусловно, огромная доля мячей КПР-ровских бомбардиров тех лет были забиты с передач Рея. А как он запускал по левому флангу реактивного Энди Синтона! Уилкинс за считанные матчи влюбил в себя болельщиков "суперхупс" и повел команду вперед, умело дирижируя атаками.

Стоит сказать, что Рей до 30 лет и Рей после тридцатника – разные футболисты. И можно сказать о том, что Рей Уилкинс времен "КПР" был игроком намного более тонким и мудрым, возможно даже боле ценным для команды, чем в молодые годы. Кроме того, он был отменным психологом еще будучи игроком. Его называют "вторым отцом" Леса Фердинанда. Он не давал закиснуть молодому парню после уничижительной критики Дона Хоу в раздевалке после матча с "Шеффилд Уэнсдей", подбадривая его и объясняя, как сыграть лучше.

"Многие молодые игроки были очень благодушно настроены и когда совершали ошибку успокаивали себя: "не повезло, исправлюсь в следующий раз". Лес был в молодости именно таким. Возможно, именно я ему смог объяснить, что нельзя все сваливать на везение – если ты не забил, значит что-то сделал не так, где то недоработал!"

Рей пришел в команду при Треворе Френсисе, но того сразу же уволили, заменив на помощника – Дона Хоу. Трибуны встретили Рея неласково – все еще помнили его красную карточку на ЧМ-1986, да и то, что он пришел на место проданного в "Рейнджерс" за 560 тыс. фунтов более молодого Найджела Спэкмена давало о себе знать.

Но уже после пары матчей стало видно, что этот дедуган еще способен на многое. В матче с "Челси" он выдавал такие пасы на Леса Фердинанда, что тому оставалось только разбираться с вратарем. Возможно, именно эта победа над принципиальным соперником – 4:2 стала тем переломным моментом, когда трибуны приняли бывшего "челсюка".

Команда под предводительством Рея потихоньку выбралась подальше от зоны вылета. Сам Уилкинс забил всего один мяч в сезоне 1989/90 – в ворота "Арсенала". Следующий сезон ветеран провел от звонка до звонка и продолжал радовать трибуны "Лофтус Роуд".

Когда Рей получил травму в сезоне 1991/92, команда посыпалась, и как результат - Дона Хоу весной сменил Джерри Френсис. Под руководством Джеррри расцвел Лес Фердинанд и вся команда. А главной изюминкой игры "КПР" тех времен был именно Рей. Он был "мозгом" той команды, которая в сезоне 1992/93 займет 5 место в новообразованной Премьер-Лиге, и станет лучшей в Лондоне. Впервые после долгого перерыва.

Без его пасов вряд ли бы состоялись двое великолепных крайних Энди - Импи и Синтон. Когда ушел Синтон, Рей продолжал снабжать передачами Леса Фердинанда и нового бегунка – Тревора Синклейра. Стандарты в его исполнении были всегда опасными, ибо мяч, как по мановению волшебной палочки летел именно туда, где находился Лес Фердинанд.

После того класснейшего сезона начали ходить разговоры о том, что Рей скоро станет играющим тренером помогая Джерри Френсису. Сезон 1994/95 38-летний игрок уже провел больше на скамейке. В конце концов, Уилкинса отправили в "Кристал Пэлас". Болельщики были в шоке от такого решения Джерри Френсиса. Рей фактически не играл на "Селхёрст Парке". В то же время, его опыт безусловно еще пригодился бы в "КПР".

Но уже в ноябре 1994 года Джерри ушел в "Тоттенхэм", и на его место тут же позвали "Краба". Играющим тренером. Команда находилась в зоне вылета, но когда ее принял Рей, закончила сезон под зоной еврокубков. Уилкинс оказался удивительно тонким психологом и мотиватором. Тем более он прекрасно знал этих игроков, их лучшие стороны.

Но вот тут свое веское слово сказало руководство. Продажа двух лучших игроков - Леса Фердинанда и Клайва Уилсона стала первым шагом к пропасти. Вторым - трансферные решения Рея. Он оказался отличным тренером, но неудачливым менеджером. Его трансферные "находки" - Нед Зелич, Юрген Зоммер, Грег Гудбридж, Саймон Осборн - так и не усилили команду. Зелич не смог прижиться в Лондоне, остальные оказались довольно посредственными игроками.

Команда потерявшая главного бомбардира поплыла, и несмотря на усилия Дэнни Дичио и Кевина Галлена вылетела из Премьер-Лиги. Но никто не терял надежды на быстрое возвращение. Новый сезон встречали с оптимизмом. Команда и начала его отлично – две победы и ничья с "Вулверхэмптоном" на выезде. Но тут, как гром среди ясного неба прозвучала новость об отставке менеджера.

Вот что он говорит об этом: "Некоторые вещи "за кулисами" становились все более нестерпимыми. Мы начали сезон неплохо, но проиграли дома "Болтону" - сильной по меркам первого дивизиона команде. Если быть честным, то я был уверен, что мы вернемся в зону плей-офф в любом случае. Кевин, конечно повредил колено, но у нас были и другие хорошие игроки. То что случилось после матча стало для меня огромным шоком."

Ветеран команды Алан Макдональд назвал уход Рея последней ступенькой на дороге в бездну. Наверное, так и было. Клуб больше не демонстрировал ни результата, ни тем более той игры, которая была присуща команде Уилкинса – игроки сбились на постоянные навесы и больше болельщики не увидели осмысленной игры в пас на "Лофте" в исполнении родной команды.

Уилкинс без работы не остался – побегав за "Уикомб" и "Хиберниан", он недолго поруководил "Фулхэмом", чтобы передать его в руки Кевину Кигану. А затем принял приглашение Джанлуки Виалли и стал его помощников в "Челси". Стоит отметить, что огромный вклад в будущие победы той команды сделал именно Рей – он отвечал за индивидуальные беседы с игроками, проводил тренировки. В общем, делал то, что у него получалось лучше всего. Рей - великолепный психолог, который может наладить рабочую атмосферу даже в команде с таким непростым менеджером, как Виалли.

Когда итальянец оказался в "Уотфорде", то он сразу же взял с собой Уилкинса и занялся своим любимым делом – трансферами, переложив все тренерские обязанности на Рея. Но вот в это раз трансферная деятельность Джанлуки была не столь удачной, как в "Челси". После увольнения из стана "шершней" Рей помогал Питеру Тейлору в молодежной сборной Англии и Деннису Уайзу в "Миллуоле".

И вот, новый поворот, третье пришествие Уилкинса в "Челси". Питер Кеньон оказался достаточно мудрым, чтобы пригласить, именно Уилкинса, помогать новому менеджеру Фелипе Сколари. Уверен, это правильный ход, и "Бутч" может оказаться идеальным ассистентом для БигФила.


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 14:54
Papa
26.09.2008. Журнал "Челси"

Верный Санчо

Даже если Флавио "Муртоза" Тейшейра и вспомнил бы самый первый разговор между ним, будущим помощником главного тренера, и самим Фелипе Сколари двадцать пять лет назад, то вряд ли это можно было бы тут напечатать.

Как и в случае со всеми бразильцами, нынешний тренер "Челси" и его первый помощник впервые встретились на футбольном поле. Они оба профессионально занимались футболом у себя на родине, и их взаимоотношения изначально были далеки от дружеских.

Рассказывает Муртоза.

"Я в то время играл на правом фланге атаки, а Сколари был левым защитником, поэтому мы постоянно сталкивались", - вспоминает он, и его улыбка едва заметна под внушительными усами.

"Я профессионально играл 10 лет, но я начал не рано в детстве, мне было 17 лет, и моя карьера быстро закончилась после травмы колена".

Муртоза объясняет, что травму он получил не в результате столкновения со Сколари, но в 27 лет его профессиональная карьера закончилась и он не мог больше зарабатывать себе на жизнь игрой в футбол.

Но его страсть к спорту не стала меньше. Он вернулся к учебе, получил университетскую степень по физкультуре со специализацией на тренерской работе и физической подготовке.

Попытка попробовать себя в новой роли футбольного тренера была следующим вполне предсказуемым шагом, и вскоре бывший клуб Муртозы, "Гремио Эспортиво Бразил", предложил ему место в тренерском штабе.

"Но условием того, что я стану тренером этой команды, было то, что я избавлюсь от всех своих коллег, тех, с кем я раньше играл", - объясняет он.

"Они старели, и клубу нужны были новые игроки, поэтому руководство собиралось уволить некоторых футболистов и начать все заново. Я чувствовал, что не очень хорошо начинать карьеру тренера с увольнения своих коллег, поэтому я попал в трудную ситуацию".

Поскольку у него были все технические данные, он взял на себя роль тренера по физической подготовке в "Гремио Эспортиво Бразил". Это был 1983 год. Сколари тоже постепенно перешел от борьбы с правыми вингерами к работе в тренерском штабе.

"Как раз тогда кто-то рассказал о Сколари и о возможном назначении его тренером, и спросили меня, знаком ли я со Сколари", - вспоминает Муртоза.

"Я сказал, что лично не знаком, что знаю его, как игрока команды противника, что он всегда старался прессовать меня на поле. Я ответил, что если они считают, что он хороший человек, то ему можно дать шанс".

"Сколари тогда еще не был тренером, и я подумал "Окей, я могу помочь кому-то". И мы начали работать, занимая те же положения, что и сейчас".

"Поэтому это ему пришлось увольнять людей, а не мне, но кому-то все равно пришлось бы это делать. Мы поладили, а остальное, как говорится, уже другая история".

Может быть, эта история как раз и показывает, почему один стал всемирно известным тренером, человеком решительным, волевым, принимающим кардинальные решения, а другой остался прекрасным помощником тренера, человеком, который умеет наладить контакт и с руководством, и с игроками.

"Мы проработали вместе уже 24 года. Как бы то ни было, история с назначением Сколари уже в прошлом, и мы с ним прошли вместе уже огонь и воду".

"Мы знаем, чего ждать друг от друга, мы знаем, как обстоят дела и как реагировать в разных ситуациях, поэтому я могу сказать, что мы хорошо понимаем друг друга".

Прозвище

Мы разговариваем с Муртозой в комнате, недалеко от офиса главного тренера в Кобхэме. Как и его босс, он вполне неплохо говорит по-английски, но ему еще предстоит поработать над многим. Он многое понимает и большую часть интервью говорит на английском языке. Он прибегает к услугам переводчика, только когда хочет рассказать что-то детально и интересно.

И прежде чем мы пойдем дальше, давайте определимся, почему Муртоза это Муртоза. В "Челси" его никто не называет Флавио или Тейшейра.

"Люди считают, что Муртоза это часть моего имени, но это прозвище, данное мне моим дедом".

"Он был португальским интеллигентом, эмигрировавшим в Бразилию, когда ему было двадцать с небольшим. Его звали Жоао. Это одно из самых распространенных имен в Бразилии".

"Чтобы отличаться от своих тезок в городе и на работе, он называл себя Жоао из Муртозы. Это город в Португалии".

У Жоао из Муртозы было девять детей, семь из них мальчики, пять из которых стали футболистами. В Бразилии ужасно много футболистов.

И в футбольной карьере Жозе, сын Жоао из Муртозы, стал Муртозой Один, его брат - Муртозой Два, дальше три, четыре и так далее.

"Для всех, кто в семье связан с футболом, это стало традицией. А я последний в семье, кто играет в футбол".

Так что же, сыновья идут по стопам отца?

"У меня есть сын, - говорит тренер. - Но сейчас мальчишки мыслят по-другому. Может быть, мой сын будет играть в футбол, может, станет следующим Муртозой".

Спустя десятилетия работы в Бразилли, Саудовской Аравии, Кувейте, Португалии и вот теперь Англии, постоянно контактируя на поле, Сколари достаточно сказать пару фраз, чтобы его помощник понял его с полуслова, но Сколари не относится к тому типу тренеров, которые ограничиваются только тактическими схемами на доске, ему надо постоянно находиться среди игроков и руководить тренировкой.

Муртоза объясняет стиль работы Сколари.

"У Сколари свой стиль работы с тренерским штабом. Он заключается в том, что он говорит нам, каким должен быть результат, а потом дает нам свободу действий для достижения цели. Он нам полностью доверяет".

"Но он также любит бывать на поле, контролировать все. Он такой по своей сути - ему надо быть в центре событий".

"Шесть с половиной лет мы не работали с клубами, а эта работа отличается от работы на уровне сборных. Когда ты узнаешь своих игроков в повседневной жизни, ты можешь сделать гораздо больше, потому что знаешь их сильные и слабые стороны".

Чемпионат мира

Конечно, они не пришли в раздевалку, где все чужие, там были те игроки "Челси", которые играли за сборную Португалии плюс Жулиано Беллетти, игравший в команде, которая под руководством Сколари выиграла Чемпионат мира 2002 года.

Приятно думать, что "Челси" подарит Муртозе лучшие моменты его карьеры, но, если честно, ничто не может сравниться с тем, когда ты приводишь сборную своей страны к победе в самом престижном соревновании в мире.

"Каждый тренер или каждый человек, который участвует в крупных соревнованиях и побеждает, становится историей", - гордо соглашается Муртоза.

"Это естественно для всех, кто выигрывал Чемпионаты Мира, и в Бразилии люди узнавали меня на улице. Это важно, потому что это признание твоей работы".

Тот же тренерский штаб привел сборную Португалии к финалу их первого самого крупного соревнования - Евро 2004, где они проиграли Греции. Еще они также широко известны, потому что развили таланты Ривалду, Роналду, Рональдинью и других футболистов, чтобы затем выиграть Чемпионат Мира с командой Бразилии.

А сейчас их задача - победить в Англии, где мы всегда отдавали должное талантам бразильских игроков, отточенным на улицах в играх с самодельным мячом и без тренерской помощи.

"Мы многое знаем об английском футболе, потому что у нас было достаточно игроков в сборной Португалии, играющих в Англии, и мы рады, что мы приехали сюда и можем ближе узнать одну из самых интересных лиг мирового футбола", - говорит Муртоза.

"Бразильские игроки отличаются от английских, но английские футболисты и английский футбол - это высококлассные профессионалы и качественная игра. Тренерам приходится голосованием выбирать 11 лучших игроков в мире, и в каждом списке есть футболисты из Англии".

Это подтвердил Сколари на первой пресс-конференции, когда он сказал, что голосовал за Джона Терри в прошлом.

Муртоза продолжает: "Но у английских футболистов есть шанс играть лучше. Думаю, они будут прибавлять в некоторых элементах, играя бок о бок с лучшими профессионалами со всего мира, особенно с игроками из Южной Америки".

Не стоит уже упоминать о самом долговечном тренерском дуэте из Южной Америки.

"Я счастлив быть здесь и работать в тренерском штабе Сколари, - говорит Муртоза болельщикам "Челси". - Я надеюсь, у нас будут те же высокие результаты, которые у нас были в других командах".


Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 15:07
Papa
СКОТТ СИНКЛЕЙР :
А БУДЕТ ЛИ ШАНС ?


В детстве он был болельщиком "Манчестер Юнайтед", засматриваясь на игру Эрика Кантона и мечтая попасть в клубную Академию "красных дьяволов". Более того - ему удалось приблизиться к своей мечте, побывав на просмотре в "МЮ" в совсем юном возрасте. Но сейчас он игрок "Челси" и его помыслы связаны только с "синими".

Знакомьтесь – Скотт Синклейр, молниеносный вингер молодежной сборной Англии и лондонского "Челси".

Появился на свет Скотти в маленьком университетском городке Бат, что возле Бристоля. Город Бат уж никак нельзя назвать футбольным – команда "Бат Сити" - коренной обитатель любительской лиги. А вот в регби позиции бывшего римского города (Бат знаменит своими древнеримскими ваннами, само слово bath означает "ванная") более чем весомы.

В детстве Скотт серьезно увлекался регби, что помогло ему стать очень устойчивым и координированным игроком. Любимое занятие Синклейра на поле – наматывать соперников. Все его кумиры – техничные вингеры, будь то Арьенн Роббен, Джо Коул или Криштиано Роналду.

Начинал играть в футбол Скотти в 9-летнем возрасте в "Бристоль Роверс". Приходилось тратить 30-45 минут на дорогу на базу "пиратов" и столько же обратно. И так три раза в неделю. Родители Скотта всегда поддерживали его увлечение футболом, всегда присутствуя на его самых важных матчах, даже в ущерб своей работе. Главное - чтобы ребенок был "при деле". "Мой дедушка Мартин всегда говорил мне, что я должен получать удовольствие от своих занятий и от каждой проведенной игры", - вспоминает Скотт.

Парень был не бесталанный и его потихоньку стали подпускать к основе. Но заиграть в "Роверс" Синку было не суждено. В одном из матчей юношеских команд скаут "Челси" приметил быстроного паренька и посоветовал его приобрести на перспективу. "Я дебютировал в составе "пиратов" в матче с "Лейтон Ориентом" в 15 лет. Когда мы играли товарищеский матч, я даже не знал, что за мной следят скауты. Это было лето 2005 года. Игру мы проиграли 2-6, но я забил оба наших мяча. После этого моя дорога лежала в "Челси". Обошелся Синклейр "синим" всего в 250 тыс. фунтов плюс всевозможные бонусы.

Парень переехал в Лондон, попав на заметку и тренерам сборной Under-17. Начал потихоньку шлифовать свое мастерство в Академии "Челси". Скотт был самым быстрым парнем во всех командах, в которые его заносила судьба. Он вполне мог бы стать неплохим спринтером. Партнеры по команде наградили его кличкой Dash (мчаться, мчащийся) и были правы – скорость – главный козырь Синклейра, такого живчика остановить, когда он вырвется на свободное пространство нелегко.

Понятное дело, что в "Челси" заиграть молодому игроку неимоверно тяжело. Это не та команда, где будут давать время на адаптацию молодым футболистам. Поэтому только попробовав вкус игры в футболке "Челси", выйдя на пару минут в Кубке Лиги против "Уикомба", Скотт отправился в аренду до конца сезона 2006/07 в "Плимут" к Иану Холловею.

Вот тут-то и увидела футбольная Англия во всей красе многообещающего таланта. К тому времени о Скотте уже было известно, как о очень перспективном игроке, который за два года в резерве "Челси" наколотил 23 мяча, среди которых были истинные шедевры. Но как то оно будет во взрослом футболе?

Синклейр очень гармонично вписался в состав "пилигримов". Иан Холовей – очень грамотный специалист, который любит и умеет работать с молодежью, хотя не смотрит в паспорт и ветеранам. Та команда была "играющей" - соперникам приходилось туго в матчах против подопечных Олли. Большое количество техничных и быстрых игроков в составе команды располагало к искрометной игре, когда у соперника иногда шла кругом голова от постоянных перемещений Сильвейна Эбанк-Блэйка, ветеранистого Барри Хэйлза, мастерских дальних ударов Акоша Бузаки. Не последним игроком в "Плимуте" был и Скотт. Он забил 4 мяча, а один из его голов в матче с "Барнетом" на Кубок Англии был просто великолепен – Скотт подхватил мяч на своей половине поля, ушел от защитника, убрал другого финтом и сблизившись с вратарем на углу вратарской легким движением отправил мяч в дальний угол.

Наблюдать за его игрой - одно удовольствие. Есть у Скотта и недостатки над которыми еще работать и работать – игра головой не является его козырем, частенько он излишне увлекается индивидуальными действиями. Но талант у него безусловно большой.

В "Плимуте" ему нравилось. "Здесь я впервые начал давать автографы, меня узнавали на улицах. Фаны "Арджайла" очень любят свою команду и мне приятно, что я своей игрой смог принести им немного радости. На тренировках было весело – Лилиан Налис (защитник "Плимута") – человек, который идет с песней по жизни, он постоянно пританцовывает, шутит и обеспечивает нам хорошее настроение. Не отставал от него и наш тренер – однажды Иан Холловей вывел нас тренироваться на скользкое, тяжелое поле и показывая "нырок Клинсманна" очутился в грязи. Он был такой смешной, когда размазывал грязь по лицу. Фантастический, самый простой, "настоящий" человек из тех с кем я работал!"

Вернувшись в "Челси" Скотт уже поувереннее стал действовать на поле в тех случаях, когда Авраам Грант доверял ему – даже однажды забил – в матче с "Халлом" на Кубок Лиги. Но его снова отправили в аренду – на этот раз в "КПР". Признаться ожидал от быстроногого вингера большего во время его пребывания в моем любимом клубе, но Скотту помешала травма, которую он получил еще в "Челси".



Намного лучше он себя проявил в "Кристал Пэласе" в конце прошлого сезона. Он оказался в команде Нила Уорнока, как раз когда она набрала крейсерскую скорость и догоняла поезд "плей-офф". В результате в новом сезоне его планируют подпускать уже поближе к основе в "Челси" и даже выдали многообещающий 16 номер. Для молодого игрока главное – игровая практика, а в "Челси" сейчас не то время, чтобы доверять молодым – команде нужны трофеи, а за них БигФил предпочитает бороться с проверенными бойцами.

Его карьера в юношеской сборной Англии складывается неплохо, если не считать конфуза, который приключился в октябре прошлого года – Скотт был отослан из стана команды за нарушение комендантского часа, вместе с Энди Керролом и Райаном Бертрандом.

Надеюсь, что Dash уже не ребенок – еще недавно он мечтал стать чемпионом традиционного турнира в Pro Evolution Soccer 6, который проводит среди челсийской молодежи капитан "синих" Джон Терри и обыграть всех в свой любимый настольный теннис, а сейчас он говорит о постоянном месте в основном составе "Челси" и сборной Англии. Мечты для того и нужны, чтобы воплощать их в реальность. У Скотти есть все для их воплощения – надо только ощутить доверие тренера и немного везения.



25.09.2008
Сергей Бабарика
Premiership.Ru

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 15:19
airstudio54
Great Enigma английского футбола


"Отберите" мяч и отдайте его Ходдлу", ранний Арсен Венгер

"Если бы он был французом, то сыграл бы как минимум 150 матчей в сборной", Мишель Платини

Он был кумиром Денниса Бергкампа, а сам восторгался игрой Круиффа. Его называли нетипичным англичанином, а манеру его игры скорее бразильской, нежели британской. Все это о легендарном атакующем полузащитнике, символе Тоттенхэма 70-80х годов Гленне Ходдле.

Сразу же оговоримся – в данной статье речь пойдет только о Ходдле – игроке, ибо Ходдл – тренер – фактически другой человек. Так случилось в силу разного рода обстоятельств: жизненных, религиозных.

19 октября 1983 года было особенным днем для Гленна Ходдла. Как позже писали журналисты, в этот день на поле сошлись футбольное прошлое, настоящее и будущее. Для Гленна главным было не ударить в грязь лицом перед игроком, которого он больше всех ценил и уважал в футболе – Йоханом Круиффом. Как вы поняли, что "настоящим" был сам Ходдл, "прошлым" – Круифф, а "будущим", как потом оказалось - Рууд Гуллит. Встречались Тоттенхэм и Фейеноорд - во втором раунде Кубка УЕФА.

После матча Йохан Круифф не жалел лестных слов в адрес Ходдла. "Гленн – великий игрок. Его пасы – это что-то необыкновенное. Он лучший игрок Тоттенхэма, без сомнения". А что ему еще оставалось, если Гленн буквально в одиночку сделал игру, за каких-то 25-30 минут? 8-я минута – после паса Ходдла Арчибальду легче забить, чем промазать. 1-0. 10 минут спустя – 30-ярдовый кросс Гленна находит голову Тони Гэлвина (одного из лучших его партнеров, ирландца, хорошо владевшего русским языком). 2-0. Арчибальд добивает мяч после удара Фалько. 3-0. Конец первого тайма – 40-ярдовый пас Гленна находит все того же Гэлвина. 4-0. Сушите весла.

Еще до перерыва тренером голландцев были сделаны две замены - одним из покинувших поле был Рууд Гуллит. После матча менеджер Тоттенхэма Кейт Беркиншоу скажет: "Гуллит? Да разве это игрок?". Несмотря на то, что голландцы усилиями Круиффа сократили разрыв в счете до двух мячей, все в этом противостоянии было ясно. В Роттердаме Ходдл и компания оформили сухую победу 2-0 и в итоге выиграли в том сезоне Кубок УЕФА.

Но дело не в трофеях. Их в карьере Ходдла было не много, но и не мало – Кубок УЕФА, два Кубка Англии, Коммьюнити Шилд в Тоттенхэме и звание чемпиона плюс Кубок Франции в Монако. Талант этого игрока невозможно измерить никакими трофеями, ибо это гений в чистом виде. Слова Арсена Венгера, бывшего менеджером Монако в годы пребывания там Ходдла полностью отражают стиль игры всех команд, в которых играл Ходдл. Клубных команд, ибо со сборной было немного иначе.

Главной задачей партнеров Гленна было отдать ему мяч и бежать вперед, что есть мочи, ибо скорость мысли и точность паса Ходдла позволяли не задумываться игрокам атаки о том, как обрабатывать пас - он всегда был предельно удобным. И уж если форвард не смог использовать пас Ходдла, то в этом была только его вина. Осси Ардилес: "Есть игроки умеющие отдать хороший пас, другие этого сделать не могут. Гленн Ходдл сможет найти вас на поле всегда".

Талант Ходдла не имеет ничего общего с английской футбольной школой. С самого детства маленький Гленн восторгался игрой бразильцев и шлифовал свое мастерство при помощи "бразильских мячей" - яблок, мандаринов, апельсинов или маленького резинового мячика. Когда паренька с юга Англии знаменитому Биллу Николсону порекомендовали Мартин Чилверс и Рей Эванс, Гленн без лишних проволочек был зачислен в клубную академию Тоттенхэма.

Свой первый гол он забил в первом же полном матче в составе "шпор". И кому? Питеру Шилтону! Послушаем комментатора: "Ему сигнализируют о том, что нужно вернуть мяч в штрафную, но Ходдл никого не слушает… Он бьет! Питер Шилтон только проводит мяч глазами: "Что я мог сделать?"". Вот еще одна характеристика игры Ходдла – он никогда не боялся принимать нестандартные решения, бить с любых дистанций и любых положений. Его легендарный гол в ворота МЮ был забит в акробатическом прыжке, когда Гленн не захотел ждать, когда мяч опустится на землю, а подпрыгнул сам и "с двойничка" впечатал мяч в сетку.

Не меньшее удовольствие доставляло Ходдлу поиздеваться над голкиперами. В матче с Уотфордом он проявил свою "бразильскую" сущность "по полной". Продвигаясь с мячом от середины пол, он обманными движениями раскидал защиту "шершней", уложил на газон кипера и закатил мяч в пустые ворота. И сделал все это настолько спокойно и непринужденно, как будто бы такие соло он проделывает каждый день.

На поле Ходдл был актером, главным действующим лицом. Возможно, поэтому Тони Каскарино однажды высказался о нем в таком тоне: "Когда Гленн пытался быть забавным, то это был, как раз тот случай, чтобы использовать "веселящий газ", ибо Ходдл был самым несмешным человеком, на мой взгляд. Он был целиком опьянен собой. Если бы Гленн был мороженым, он бы лизнул сам себя". Возможно, некоторая самовлюбленность и проскальзывала в действиях и поведении Ходдла, но скорее всего его юмор был не для "простых ирландских умов".

Недаром лучшим другом Ходдла в Тоттенхэме был весельчак и балагур Крис Уоддл. Уоддл и оказался в Тоттенхэме во многом благодаря Ходдлу, который курировал его трансфер и уговаривал Криса выбрать именно Тоттенхэм, а не Челси. Неожиданно, но надменный южанин Ходдл и простецкий "джорди" Уоддл крепко сдружились. Те несколько лет, что они провели вместе в Северном Лондоне стали воистину "золотыми" для журналистов. Крис и Гленн постоянно были в центре внимания – они даже записали попсовую песенку Diamond Lights, которая попала в ТОП-20 песен 1987 года под двенадцатым номером. Правда позже "авторитетная" The Sun включила ее в список худших песен за всю историю. Ну, поверить Sun, себя не уважать – вполне нормальная песенка. Сомневаюсь, что кто-то из музыкантов смог бы сыграть в футбол на таком уровне, как пели Ходдл и Уоддл.

Частенько Ходдла называли "гольфистом" за удары "под низ мяча", после которых "круглый" по замысловатой траектории опускался точно в "лунку", которой чаще всего была девятка ворот соперников. Скорее всего, этот удар Ходдл действительно взял из гольфа – играть в него Гленн любил на пару с Крисом. Однажды они разбили автомобильчик для перевозки клюшек, врезавшись в дерево. Точнее врезались не они, а их товарищ Митчелл – Ходдл с Уоддлом вовремя выпрыгнули из взбесившегося гольф-кара.

Талант Ходдла был настолько нетипичен для Англии, что Терри Венейблс, поработавший с Гленном в Тоттенхэме на его примере доказывал гипотезу о несовершенстве подготовки футболистов в Британии. Благо, у Терри был шанс сравнить методику работы с юными футболистами в Испании и Англии. "Европейские игроки имеют лучший уровень технической оснащенности, ибо еще в детстве получают навыки, которые потом оказывают существенное влияние на их игровую манеру. Гленн Ходдл – яркий пример футболиста, который в детстве, насмотревшись трюков ведущих бразильских игроков, шлифовал свое мастерство изо дня в день. Впоследствии заложенные в детстве навыки обращения с мячом помогли ему стать Мастером". Но случилось это, как видим, скорее случайно, вопреки всему.

Дело в том, что в Англии дети в основном занимались футболом в школах, а потом уже, ближе к выпускным классам попадали на контракт в профессиональные клубы. В Испании уже в то время молодые игроки еще с раннего возраста занимались непосредственно в клубах, под руководством не обычных школьных учителей, а профессиональных тренеров. Именно об этом говорил Венейблс, и теперь мы можем с уверенностью говорить о том, что он был прав, ибо фактически все ведущие английские клубы перешли на европейскую систему воспитания игроков, когда они уже в детском возрасте занимаются в клубной системе.

Хотя тот же Уоддл говорил недавно, как раз обратное – сейчас в клубных Академиях всех игроков "чешут под одну гребенку" и поэтому нет новых Ходдлов и Гаскойнов. Наверное, правда где-то посередине – нужно и изучать что-то новое, но и своего не забывать.

Но вернемся к Ходдлу. Почему же при всей своей гениальности, Гленн так и не смог стать чемпионом Англии или выиграть Кубок Чемпионов? Почему он почти всю свою карьеру провел в клубе, который "и дерьмом не был, но и до вершин не добрался" (с)? Неужели никто не пытался его переманить в более сильный и именитый клуб?

Думаю, что пытались, но самому Ходдлу нравилось быть в центре внимания, быть Богом для болельщиков и что-то менять, испытывать судьбу до поры до времени он не хотел. Не секрет, что Гленн частенько сачковал на поле в "обычных" матчах. Для того, чтобы Ходдл летал по полю ему необходим был вызов, повышенная мотивация, а его он находил только в матчах против сильных соперников, в матчах кубков. Чрезмерная увлеченность собственными подвигами приветствовалась в Тоттенхэме, ибо здесь он был Богом, но вполне могла привести к месту на скамейке в более амбициозном клубе.

Ходдл все – таки попробовал свои силы в Европе, в небедной тогда Франции, под руководством тогда еще не так известного Арсена Венгера в Монако. Тут он играл с Джорджем Веа, Марком Хейтли, Жан-Люком Эттори и другими известными игроками. И был одним из лучших, если не лучшим – тактика "отдай мяч Ходдлу – он знает что с ним делать" привела Монако к чемпионству в 1988 году. Потом вернулся в Англию, где был играющим тренером Суиндона и Челси, но это уже другая история и другой Ходдл.

"Если бы Ходдл родился в Бразилии или Германии, национальные сборные этих стран смогли бы получить уникальный талант, каким для Голландии стал Йохан Круифф. Но в силовом, "рабочем" мире английского футбола его талант использовался только для 40-ярдовых пасов да ударов издали", Гардиан, 16 мая 1987 года.



Ходдл действительно не раскрыл даже половины своего потенциала. Может быть, в силу своей недостаточной амбициозности, ведь если бы он перешел в сильный европейский клуб раньше, то смог бы играть в более подходящей для его таланта среде. Может быть, в силу того, что не нашлось достойных его уровня понимания игры партнеров, ведь другой гений английского футбола Пол Гаскойн появился и в Тоттенхэме и в сборной, когда карьера Ходдла уже шла на спад.

Сейчас можно сделать много разнообразных предположений, но то, что роль Гленна Ходдла, по крайней мере, в сборной Англии могла быть много большей – неоспоримый факт. 53 матча, два чемпионата мира (1982, 1986), два чемпионата Европы (1980, 1988), 8 мячей.

Послушаем Арсена Венгера: "Его контроль мяча был великолепен, и он был абсолютно сбалансированным игроком. Его навыки игры обеими ногами просто невероятны… Я не понимаю, почему его не ценили в Англии. Возможно, он появился в английском футболе не в то время, в неправильный период, гораздо раньше своего срока".

Он так и остался Great Enigma, "большой загадкой" для сборной своей страны. Но на Уайт Харт Лейн он был настоящим Богом, игроком гениального таланта.


http://football.ua/author/article/59979 ... tbola.html

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 15:23
Papa
Мистер Автогол


Автогол в футболе – как вишенка в сливочном десерте: красиво смотрится, надолго запоминается. Прозвище Мистер Автогол , Фрэнк Синклер, бывший игрок «Челси» , получил в 1999г , ухитрившись поразить ворота своей команды дважды в течение недели. Оба автогола были забиты на последних минутах и оба принесли поражение его клубу «Лестер Сити».

За свою карьеру он огорчил не одного игрока атаки противника, отобрав право вписать имя в протокол матча. По раскладкам статистиков, на счету у защитника – более двух десятков автоголов после прямых ударов, отскоков, срезок, рикошетов, некоторые из которых по технике исполнения выше всяких похвал – чего только стоит мяч, отправленный в сетку между ног Кевина Хичкока. Неоднократно Фрэнку удавалось забивать решающие автоголы на последних минутах матча. Доставалось и «Челси», но «Лестеру» принадлежат самые памятные мгновения: в одном из матчей конца прошлого тысячелетия в компенсированное арбитром время при помощи его головы забивал Анри – тогда, в первый сезон на Хайбери, еще не «тот самый», а просто Тьерри Анри. Доводилось Синклеру забивать и в матче между двумя его клубами: находясь на службе у «лисов», Фрэнк умудрился помочь Ясперу Гронкьяру и Джимми Хассельбейнку, выбив у них мяч в собственные ворота. И, наверное самый феноменальный автогол в истории английского футбола, ценный (если можно так выразиться) своей стереометрией и причинно-следственным абсурдом, а не временем и местом осуществления – это гол на третьей минуте матча «Лестера» против «Мидлсбро» в 2002 году. Без видимой причины, без прессинга со стороны противника, очевидно повинуясь врожденному чутью, Фрэнк отдал пас назад такой силы, что голкиперу оставалось лишь прокрутить в памяти родственников Синклера до десятого колена. Гол, кстати, оказался единственным, забитым командами за полтора часа игры.

Кто же подарил футболу такого невероятного феномена ?
Гвин Уилльямс, главный скаут «Челси», нашёл одинадцатилетнего смуглого паренька буквально в подворотне, гоняющего мяч на школьном футбольном поле со сверстниками. Дело случая - Уилльямс, вместе со своим другом и бывшей звездой «Челси», Аланом Хадсоном, зашли в школу навестили племянницу Хадсона, Клеир, которая училась с Фрэнком Синклейром в одном классе. Разговаривая с ней на скамейке школьного стадиончика, корифеи обратили внимание на рослого пацана, с неприличной лёгкостью наматывавшего пачками игроков соперника.

Так Фрэнк очутился в футбольной системе «Синих», прошёл все ступени обучения, и Джон Холлинз, бывший тогда главным тренером, пригласил шестнадцатилетнего защитника играть за дублирующий состав.
Дебют Синклейра в основе прошёл уже под руководством Бобби Кембелла в апреле 91-го. Это была домашняя игра против «Лутона», «Челси» летел 0:3 , и Фрэнк вышел на поле укрепить линию обороны, ибо Грэма ЛеСо удалили за удар кулаком одного из лутонцев. К огромной радости болельщиков и облегчению тренера, тот драматический матч окончился фиерическим 3:3.

Оборона «Челси» тогда была очень молода, ни кому из четвёрки задней линии - Джейсону Кэнди, Фрэнку Синклейру, Давиду Ли и Гарету Хэллу, ни кому не было и 22-х лет.
- Я был вовлечён в игру ещё совсем молодым игроком, потому что Пол Эллиотт (который через лет пятнадцать после расставания с футболом признался, что является гомосексуалистом) получил травму, из-за которой ему пришлось завершить карьеру. Нелегко было его заменять, но я старался, и уверенности прибавилось. Игроки вроде Стива Кларка и Пола давали мне советы, и это мне помогало. Стать Лучшим Игроком Года в свой первый полноценный сезон (1994) - об этом я даже и мечтать не мог. Я помню тот вечер так хорошо, как будто это было вчера".

Фрэнку нравился «Челси» - хоть больших денег там не водилось, а тренировочная база находилась в Харлингтоне, в двух шагах от Хитроу, так что из-за рёва заходящих на посадку авиалайнеров невозможно было услышать, как тренер пытается донести игрокам последние сплетни из утренних газет. Но для Фрэнка это был фешенебельный клуб : Западный Лондон, Кингз-роуд, аура Питера Осгуда и прочая гламурная пыль. Синклейр, обладавший сильнейшим ямайканским акцентом, доставшимся ему от матери, в свободное от футбола время пытался петь реггей в музыкальных клубах, но толи мода на Боба Марли уже прошла, толи Фрэнк не попадал в акорды, но футбол остался его основной профессией.

Фрэнк был в составе «Челси», когда команда сошлась с «Манчестер Юнайтед» в финале Кубка ФА на Уэмбли в 1994. «Юнайтед» уже оформил чемпионство и был априори фаворитом в той игре, «Челси», как финалист, автоматически попадал в розыгрыш Кубка УЕФА. Может быть, чувство достигнутого сыграло дурную службу для игроков «Синих» - проведя отличный первый тайм, подопечные Ходдла посыпались во втором 0:4. Вина Синклейра во втором голе не очевидна - он толкнул правого края «Юнайтед» Андрея Канчелькиса за пределами штрафной, но судья ошибочно назначил пенальти, который Кантона с лёгкостью забил в ворота Харина.

За то свой второй финал Фрэнк точно ни когда не вытрет из памяти - после убойного выстрела ДиМаттео на первой минуте, и заключительной точки Эдди Ньютона, Кубок оказался в цепких лапках Дэнниса Уайза. Кубок 97-го был особо дорог поклонникам «Челси», ибо после 1970-го успело вырасти новое поколение болельщиков, которое не могло видить гола Осгуда и триумфа Давида Уэбба.

Последнюю игру в форме «Синих» Синклейр провёл на том же Уэмбли, против того же «Боро» в финале Кубка Лиги. Тогда ему пришлось играть против самого Гаскойна, который даже с бодуна мог сыграть, как бог. В том финале против «Мидлсбро», Фрэнк Синклейр забил «гол своей жизни», ведь совсем не многим защитникам удавалось забивать в таких матчах.

Всю игру Фрэнк сзади подыгрывал Дзоле, что бы тот не отвлекался на черновую работу. И Джанфранко отплатил ему сполна, достав сложный мяч, уходивший за линию ворот и отпасовал на набегающего Синклейра. Фрэнку оставалось лишь подставить под мяч голову и бежать обниматься с одноклубниками.



То был зенит карьеры Фрэнка - сборная Ямайки, в которой он играл чуть не первую скрипку, прошла отборочные и попала в финальную часть Чемпионата Мира-98, проводимую во Франции.

А потом для карьеры Синклейра в «Челси» пришёл конец. Виалли усилил защиту, пригласив Марселя Дессаи и отставного барселонца Альберта Ферерра.

Фрэнк откровенно рассказал об этом моменте : - Этот клуб действительно вырастал из пелёнок. От меня решили попросту избавиться, ведь не стали бы выкладывать такие деньги за Ферерра, чтоб он прохлаждался в запасе ? А мне скамейка и даром была не нужна.

И Синклейр, минуя Виалли, направился к Колину Хатчинсону с просьбой о трансфере. К счастью, Мартин О`Hилл, тренер «Лестер Сити», как раз искал правого защитника, и «Челси» поспешил принять предложение «лисов». К тому моменту, как его продали в «Лестер», Фрэнк провёл 218 матчей за «Челси».

Под крылом у О`Hилла Синклейр не стушевался и в его копилке появилась ещё одна медаль, полученная за выйгрыш Кубка Лиги уже в составе «лисов». А дальше был отъезд О`Hилла в «Селтик» , и залёт Пола Дикова, Кита Гиллеспи и Фрэнка Синклера в Испании, где на них чуть не повесили статью об изнасиловании... И была знаменитая попойка с Эйдуром Гудьёнсоном, Фрэнком Лампардом, Джоди Моррисом и Джоном Терри 11-го сентября, когда вылет «Челси» на игру против софийского «Левски» отложили из-за терактов в Нью-Йорке, и наши герои, находясь в гостиничном баре близ аэропорта, напились и передразнивали убитых горем американцев.

Разбросав орешки по всему бару и наговорив американцам кучу «приятных» вещей на злобу дня, компания покинула помещение и тотчас же начала разоблачаться на глазах у изумленной публики. После прогулки по пабам, куда их не пустил ни один хозяин питейных заведений, футболисты вернулись в гостиницу, где продолжили шокировать гостей из США.

Синклейр и Гуди оказались более устойчивыми к алкоголю. После того как трое их друзей уже не смогли продолжить дебош, двое оставшихся футболистов перешли в кегельбан, где распугали всех посетителей, сшибая кегли и выкрикивая непристойные фразы. Вопщем, пьянка на пятерых обошлась сущие гроши - 130 тысяч фунтов стерлингов, хотя, как отметила пресса, на утро им всем «было очень стыдно». :lol:

Фрэнк вернулся на родной ему «Стамфорд Бридж», где он провёл пятнадцать лет - чуть не половину жизни. Тридцатишестилетний Синклейр в середине февраля прошлого года приехал вместе с его новым клубом «Хаддерсфилд» на игру пятого круга Кубка ФА. «Хаддерсфилд» хоть и находится на 55 ступенек ниже «Челси» через две лиги, но всё ещё может, благодаря своим многочисленным трофеям, добытым в далёкие 30-тые, смотреть свысока на суперклуб Романа Абрамовича. К тому же «Хаддерсфилд» десятилетием назад умудрился выбить «Челси» Виалли из Кубка Кока-Колы.

Фрэнк Синклейр был рад встретить старых друзей, с которыми провёл лучшие годы своей футбольной карьеры - Стива Кларка, Эдди Ньютона и Джона Терри, который пришёл в клуб, когда Синклейр уже с ним прощался.

Для них это была «ещё одна встреча с бывшим товарищем», но для самого Фрэнка возвращение на «Стамфорд Бридж» стало экстраординарным событием. Одинадцать лет он ждал этого момента...



Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 23:41
Papa
У каждого свой Конец Света


В октябре 1998 года "Челси" совершил умный ход. "Блюз" пригласили к себе сразу трех многообещающих, очень молодых футболистов – 17-летнего нападающего финского клуба ХИК Микаэля Форселля и двух игроков итальянской “Аталанты” – 18-летнего защитника Луку Перкацци и 17-летнего полузащитника Самуэля Далла Бону. Последний к тому моменту уже пользовался репутацией одного из главных талантов на Апеннинах, являясь капитаном юношеской сборной Италии для футболистов, не достигших возраста 18 лет. Немудрено, что лидеры Серии А встретили его переезд в Англию в штыки. Дело едва не дошло до судебного разбирательства, кое-кто даже рассмотрел в переходе нечто противозаконное. Но в итоге выяснилось, что нарушения закона не было, и юниор благополучно перебрался на острова.

Рассказывая о природе своего появления в "Челси", Далла Бона поведал, что на одном из матчей молодежного состава "Аталанты", против сверстников из "Удинезе", присутствовал скаут лондонского клуба. По окончании встречи он подошел к нему и обратился с предложением совершить экскурсию в столицу Британского королевства. Юного Самуэля поразило то обстоятельство, что видеть его в своем коллективе изъявил желание сам Джанлука Виалли. Далла Бона пробыл в Лондоне десять дней, и абсолютно все ему приглянулось. Главным фактом, повлиявшим на согласие Самуэля, стало то, что главный тренер команды был итальянцем, а также наличие в клубе целого ряда соотечественников.

В период правления Виалли Далла Бона довольствовался играми за молодежный состав, и за основную дружину, по сути, не выступал. В сезоне-99/2000 он вышел на поле под занавес встречи на "Стэмфорд Бридж" против голландского "Фейеноорда", затем провел 35 минут матча с "Ковентри" и сыграл целый тайм в поединке против аутсайдера – "Шеффилд Уэнсдей". Тем не менее, отставка Виалли Далла Бону весьма расстроила. Дело в том, что накануне сезона-2000/2001 наставник пообещал ему, что новый чемпионат определенно явится его первенством. Виалли не гарантировал Сэму безоговорочного места в основе, но при этом давал понять, что собирается постепенно внедрять его в костяк коллектива.

Приход на пост рулевого Клаудио Раньери команда встретила настороженно, и Далла Бона в этом отношении не был исключением, хотя с новым коучем и изьяснялся на родном языке. Однако на поверку вышло так, что из смены наставника Сэм извлек ощутимые дивиденды. Если Виалли был одержимым в намерении выиграть премьер-лигу, во что бы то ни стало, то Раньери начал планомерную работу на перспективу. Бывший тренер "Фиорентины", "Валенсии" и мадридского "Атлетико" задался целью создания монолитного сплава молодости и опыта. Далла Бона в данные планы вписывался как нельзя лучше. Нельзя сказать, что он в мгновение ока превратился в стопроцентного игрока стартового состава, но полноправным членом дружины он стал достаточно быстро, подменяя на левом фланге Гуса Пойета, или играя в центре на пару с Уайзом. Вскоре прорезался и основной его конек - у левоногого Сэма отлично получался длинный точный пас, которым он здорово пользовался, снабжая мячами играющих впереди Гудьенсена и Хасселя.

Разумеется, прогресс молодого итальянца не ускользнул от глаз руководителей итальянских команд, в те времена год за годом старающихся скупать по возможности всех футболистов высокого класса. В борьбу за Самуэля не преминули вступить так называемые гранды Милана. Однако, невзирая на то, что "Челси" изначально рассматривался Сэмом в качестве трамплина в один из ведущих клубов родины, болельщики не расставались с надеждой. Они искренне верили, что Далла Бона останется, чтобы на протяжении многих лет, наряду с Форсселлем, Перкацци, Джоном Терри и Джоди Моррисом радовать поклонников "Блюз" на протяжении многих лет.

Все лето газеты пестрили сообщениями о заключении Сэмом контракта то с "Интером", то с "Миланом". Но в конечном итоге слухи так и не нашли подтверждения. Между тем, процесс подготовки к сезону у Далла Боны разладился. Таким образом, он не набрал лучшей формы и лишился места в основе, не смотря на уход Уайза и Пойета. Главным претендентом на место Далла Бона стал Фрэнк Лэмпард, самое дорогое приобретения клуба за все времена. На место основного опорника тренером был выбран Эмманюэль Пети, которого в любое время мог подменить еще один протеже Раньери - Славиша Йоканович.

С Лэмпардом тягаться было тяжеловато, но зато Пети часто травмировался, а Йоканович явно не вписывался в АПЛ. По этому сезон 2001/02 у Сэма Далла Бона стал самым ярким в "Челси", да и пожалуй во всей его футбольной карьере. Он выходил в основе 38 раз, в 15 играх поднимался со скамейки, забил четыре гола. Помог клубу дойти до финала Кубка, но в самом финале участия не принимал - Пети в который раз восстал из мертвых и был поставлен в основу, как более опытный и заряженный против своего бывшего клуба.

Далла Бона последний раз одел синюю футболку 11 мая 2002 года в домашней игре против "Астон Вилла" . Буквально через месяц в СМИ прошло сообщение, что Сэма забирает к себе "Милан", как кость швыряя "Челси" жалкую подачку в £1 миллион. Соглассие на трансфер со стороны Кена Бейтса выглядело весьма странным, ибо неделей ранее он, в присущей ему безапеляцеонной манере, отверг £5 миллионное предложение "Виченцы"

Далла Бона триумфатором проследовал в "Милан", где дебютировал 6 октября 2002 года, когда клуб, за который "он мечтал играть с детства" вынес "Турино" 6:0. Но потом, как заело - за 4 сезона ему дали выйти в стартовом составе только лишь четырежды! Помыкавшись по арендам в "Болонье", "Лечче" и "Сампдории", Сэм попросил трансфер и убыл в "Наполи", пребывающий в Серии Б. Однако, как только бывший клуб Диего Марадоны смог поменять прописку на более привлекательную, последовали новые трансферы, а наш бродяга прочно уселся полировать лавку.

4 февраля 2009 года Далла Бона вдруг объявил, что он оставляет мафионерный Неаполь и едет в Лондон по приглашению САМОГО Джанфранко Дзола, принявшего тренировать "Вест Хэм". Ради этого Сэм даже пожертвовал приглашением такого клуба, как "Трестино", играющего в Б.

Дзола был рад приезду игрока, с которыл провел три сезона бок о бок под синими знаменами, но игровая форма бывшего товарища по оружию находилась в таком чудовищно запущенном состоянии, что даже этот сердечный человек отказал в подписании контракта Далла Бона с "Молотками". Что говорить - даже малоразборчивый "Фулем" дал Сэму от ворот поворот. 7 августа 2009 греческий "Ираклис" подписал 28-летнего итальянского полузащитника Сэма Далла Бона на правах аренды из "Неаполя" на сезон.

У каждого свой Конец Света.


Александр Ковалюк http://www.chelsea.ru.ru
Рара http://www.chelsea.com.ua
на общих правах

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 сен 2016, 23:57
Papa
Любовь к танцам отведёт от цугундера


Один из самых результативных и разносторонних нападающих Европы — Джеррел Флойд Хассельбайнк часто становился персоной нон грата как в своих клубах, так и в сборной Голландии. Да и дорога Джимми к признанию была весьма запутанной и сложной.

В середине 80-х на экраны вышел знаменитый индийский фильм «Танцор диско» с Митхуном Чакроборти в роли Джимми. В это же время в нидерландской Вест-Индии, а именно в городе Парамарибо, свои первые удары по мячу делал мальчик Джимми. И хотя Джимми вест-индский в ту пору не знал о существовании своего киношного индийского тезки, было то, что их объединяло, — любовь к танцам. Джимми Хассельбайнк уже в 12 лет начал зарабатывать себе на жизнь тем, что плясал на улицах Парамарибо. И получалось у него весьма неплохо. Да и удовольствие от танцев Джимми тоже получал.

Второй страстью юного суринамца был футбол. На пустырях Парамарибо наш герой и его родственник и ровесник Клайд Вейнгард постигали первые премудрости великой игры. А первым учителем и главным футбольным авторитетом был старший брат Карлос. Карлос Хассельбайнк и вовсе был первым футболистом в их квартале, ведь именно его позвали в спортивную школу.

«В том, что я стал футболистом, а не наркоманом или карманником, как многие из моих сверстников, я обязан своему старшему брату. Именно Карлос подсказал мне, что футболом можно зарабатывать себе на жизнь. Он проторил дорогу в профессиональный спорт. Конечно, я мог бы стать и танцором, способности к этому у меня были. Но этот путь мне видится тупиковым. Судьбы моих друзей детства, избравших своим ремеслом танцы, сложились не очень хорошо. Танец хорош, когда ты получаешь от него удовольствие».

Карлос Хассельбайнк и привел в спортивную школу своего младшего брата Джеррела и своего родственника Клайда Вейнгарда. Сам же Хассельбайнк-старший при первой же возможности укатил в бывшую метрополию. Хотя нидерландская Гвиана к тому времени была автономно-независимой и носила имя Суринам, связи бывших колонии и метрополии оставались тесными. И ежегодно тысячи суринамцев пересекали Атлантику и направлялись в Амстердам, Роттердам, Гаагу. Устраивались не на самые престижные места, но даже там заработки были куда выше, чем в Суринаме.

Карлосу Хассельбайнку повезло. Его ждала профессия не мусорщика или грузчика, а вполне престижное ремесло футболиста. Тем более что после триумфального для голландцев чемпионата Европы земляки Гуллита, Райкарда, Ваненбурга пользовались повышенным спросом.

Мать Джимми все время ставила ему в пример старшего брата. Примерно, как мама Данилы Багрова из фильма «Брат», восторженно говорившая о Витеньке, старшеньком, что в Питере. И в 19 лет Джимми, точнее, уже Джеррел Флойд со своим неразлучным другом, родичем и партнером по нападению Клайдом Вейнгардом отправился покорять Голландию, тем более что Карлос обещал замолвить словечко.

Карлос Хассельбайнк, в ту пору форвард «Алкмара», действительно постарался сделать протекцию своему младшему, но несколько перестарался. Подвело некритическое отношение к собственной персоне. «Есть у меня в Парамарибо брат Джимми. Тоже нападающий. Очень способный. Не такой, как я, конечно, но игрок стоящий». Настало время сказать и о самом Карлосе. Это на пустырях суринамской столицы он был авторитетом, а в Голландии у него сложилась совсем иная репутация. «Для того чтобы Хассельбайнк забил, нужно создать ему ряд условий. Во-первых, установить мяч в метре от ворот. Во-вторых, убрать с поля всех игроков соперника, включая вратаря. В-третьих, погода должна быть идеальной. Никакого дождя, никакого ветра. И никакого солнца в глаза. Тогда он, может быть, забьет», — писали в начале 90-х в популярном голландском издании. Конечно, тут не обошлось без гротеска, но по сути правильно. Карлос Хассельбайнк был форвардом более чем посредственным, забивал крайне мало, более двух сезонов в одной команде не задерживался. Да и командами этими были не «Аякс» с «Фейеноордом» и не ПСВ. Когда же Карлос сказал, что Джимми не такой талантливый, как он, несложно было догадаться, как восприняли молодого суринамца голландские специалисты. И единственным клубом, обратившим внимание на Хассельбайнка-младшего, стал захудалый «Телстар».

Даже там дела не заладились. Несколько выходов на замену — и ни одного гола. А ведь в Суринаме Джимми штамповал их с легкостью. Но что получалось у Джимми, было не под силу Джеррелу Флойду. После пустого сезона в «Телстаре» Хассельбайнк-младший устроился в «Алкмар», не без помощи Карлоса. И снова разочарование. Не снискав счастья в «Алкмаре», Джеррел Флойд обосновался в полулюбительской «Неерландии» и подумывал о возвращении домой.

Как его нашло приглашение от португальского «Кампомайоренсе», Джеррел Флойд не знает до сих пор. Подошли смуглые люди — как оказалось, португальцы — и предложили поиграть в португальском первом дивизионе. Неважно, что не в «Бенфике» или «Порту», главное, чтобы играть. «Я согласился не раздумывая. После трех неудачных сезонов в Голландии мне было важно схватиться за любую соломинку».

А в Португалии все вдруг стало получаться и голы, и подыгрыш. «Единственная проблема, с которой я столкнулся в «Кампомайоренсе», — португальцы не могли выговорить ни Хассельбайнк, ни Джеррел Флойд. Как только они меня не называли, пока не сошлись на уменьшительном Джимми».

В своем первом португальском сезоне форвард Джимми забил 12 мячей и был признан лучшим игроком «Кампомайоренсе». Пока в Нидерландах думали-гадали, что это за Джимми такой выискался, (забракованного Хассельбайнка-младшего в нем пока не признавали) в Португалии на парня обратили внимание. Высокий, мощный, быстрый, обладающий отличным ударом с обеих ног. И очень устойчивый. Сбить голландца с ног было крайне сложно. «Танцы дали мне очень многое — пластику, устойчивость, выносливость. Все это пригодилось мне на футбольном поле», — никогда не скрывал Хассельбайнк.

Итак, Джимми получил приглашение в «Боавишту». Не гранд, конечно, как «Бенфика», «Порту» или «Спортинг», но и не аутсайдер какой-нибудь. Клуб средней руки. В «Кампомайоренсе», конечно, обиделись, но что поделаешь. С переходом Джимми не прогадал, в составе «шахматных» он быстро стал лидером и лучшим бомбардиром. Тем более что с напарником повезло — рядом с Хассельбайнком действовал юный Нуну Гомиш. Два нападающих — мощный пробивной и хрупкий, напористый прекрасно дополняли друг друга, и линия атаки «Боавишты» стала одной из сильнейших в Португалии. Болельщики «шахматных» не знали, радоваться ли этому факту или наоборот, ведь вряд ли удастся их удержать, «Боавишта» - клуб небогатый. Так и вышло. Нуну Гомиша переманили в «Бенфику», а Джимми оказался и вовсе в Англии.

Главный тренер «Лидса» Джордж Грэм был крайне недоволен игрой своих нападающих. В сезоне 1996/1997 «белые» забили меньше всех в премьер-лиге, средняя результативность составила чуть более 0,5 гола за игру. Срочно требовался новый, забивной нападающий. Селекционеры сбились с ног в поисках, пока «Лидс» не сыграл с «Боавиштой» товарищеский матч.

Игра мощного, черного, как антрацит, нападающего с надписью Джимми на футболке произвела огромное впечатление на Грэма, и тот настоял на покупке футболиста. «Боавишта» особенно не упорствовала, и 25-летний Джимми, оказавшийся на деле Джеррелом Флойдом Хассельбайнком, отправился в Англию, в графство Йоркшир.

Хассельбайнку было достаточно провести несколько матчей в белой футболке «Лидса», чтобы все поняли — это незаурядный нападающий. Адаптация в столь сложном турнире, как английская премьер-лига, прошла быстро и безболезненно. Джимми в первом же сезоне наколотил 16 мячей — столь яркие дебюты мало кому удаются. Футболки с девятым номером шли нарасхват. В Голландии также вспомнили о гадком утенке, забракованном всеми клубами. Гус Хиддинк включил Джимми в состав сборной Нидерландов на чемпионат мира во Франции, где тот сыграл довольно неплохо.

В «Лидсе» же Грэма сменил его помощник Дэвид О'Лири, отношения с которым у Хассельбайнка как-то сразу не заладились. Ирландцу, например, не правилось, что Джимми не всегда придерживается его установок, часто позволяет себе командовать на поле, кричать на партнеров. Кроме того, не без помощи Хассельбайнка в «Лидсе» оказался уже упоминавшийся Клайд Вейнгард. Два суринамца составили атакующий дуэт «белых». Очень скоро стало ясно, что с Вейнгардом руководство «Лидса» просчиталось. Родственник Хасса явно не оправдал надежд, молодой Алан Смит смотрелся куда предпочтительнее. Но Джимми постоянно ворчал по поводу недоверия тренера к Клайду, из-за чего окончательно рассорился с О'Лири. И хотя наш герой стал лучшим бомбардиром не только «Лидса», но и всего английского первенства, его дни на «Элланд Роуд» были сочтены.

Но ушел Хасс из «Лидса» не тихо, а со скандалом, громко хлопнув дверью. Летом 1999 года он потребовал едва ли не двукратного повышения зарплаты. Только в этом случае он был согласен остаться в команде. При ином развитии Джимми намеревался сменить «Лидс» на «более приличный клуб». Эти слова и поступки оскорбили болельщиков «белых». Недавний кумир стал стяжателем и иудой. «Убирайся прочь, мерзавец. Ты променял нас на деньги», — пестрели в ту пору многочисленные сайты «Лидс Юнайтед».

«Более приличным клубом» оказался мадридский «Атлетико», купивший Хассельбайнка за 12 миллионов, то есть в 6 раз больше, чем «Лидс» выложил «Боавиште» двумя годами ранее. С одной стороны, вроде бы выгодный бизнес. Но при этом у болельщиков остался неприятный осадок, словно зазнавшийся форвард счел ниже своего достоинства играть за их команду. И всякий раз, когда Хасс приезжал на «Элланд Роуд» в качестве игрока «Челси», «теплый» прием был ему гарантирован.

«Атлетико» покупал уже не кота в мешке, а вполне сложившегося, результативного нападающего. В Мадриде от Джимми требовалось лишь одно — голы. И Хассельбайнк огорчал вратарей весьма исправно. Но к несчастью для голландца, он угодил в клуб, переживавший смутные времена. Огромные долги, бестолковая кадровая политика президента Хесуса Хиля, просто невезение. 24 гола Хассельбайнка не спасли «Атлетико» от вылета из Примеры. Да и в бытовом плане Джеррел Флойд чувствовал себя неуютно. Мало того, что с трибун то и дело неслись расистские выкрики, так и президент Хесус Хиль порой не выбирал выражений и пару раз назвал Джимми грязным негром. Вряд ли об этом мечтал Хассельбайнк, когда качал права в «Лидсе».

Кстати, о расизме, точнее, о двух комичных случаях, связанных с этим явлением. Однажды во время матча «Арсенал» — «Челси» капитан «канониров» Патрик Виейра наступил Хассу на ногу. Ответ Джимми «Эй ты, *темнокожий*, аккуратнее» оскорбил Виейра до глубины души. Еще бы, его, гордого африканца, назвали фактически рабом, причем назвал вестиндец, потомок этих рабов. «Сам ты негр», — вскипел Патрик и двинулся на Джимми с кулаками. Усилиями судьи и других игроков конфликт удалось пресечь. Потом оба участника инцидента встретились в неформальной обстановке, выпили вина, пожали друг другу руки и помирились. Второй же случай относится к ЕВРО-2000. Хассельбайнк, считавший свое место в заявке сборной Голландии гарантированным, в последний момент был исключен из состава «оранжевых». Джеррел Флойд был расстроен. «Наверное, меня отцепили из-за моего цвета кожи», — сказал Хассельбайнк. Пикантность ситуации была в том, что тренером голландцев в ту пору был темнокожий Франк Райкард.

Позже Джимми вторично «кинули» с чемпионатом Европы, не взяв его в Португалию, и он даже выразил сожаление, что семь лет назад согласился играть за Нидерланды, а не за Суринам. Оставаться в «Атлетико», вылетевшем в Сегунду, да еще с таким президентом, как Хесус Хиль, Джимми не собирался. И тут повезло - позвали в «Челси». Лондонцы выплатили за голландца 15 миллионов фунтов. И Хасс принялся отрабатывать свой контракт.

27 голов в первом сезоне, 33 — во втором. Хассельбайнку удавалось взаимодействовать с любым партнером. «Реал», «Барселона», «Интер» засылали в Лондон представителей, суливших очень приличные деньги за голландского бомбардира, но тогдашний босс «синих» Кен Бэйтс наотрез отказывался продавать своего любимца. Более того, Бэйтс собирался предложить своему лучшему снайперу пожизненный контракт.

«Джанфранко Дзола и Джимми Хассельбайнк — вот два человека, чей вклад в рост популярности «Челси» трудно переоценить», - любил говорить председатель правления лондонского клуба, давая от ворот поворот очередному предложению «Барселоны» или «Валенсии».



Но на «Стэмфорд Бридж» сменился хозяин, Бэйтс продал свои акции Роману Абрамовичу. А тот почему-то невзлюбил Хассельбайнка, несмотря на то, что тот исправно за-бивал два десятка мячей в сезоне. То ли возраст голландца (30 лет) смутил Романа Аркадьевича, то ли еще что-то, но Джимми принялись выживать из «Челси». Были куплены явно не для скамейки запасных Адриан Муту и Эрнан Креспо. Всегда любезный и добрый к голландцу тренер Клаудио Раньери все реже доверял ему в предсезонных матчах, а в кулуарах заговорили о скорой продаже бывшего лучшего, но опального стрелка.

Когда же в предварительных матчах Лиги чемпионов Хассельбайнка не выпускали на поле, стараясь не заигрывать в его еврокубках, Джимми окончательно понял — от него хотят избавиться, надеются, что его купит кто-то из участников Лиги чемпионов или Кубка УЕФА. Но «Барселона», «Валенсия», «Интер», обивавшие пороги кабинета Бэйтса с просьбой продать голландца, не спешили на аудиенцию к Абрамовичу. Август истек, вместе с ним кончилась трансферная кампания, а Хассельбайнка никто не купил. Тогда Джимми не выдержал: «Если не продали меня, то дайте играть. Я не хочу быть запасным, даже в «Челси».

Бэйтса ушли, Раньери тоже готовился к уходу, несмотря на заверения молодого хозяина. Роман Абрамович, улыбаясь, говорил тренеру, что тот может не беспокоиться за свой пост, а сам в это время вел переговоры то с Эрикссоном, то с Моуринью. Хассельбайнк выходил на поле реже обычного. Но когда выходил, то доказывал, что не утратил своего искусства забивать. Правда, забил в сезоне 2003/2004 всего (!) 16 мячей. Для Хас-сельбайнка маловато.

Джимми сдержал слово и ушел из «Челси» по окончании сезона. Да и лондонцы за него отступных не требовали. Отдали в хорошие руки — в «Мидлсбро» МакЛарену , хотя в числе претендентов был и «Селтик», искавший замену Хенрику Ларссону. «Я не хотел покидать Англию. Да и с «Челси» поквитаться хочется», — объяснил Хассельбайнк свой выбор в пользу «Боро». В новом клубе он стабильно выходил на поле, забивал также немало. Вот только поквитаться с «Челси», указавшим голландцу на дверь, не получилось. В обеих встречах Джеррел Флойд старался, но поразить ворота Петра Чеха не смог. Месть откладывалась до следующего сезона.

Но 11 июля 2006 года Хассельбайнк переходит в «Чарльтон Атлетик». И первый же гол за «Эддикс» Хассельбайнк забил в ворота своей бывшей команды, «Челси» - 9 сентября на «Стэмфорд Бридж», но сам футболист гол не отпраздновал из уважения к поклонникам «Челси», которые, в свою очередь, удостоили игрока аплодисментами.